Читаем без скачивания Те, кто в опасности - Уилбур Смит

— Надо идти, Гектор! — Пэдди сорвался на крик. — Позволь! Ради Христа, позволь мне пойти к ней!

— Ты прав, Пэдди. Пора вмешаться! — резко ответил Гектор. — Сирил, откройте все люки! Потом прекратите подачу газа и проветрите все секции. — Он глубоко вдохнул и продолжал: — Хейзел, сюда вниз — врача. Кто-нибудь обязательно пострадает.

— Я приду с врачом, — ответила Хейзел.

Гектор сначала хотел возразить, но по опыту знал, что это бесполезно. Вдобавок люк уже открылся и нужно было идти. Он нырнул в люк и побежал по проходу. Соблюдать осторожность было некогда. Он точно знал, где Камаль. Шахта в самой середине секции, над насосами. Не сбавляя скорости, он снова вызвал Пэдди:

— Пэдди, когда доберешься до места, укройся за насосом. Я буду по другую сторону. Скажи, когда займешь позицию. Нам нужно действовать вместе. И не пытайся играть в Одинокого Рейнджера.[67]

Пэдди ничего не ответил; Гектор увидел перед собой темную громаду насоса. Над ним вход в вертикальную шахту зиял, как пасть беззубого чудовища. Гектор пролез под прикрытием насоса, выбрался и встал на колени. Пистолет, 9-миллиметровую «беретту», он направил в шахту.

— Ну как, Пэдди, ты занял позицию? — тихо спросил он и сразу услышал ответ:

— Занял, Гектор.

— Повторяешь мои действия?

— Да, Гектор.

— На счет пять включить освещение. Один. Два. Три. Четыре. Свет!

Секцию залил яркий электрический свет. Вверху, в шахте, горела забранная проволочной сеткой 180-ваттная лампочка. Она, как на сцене, осветила сзади Камаля и Настю. Камаль сидел на узкой ступеньке лестницы. Настя стояла на кольце под ним. Руки ее были связаны и вытянуты вперед, на шее веревка. Камаль держал в одной руке эту веревку, в другой — автомат. Он целился вниз, в шахту и, как только увидел в тридцати футах под собой Гектора и Пэдди, одной рукой дал по ним очередь. За мгновение до этого они оба укрылись за корпусом насоса.

В закрытой шахте выстрелы прозвучали оглушительно. Пули выбивали искры из кожуха насоса и из стальных труб. Как только очередь прекратилась, Гектор рискнул посмотреть наверх. Никакой возможности выстрелить в Камаля. Тело Насти почти полностью закрывало его, но Гектор заметил, что Насте каким-то образом удалось обернуть веревку вокруг своих связанных запястий. Камаль не может больше использовать ее как удавку. Настя опасно балансировала на кольце лестницы, ни за что не держась. Гектор сразу понял, что она задумала, а в следующий миг Настя крикнула: «Лови меня, Бабу!» и бросилась спиной вниз в шахту. Веревка натянулась, но нагрузка пришлась на запястья, не на горло. Конец веревки вырвался из рук Камаля, и он едва не слетел со своего насеста, отчаянно стараясь сохранить равновесие.

«Кто такой Бабу?» — совершенно не к месту подумал Гектор. На этот невысказанный вопрос ответил Пэдди; он выскочил из-за насоса и, широко раскинув руки, встал под стволом шахты, глядя на падающую к нему Настю. Настя собралась в комок, поджала локти и колени и летела с высоты почти в тридцать футов. Скорость ее падения возрастала, но Пэдди и глазом не моргнул. Он поймал ее в воздухе на руки, и инерция бросила его на стальную палубу. Тело Пэдди погасило толчок почти полностью. Звук был такой, будто телега проехала по булыжнику, Гектор услышал треск сломанной кости. Но Пэдди не разжал рук. Он прижимал Настю к груди.

Гектор даже не взглянул на переплетенные тела у своих ног: он целиком и полностью, духом и телом, был сосредоточен на фигуре в шахте высоко над ним.

Камаль вцепился в кольцо лестницы, он брыкался и дергался, стараясь удержаться. Первая пуля, выпущенная Гектором из «беретты» ударила в лестницу над Камалем и отлетела рикошетом. Потеряв лишь малую долю скорости, деформированная пуля пролетела короткое расстояние по воздуху, пробила промежность Камаля и углубилась в живот. Камаль скорчился и всем телом содрогнулся. Он мертвой хваткой вцепился в кольцо лестницы и не удержал автомат. Автомат падал, отскакивая от ступенек и подпрыгивая. Гектор уклонился, когда оружие пролетело мимо него, потом быстро сделал три выстрела. Каждая пуля пробивала плоть, кости, внутренние органы. Пальцы Камаля медленно разжались, и он сорвался в шахту; просторное одеяние развевалось в полете, потом Камаль рухнул на палубу у ног Гектора. Гектор наклонился к нему и еще два раза выстрелил в голову, прежде чем повернуться к Пэдди и Насте.

Туннель по-прежнему наполнял углекислый газ, который еще не вытянула вентиляция. Насте грозила опасность. Гектор склонился к ней, снял с пояса двухлитровый баллон с кислородом, открыл клапан и надел маску на рот и нос Насти.

— Сначала помоги Пэдди! — потребовала Настя, ее голос из-под маски звучал приглушенно.

Пэдди пытался сесть, но его тело перекосилось; одно плечо было ниже другого.

«Ключица и, вероятно, пара ребер, — подумал Гектор. — Наверняка несколько растяжений и порванные мышцы, но поврежден ли мозг?»

Вслух он сказал:

— Давай, Бабу. Дама велит заняться тобой.

— Однажды ты нарвешься, Кросс, — предупредил Пэдди, но без искренней злобы, и скривился от боли, сквозь которую пробивалась радость, когда Настя склонилась к нему и заглянула в глаза.

— Мозг не поврежден! За нашим пареньком не заржавеет! — с улыбкой постановил Гектор и включил микрофон своей рации. — Слушайте все! Камаль вне игры. Утманн Вадда тоже. Адам взят. Пэдди сломал пару костей, но он парень крепкий, а кости срастутся. Главное, мы с Настей в полном порядке. Тревожиться не о чем!

Гектор и Хейзел стояли на крыле мостика «Золотого гуся». Он обнимал ее одной рукой, Хейзел льнула к его груди. Они молча смотрели, как подходят последние шлюпки с моряками, которых колонна Сэма Хантера освободила из тюремных загонов на берегу. Моряков перевозили на их корабли в заливе.

Убедившись, что женщины и дети бежали из города, — Хейзел очень определенно настояла на предварительной проверке — люди Сэма поджигали лачуги. На большую часть захваченных пиратами судов уже вернулись экипажи и проверяли двигатели, готовясь к отплытию. У восьми судов, много лет простоявших на якоре, двигатели проржавели, корпуса насквозь проела ржавчина, и выхода в море они не выдержали бы. Гектор приказал затопить их, чтобы лишить пиратов даже самой скромной прибыли. Когда открыли кингстоны и вода хлынула внутрь, одни перевернулись, другие просто затонули; их мачты виднелись над поверхностью воды. Наконец по берегу спустились к морю бронированные амфибии Сэма Хантера и поплыли к «Гусю», оставив город гореть. Хейзел нарушила молчание.

— Итак, дорогой, дело сделано, — сказала она почти шепотом.

— Почти, но не совсем. Осталось еще одно, — ответил Гектор, и она повернулась в кольце его рук и посмотрела ему в лицо.

— Знаю. Я все время боялась этой части. — Она вздохнула. — Где он?

— Тарик поместил его в арсенале в закрытой части корабля.

— Надо сразу покончить с этим, пока я не потеряла остатки мужества.

— Мы сделаем это только в море, — ответил он. — Мужества нам хватит. Мы в долгу перед Кайлой и Грейс.

— Знаю, — прошептала Хейзел и пошевелилась у его груди, — мы должны восстановить справедливость. Без этого нам не знать покоя. Когда мы должны это сделать?

— Отплытие сегодня вечером… Завтра на рассвете, когда нас не будет видно с берега.

— Только ты и я? — негромко спросила Хейзел. — Больше никто?

— Многие пострадали, — напомнил Гектор. — Тарик, Пэдди и Настя.

— Хорошо. Но это должна сделать я. Это мой священный долг.

Солнце садилось и света едва хватало, чтобы разглядеть канал, когда «Золотой гусь» вывел конвой разнообразных судов из залива Ганданга-бей. Всю ночь они шли на юго-восток. На следующее утро еще затемно Гектор и Хейзел приняли ванну и переоделись в чистое. Потом выпили по чашке крепкого черного кофе, молча стоя в маленькой кухоньке при помещениях владельца. Ровно в пять утра в дверь постучал Тарик, и Гектор открыл ее.

— Все готово, — сказал Тарик.

— Спасибо, старый друг.

Гектор оставил его в дверях и вернулся к Хейзел, сидевшей на кровати. Она подняла голову и посмотрела на него. Такого цвета глаз Гектор у нее никогда не видел — они были голубыми, холодными и бессолнечными, как арктическое море.

— Да? — спросила она.

— Да! — ответил он и, взяв Хейзел за руку, поднял. Подвел к лифту, и они спустились на самый нижний уровень. Когда дверь лифта открылась, Гектор взял Хейзел за локоть и вывел на кормовую палубу. Часть палубы огораживал занавес из тяжелого брезента. Тарик шел впереди. Он открыл в брезенте клапан. Когда все вошли, он снова его закрыл.

Здесь ждали Пэдди и Настя. Пэдди сидел на складном брезентовом стуле: грудь обмотана хирургической липкой лентой, правая рука на перевязи. Настя стояла за ним, положив руку ему на плечо. Гектор и Хейзел встали по другую сторону от Пэдди. Гектор взглянул на Тарика.