Мне показалось, что впереди виднелась земля. Плохо…скоро мы уже прибудем, а я все еще не знаю, что делать. Я даже не знаю, что происходит на Одлоре. Вполне может быть, что сюда уже прибыл Гуков (в смысле, тэн Агдира). Может, он уже вырезал тут всех, кого нашел. Я, честно говоря, так и не понял, что он все‑таки задумал, что планировал.
– До Одлора еще далеко.
Я резко повернулся. Рядом со мной стоял Нуки и глядел вдаль. Во дает, такая махина, а подкрался совершенно бесшумно. Я даже не заметил, когда он проснулся и храпеть перестал.
– Уверен? – спросил я.
Нуки просто кивнул.
– Придумал, что будешь делать? – поинтересовался Нуки.
– Вообще без понятия, – тяжело вздохнул я, – кто я вообще такой, чтобы претендовать на титул тэна?
– Ну, как минимум, у тебя столько же прав, сколько и у остальных. У Стеки, к примеру, – Нуки указал себе за спину, где на одной из скамей, тяжело дыша, работал веслами Стеки.
– С чего вдруг? Он ведь в клане, а я? Просто нод, чужак!
– Вообще‑то, ты в клане, – хмыкнул Нуки.
– Как это?
– Так ведь сам тэн тебе предложил стать одним из Альмьерка.
– Но я отказался!
– Ну, на словах ‒ да, а на деле… – хитро протянул Нуки.
– Что «на деле»? – не понял я.
– Ты ведь принял меч из рук тэна? – спросил Нуки. – Взял его?
– Ну… – не понял я.
– Ритуал принятия в клан проведен. Чего еще надо‑то?
– Но ведь я отказался! – возмутился я.
– Но меч взял, – повторил Нуки. – По нашим законам ты из Альмьерка. Дренг клана.
Вот те раз! Ох уж эти правила северян. Не только за словами нужно следить, но и за тем, что и как делаешь. Вот кто знал, что взяв меч, я…
– Погоди! Но ведь если я считаюсь дренгом клана Альмьерк, Гуннар мог потребовать от меня, чтобы я не шел к Агдиру. Верно?
– Из Гуннара тэн, мягко говоря, как из меня кухарка, – рассмеялся Нуки. – Ума не приложу, почему Ульф решил его поставить на свое место. Впрочем, выбор у него не особо велик был…
– Это ты к чему?
– Гуннар не знает традиций. Не знает того, что должен знать тэн. Думаю, что в будущем, если бы не спелся сейчас с ярлом, он непременно сел бы в лужу. Что‑нибудь выкинул бы такое при встрече с другим тэном, из‑за чего дел с ним иметь никто не стал бы.
– Что, не так поздоровался и все, другие правители островов уже от тебя морду воротят? – хмыкнул я.
– А что ты думал? Если стал тэном, то помни, что ты не только долю большую имеешь с трофеев, но и обязанности кое‑какие у тебя теперь есть. А если ты при встрече с другим, равным тебе по статусу, не желаешь выказать уважение, то с тобой и говорить не станут. Странно, как еще Гуннару ярл голову не снес? Наш славный тэн наверняка и там вел себя, как деревенщина.
– Ты‑то откуда это все знаешь? – хмыкнул я.
– Я сын тэна, – ответил Нуки, – и меня с детства учили быть тэном.
– Как это? – не понял я.
– Я был старшим сыном. После смерти отца стать тэном должен был я, – ответил Нуки.
– А почему не стал?
– Я был молод, – вздохнув, ответил Нуки, – хотел приключений.
– Ты сбежал, и тебя объявили изгоем?
– Нет, – покачал головой Нуки, – изгоем я стал совершенно по другой причине.
– Какой?
– Я ведь говорил уже – не желаю это обсуждать, – нахмурился Нуки.
– Ну, хорошо, хорошо, – кивнул я, – просто хочу понять, зачем тебе это?
– Что?
– Зачем тебе делать меня тэном Альмьерка, зачем делать тэном Длинного острова?
– Потому, что я сам им стать не могу.
– Ну пускай кто‑то другой станет. Почему не Эйрик или Кьетве, Магнус, в конце концов.
– Эйрик – моряк. Ему не интересны наши дела, его зовут волны. Кьетве недостаточно прозорлив, чтобы занять такую должность. Да и упрям он неимоверно. Магнус…Магнус бы подошел. Но он кузнец, и его страсть в металле и огне. Он всегда будет в первую очередь ковать и чинить оружие, а уж затем заниматься делами наших людей и селения.
– Но почему я? – вновь задал я все тот же вопрос.
– Ты хорошо себя показал, – пожал плечами Нуки, – добыл корабль, ты хочешь учиться и учишься новому. У тебя острый ум и ты достаточно хитер.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Хитер для чего?
– Чтобы не ввязаться в интриги других тэнов и ярлов, не сделать наш клан разменной монетой в чужих играх, как это сделал Гуннар.
– Что‑то мне подсказывает, что даже если я стану тэном Длинного острова, править мне придется с оглядкой на тебя, – усмехнулся я.
– Мой брат погиб. Кто теперь позаботится о моем народе? – спокойно ответил Нуки. – Сам я не могу стать их правителем, но я могу найти им достойного, которого смогу наставлять, и которому смогу помогать…
– И которого можно будет контролировать, – рассмеялся я.
– Я не собираюсь оспаривать твои приказы, – пожал плечами Нуки, – но если они будут глупыми – рано или поздно тебе бросит вызов воин клана, недовольный твоими решениями.
– Например, ты…
– Возможно, – кивнул Нуки серьезно, – но если ты не будешь глупить, будешь прислушиваться к дельным советам, то чего тебе бояться?
– А если мои решения будут казаться тебе глупыми, и лишь потом ты поймешь, что я планировал?
– Если твои затеи провалятся, то каков будет твой конец, можешь сам понять. Если же твои странные поступки найдут оправдание…что ж…
– А если мне просто не дадут времени? Что, если задуманное мной еще не успеет произойти? – поинтересовался я.
– Поверь, мы терпеливы, – ответил Нуки, – ты не станешь просто говорящей куклой. Тэн – это наш вождь. И выбираем тэна мы сами. Если тэн окажется глупым – как думаешь, кто будет виноват в том? Кто на самом деле будет глупцом?
– Скажи мне, – усмехнулся я.
– Тот, кто выбрал глупца своим вождем ‒ сам глупец, – серьезно сказал Нуки. – А кому захочется признавать себя таким?
– Зачем тебе вообще тэн, которого будут считать равным другие вожди? Вы ведь жили на Длинном острове уйму времени, и о вас вообще никто ничего не знал.
– Теперь узнали. Времена меняются, пора явить себя миру, – сказал Нуки. – У нашего клана нет имени, но оно есть у клана Альмьерк…
– А…так вот почему ты хочешь, чтобы я стал тэном Альмьерка? – наконец дошло до меня.
– Да, мы считаемся безродными, но если ты примешь нас в свой клан, сам станешь нашим тэном. Альмьерк станет сильнее за счет наших людей, а мы сами перестанем быть безродными.
– Ясно, – хмыкнул я, – вот только совершенно не представляю, как мне стать тэном Альмьерка…
– Как прибудем на Одлор – решим, – спокойно заявил Нуки. – А пока, зачем ломать себе голову? Бери топор в бой, а не в поле…
Хм. Тоже верно…
* * *
Одлор встретил нас снегом – белые хлопья летели с серого, покрытого облаками неба. Крупные снежинки падали на драккар, на темную, прямо‑таки черную воду, на людей, сидящих на скамьях и работающих веслами.
Когда кто‑то крикнул: «Земля!» на плечах и головах гребцов уже скопилось немало снега.
– Если море замерзнет, мы нескоро доберемся домой, – заметил я.
– Эх, нод, – меня хлопнул по плечу Олаф, стоящий рядом и удерживающий рулевое весло, – ничего‑то ты не знаешь…
Для этого похода я сделал исключение – часть моей старой команды отправилась вместе со мной. Но несколько человек, в частности Магнус и Эйрик, остались дома, чтобы руководить молодняком на строительстве. Остались на Длинном острове и Р`ам с Кьетве, но по состоянию здоровья. Конечно, по сравнению с реальным миром, они пришли в себя за рекордно короткое время. Но по заверениям Нуки все еще были недостаточно сильны, чтобы отправиться в море.
– И что я должен знать? – я скинул руку Олафа со своего плеча. Все, конечно, понимаю, боевое братство и так далее, но и меру знать надо… А то потом опять строить их придется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Олаф, похоже, опомнился. Все же мой стройбат уже давал свои плоды – вон как Олаф сразу в лице поменялся, не хочется, поди, еще 15 суток к уже имеющимся получить? Шучу…
