– Сеньорита, если у вас найдется второй стул…
Кажется, нет. И не надо, встанем, еще раз осмотримся… Комната все та же, зато черноглазая… Не узнать? Узнать-то легко, но спутать невозможно. Взрослая девушка, серьезный умный взгляд, легкие морщинки на лбу…
Уже не смеется, даже не улыбается. Опять что-то не так?
– Я вам уже не нравлюсь, Рич? Знаете, иногда, особенно когда никого вокруг нет, начинаю жалеть о той деревенской дурочке. Сейчас бы я полезла к вам с поцелуями, вы бы меня обняли, а я бы только сопела от радости. Тогда начинаешь понимать, что Иисус прав. Блаженны нищие духом…
И что ответить? Вероятно, правду.
– Если бы мы встретились на танцплощадке лет тридцать назад, то это я сопел бы от радости. Здесь, в Гипносфере, у нас нет возраста, но есть память и есть опыт. Вы пока еще – очень симпатичный утенок, не успевший перебороть свой baby duck syndrome. Что это такое, пояснить?
Может, зря это я так, под дых? Но не сюсюкать же с собственным клоном?
– Импринтинг, Рич. Первый встреченный утенком объект навсегда будет самым лучшим, самым правильным. А я даже не утенок, я – кусочек простейшей «сонной» программы. И еще я ваше отражение, которое инстинктивно пытается во всем походить на оригинал. Ну что, маленький сеньор, толковая у вас выросла дочь?
А вот поцелуй совсем какой-то не родственный. Совсем не… Этак и до инцеста дойдет!.. Эй-эй!..
Стул! Хорошо, что по ноге не попало. Фу ты!
Где тут лимонад?
– Мне… Мне тоже налейте, Рич. Я, кажется, нарушила кучу правил. Извините! В следующий раз стану нарушать только по вашему приказу.
Звучит хорошо, однако вид у пастушки не слишком виноватый. Да какая, к чертям, пастушка! Взрослая девка со вторым размером и при мускулах, еще немного – и снасильничала бы прямо на столе.
Лимонад, конечно, охлаждает, зато теория сушит.
– Секс в таких файлах не предусмотрен, сеньорита. Слишком высокое эмоциональное напряжение. Обычно вышибает сразу. Тот, кто спит, просыпается, стало быть, исчезает из объятий, причем в самый неподходящий момент.
Да-а… Таким бы взглядом стекла резать. Вместо алмаза.
– Об этом я тоже знаю, Рич, потому и пью сейчас лимонад. Несправедливо… Гипносфера – очень странный мир. Иных я, правда, пока не видела, только читала. Но получается так, что здешние аборигены – те, что с картинок, – вроде големов. Функции, не больше. Только гости из Мира Неспящих – люди. Но я уже не утенок, Рич. Кое с кем удалось познакомиться, причем достаточно близко. Было интересно и очень приятно, но… Но я выбираю импринтинг, причем в здравом уме и твердой памяти. Не смущайтесь, я ведь только ваш сон, правда?
Выросла пастушка! Но если выросла…
– Давайте, я тоже выберу. Сегодня я посмотрел на гравюру от отчаяния. Когда загоняют в угол, начинаешь искать выход даже в комнате без дверей. Но сейчас обещаю бывать здесь в здравом уме и твердой памяти. Если, конечно, буду достаточно трезв. И достаточно жив.
Молчит. Думает. Обиделась?
Глаза…
– Рич! Простите дуру, набитую эстрогеном. Простите – и рассказывайте все, от начала до конца. Только переберемся в иное место. Нет-нет, не в ту глупую картинку, туда меня калачом не заманишь…
Ага, пульт с кнопками, не виден, но явно у нее в руке. Думает выдернуть меня отсюда? Не получится. Блокада!
– Я создала собственный связной файл. В нем ничего нет, пусто – как за этим окном. Но вы представьте то, что хотели бы увидеть. Просто закройте глаза – и постарайтесь вспомнить. А я пока возьму вас за руку.
Представить? Можно и представить. Собственный связной файл! Это она молодец… Представляем… Только не Эль-Джадира, увижу – не проснусь.
Что это под ногами? Трава?
Трава!
– Q-реальность – тоже сон. Но одновременно – и самая настоящая реальность, искусственный мир с заранее заданными параметрами, в котором можно прожить целую жизнь. Вся жизнь – всего за несколько минут по обычному счету. Великое открытие американского физика Джека Саргатти. Еще несколько лет назад ради создания такой реальности приходилось уродовать мозг – вживлять специальный чип. Обычно на такое решались только смертельно больные. Сейчас обходятся шлемом. Это совершенно безопасно, правда, стоит удовольствие почти как космический полет.
– Зачем это нужно, Рич? У человека есть его реальность, его настоящий мир. И есть сон – время, когда он может побыть наедине с самим собой – или с теми, кого трудно найти среди Неспящих. Выдуманная жизнь… Какой в ней смысл? По-моему, это не лучше ЛСД.
Трава… Сухая, желтая, остро пахнущая, июньская. Среди желтизны – алые пятнышки степных маков. То, что успел вспомнить… Небольшой пригорок, белесое жаркое небо.
Облака…
– Не лучше, зато системнее. Никакого безумия, обычная правильная жизнь. Но не это главное. В Q-реальности можно проводить любые эксперименты, это только сон, причем твой собственный, прямо не связанный с остальными ответвлениями Мультиверса. В обычном сне мы стараемся не преступать грани, чтобы себе же не навредить. Q-реальность – испытательный полигон за прочными стенами. Можно уничтожать целые страны, взрывать города, убивать друзей, насиловать детей. Никто не пострадает, разве что твоя бессмертная душа.
– Какая гадость, Рич! Кому это нужно? Маньякам? Здесь, в Гипносфере, даже скверные люди становятся лучше. Я уже встречалась с такими. Сон впитывает все плохое, как вата – гной из раны. И человек исцеляется. Я очень рада, что живу в этом мире. Зачем вам понадобился полигон, Рич?
За пригорком, вероятно, ничего нет. «Платформа» маленькая, на двоих-троих, не больше. Зато трава настоящая, колкая, можно сорвать стебелек, закусить зубами. А можно просто лечь – и глядеть в небо.
Хороший сон!..
– Я не создавал этот полигон. Q-реальность, откуда я прибыл – чужая. Меня в нее пригласили, я согласился. Зачем? Долго рассказывать. Хотел проверить некоторые теоретические выводы на практике. Вроде как взорвать несколько пробных зарядов и посмотреть, каким будет отзвук в моем настоящем мире. Если очень повезет, получить формулу воздействия на соседние ответвления Мультиверса. Меня не интересует сон, менять надо реальную жизнь и реальную историю. До недавнего времени человек был способен исправить Настоящее и скорректировать Грядущее. Моя наука, эвереттика, позволит сделать иным Прошлое – не в параллельном мире, не в искусственном сне, а здесь и сейчас. Это работа Бога, но люди созданы по Его Образу и Подобию. Исследования Ноосферы позволят Подобию стать Образом.
– Это безумие, Рич! Безумие – и смертная гордыня. Джеймса Гранта, первооткрывателя Гипносферы, прокляли за куда меньшее. Он всего лишь пытался сделать человека бессмертным, пусть и во сне. А вы замахнулись на Бога – и попали в беду. Страшно это говорить, но, боюсь, здесь никто не сможет вам помочь. Ни один из нас, граждан Гипносферы, не способен перейти границу мира Неспящих. Но вы, Рич, можете взять мою жизнь, если она зачем-то понадобится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
