– Вряд ли. Думаю, он и не догадывается.
– Будешь назначать новую встречу, предупреди. Пусть учится избавляться от слежки.
– Обязательно скажу, учитель.
– Учти – у нас очень мало времени. Действуй. Встретимся завтра.
Диалог закончился.
– Они говорили всего минуту, прогуливаясь вдоль проспекта Вернадского. Потом Иван исчез и объявился в центре, там он, по-видимому, снял пиджак. Наш маячок до сих пор стоит на месте.
– Как же я не догадался! Надо было ему на волосы «жучка» посадить.
– А если это парик? Было бы еще хуже.
– Неужели он вас заметил?
– Не нас, – сообщила Валерия. – Ты, Семен, личность приметная, за тобой теперь наблюдают толпы восторженных фанатов!
– Ты кого-то видела?
– Конечно. Кто-то из органов. И даже слышала, как они твоего мужика в парке упустили.
– Тогда эту запись нужно срочно переслать Алексею Степановичу. Чтоб не думал о нас плохо. Опять же у них и народу больше, и оборудования хватает. Пусть разбираются.
– У тебя есть его электронный адрес?
– Имеется.
– Вот и займись пересылкой. Учти: файлы большие, за один раз могут не пройти.
– Разберемся.
В это время во входную дверь позвонили.
– Кто бы это мог быть? – Валерия вооружилась.
Одновременно раздался сигнал сотового. Мобильный докладывал о получении сообщения. «Открывайте дверь, это серый волк к синему зайцу», – гласил текст послания.
– Отбой воздушной тревоги, – вздохнул я. – Алексей Степанович решил зайти сам.
Глава 19Кто тут за наших?
– Дамы и господин, у меня для вас довольно неприятное известие, – начал с порога нежданный гость. – Три часа назад возле вашего дома мои наблюдатели заметили очкарика. Хочу, чтобы вы на него посмотрели.
Визитер выложил на компьютерный стол фотографии. Снимков незнакомого русого мужчины, фигурой очень похожего на Илью, было много. На некоторых фас и профиль крупным планом, я смог даже рассмотреть знакомый оттиск на дужке очков.
– Это, скорее всего, человек Шарга, – кивнул я. – Вы его задержали?
– Не было оснований. С одной стороны, он может оказаться обычным гражданином, а с другой… Я бы не хотел, чтобы мои бойцы начали стрелять друг в друга. В подъезд он не заходил, но к вашим окнам приглядывался. Кстати, мы навели справки: сходный по описанию человек спрашивал о здоровье Людмилы, когда она попала в больницу.
– Который назвался ее двоюродным братом? – заволновался я.
– Да. В связи с этим у меня предложение. У нас есть квартира в тихом районе Москвы. Не перебраться ли вам туда на недельку?
– Из-за одного очкарика?! – возмутилась Валерия. – Да я жду не дождусь, чтобы лично переговорить с этим типом.
– Никто не знает, сколько их осталось. Если он приведет с собой подмогу, мои люди могут не справиться.
– Поможем, – не сдавалась женщина. – Или вы сомневаетесь в наших способностях?
– Алексей Степанович, мы как раз собирались переслать вам пару интересных файлов. – Мне хотелось избежать спора между Лерой и полковником. – Может, сейчас посмотрите? Люд, покажешь?
– Запросто.
Я тем временем позвал Валерию на кухню.
– Лучше переехать, – сказал я ей. – Если они отыскали нашу берлогу, достаточно одного снайпера. И никакие способности не помогут. Понимаю, ты хочешь отомстить…
– Семен, – перебила она, – не будем о мести. Да, я действительно хочу наказать негодяев. Тех, кто продал даже не страну, а свою планету, согласившись помогать чужаку. И наказать не только за смерть Ильи, хотя это в первую очередь, но и за гибель других людей. Поверь, это я умею делать лучше многих. Потому что именно жажда мести когда-то привела меня на тот путь, с которого, во многом благодаря встрече с Груневым, я попыталась соскочить. Уйти, так сказать, на пенсию. Видать, не судьба.
Я чувствовал, что ей нужно выговориться, и молча слушал.
– Мы теперь в одной боевой связке, поэтому тебе нужно кое-что обо мне знать. Буду предельно кратка. В двенадцать я потеряла очень близкого человека, и эта потеря закрыла мне собой солнце. Хотелось самой умереть, но еще больше – убить ту сволочь… В общем, я стала искать, где учат убивать. В течение года поменяла пять секций, весь Интернет перелопатила. Наконец нашли меня. Устроили испытания и, когда убедились в моей непреклонности, начали тренировать. В семнадцать я впервые участвовала в боевой вылазке, в девятнадцать отомстила за смерть отца, а в двадцать наставницы решили, что меня пора возвращать к нормальной жизни, и начали обучать защищать от смерти других.
В тот день, когда ты позвонил и попросил о помощи, я по описанию сразу узнала Де Вито, которого уже три года разыскивали мои бывшие соратники. Его телохранители также числились в списке на уничтожение, поэтому организовать группу не составило труда. Во время операции я не тронула ни одного гада, моей задачей было охранять вас.
Потом бандиты чуть не убили Людмилу. Теперь – Илья. Солнечный диск опять становится темным. В этой жизни для меня остались всего два лучика – Людка и ты. И чтобы они не погасли, я готова порвать любого. Вот это запомни хорошо. – Она ненадолго замолчала и в задумчивости подошла к окну.
Внимательно оглядев двор, Лера продолжила:
– Почему мне не хочется уезжать? В этом районе я знаю каждый кустик, каждого человека, да что там – всех дворняжек и бродячих котов близлежащих подворотен и окрестностей. Однако я не заметила наблюдателей, о которых говорит полковник. Это подозрительно.
– Их ведь тоже чему-то учат. Да и шпионское оборудование со счетов сбрасывать нельзя, – как смог, объяснил я.
Она не спешила с ответом. Еще с минуту на кухне стояла тишина.
– Я соглашусь, только если он обещает не ограничивать нашу свободу.
– Думаю, договоримся, нас же не в тюрьму собираются отвезти.
– Поживем – увидим. Ладно, иди договаривайся.
Через четверть часа мы спускались по лестнице. Алексей Степанович приехал на большом внедорожнике. За руль сел сам.
– Ой, забыла! – воскликнула Валерия. – Я только туда и обратно.
Девушка выскочила из машины.
– Семен, что вы увидели, когда смотрели в зеркало возле парка? – спросил Алексей Степанович.
– Вместо цветка над головой мужика висел золотой диск.
– Думаете, это те, кто воюет с миром Шарга?
Одной из причин, по которой срочно закрыли дела всех имевших отношение к эксперименту, стал рассказ чужака. При полном отсутствии документально подтвержденных фактов моя история выглядела совершенно невероятной, а в глубокой выжженной воронке, образовавшейся после взрыва дома, ничего найти не удалось. И хотя начальник полковника был в курсе всех событий, высшее руководство в детали пока не посвящали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
