готовитесь и отдыхаете. Завтра с утра на автобусе вас доставят на аэродром. Ну, а там грузитесь — и здравствуй, Африка… Если больше вопросов нет — все свободны.
* * *
Утром группа прибыла в место постоянной дислокации. Парни находились в общежитии, общаясь и подгоняя снаряжение. Опытные бойцы показывали и объясняли молодым, как подогнать и немного модернизировать «Чи-ком Тип-63» (разгрузочный нагрудник).
Седой вошёл в расположение, посмотрел на ребят.
— Внимание. Вылет завтра. Получаем оружие. Наша задача усложняется. Вооружение: АКМСБ, две «Бури», ПБ, «Гроза». Боеприпасы и гранаты — по максимуму. Через два часа всё должно быть получено и распределено. Проверить ещё раз снаряжение, кому надо заменить что-либо — склад в вашем распоряжении. На месте общаемся только по-испански, кто не владеет — помалкивает. И вообще — мы кубинские специалисты, — Седой улыбнулся.
— А почему у нас морды рязанские? — засмеялся кто-то из ребят.
— Этим вопросом я уже озадачился, — улыбнулся Седой. — Правда, ответ не нашёлся…
* * *
Еще не рассвело, когда через КПП на территорию заехал туристический автобус с наглухо зашторенными окнами. Начальник курсов и куратор провожали ребят.
— Клим, Седой, берегите парней.
Оба командира молча кивнули, пожали руки и зашли в открытые двери автобуса. Включив фары, автобус медленно проехал КПП и, выехав на шоссе Энтузиастов, взял курс на один из военных аэродромов, расположенный в Подмосковье.
Сергей с Игорем сидели рядом. В салоне стояла тишина — парни из обеих групп спали. Седой посмотрел на молодых и улыбнулся.
— Чего не спите?
— Маленько волнительно, — ответил Сергей.
— Первый раз у всех так, привыкнете — и будете спать так же, как парни. Вы же в армии не служили?
— Нет. Военная кафедра, сборы и на курсы, — вздохнул Игорь.
— Ну, вот и ответ. С недосыпом столкнулись только на курсах. Расслабьтесь, главное — выполняйте приказы, не задумываясь. Осознание тех или иных действий придет потом.
Автобус въехал на территорию аэродрома, медленно двигаясь, подъехал к транспортному самолету.
— Подъем, на выход, — произнес Седой, поднимаясь.
У самолета группы встречал мужчина лет сорока в драповом пальто с поднятым воротником. В стороне его ожидала черная «Волга».
— Группы для выполнения поставленной задачи готовы, — встав по стойке смирно, произнес Клим, глядя на встречающего.
— Ваше пребывание на территории государства ограничено десятью днями. Вам запрещено контактировать с гражданскими и военными, за исключением кубинских специалистов. Ежедневно докладываете обстановку, связь вам будет предоставлена нашими специалистами. Вопросы? — Мужчина посмотрел на командиров групп.
— Что если в течение десяти дней приказ не поступит? — Клим посмотрел на Седого, и тот кивнул.
— Летите домой. Это значит, что прапорщика перевезли в место, куда вы добраться не сможете, или риск потери группы эвакуации слишком высок. Не рискуйте понапрасну… На погрузку…
Военно-транспортный самолет, разбежавшись, оторвался от бетонной полосы и быстро набрал высоту.
* * *
Спустя четырнадцать часов самолёт коснулся полосы, двигатели взревели, перекладываясь на реверс. Пробежав по бетонным плитам, железная птица замерла в стороне от двухэтажного здания маленького аэропорта. Створки грузового люка распахнулись, и в салон ворвался влажный, жаркий воздух. Около опустившейся аппарели парней встречали трое — молодые, смуглые ребята в полевой форме цвета «верде оливо» и чёрных беретах.
По трапу спустились двадцать парней в гражданской одежде, в руках у каждого — большая сумка сине-белого цвета с красной надписью «СССР-USSR».
— Рады приветствовать на африканской земле! — приложив руку к берету, произнёс один из встречающих на хорошем русском.
— Взаимно! — поздоровался Клим, а следом и Седой.
— Нам предстоят ещё два перелёта. За час доберёмся до промежуточного аэродрома, а оттуда на вертолёте. К сожалению, тут небезопасно, — пояснил встречающий.
Кубинец отошёл в сторону и показал рукой направление движения. На соседней полосе, расположенной метрах в двухстах, стоял АН-26 в ожидании группы.
— А почему на этом малыше сразу не долететь до места?
— На конечном аэродроме нет полосы, способной принять даже такой самолёт. После бегства португальцев из страны тут многое пришло в упадок, а парк авиации был уничтожен в результате войны. Летать тут небезопасно — самолёты ВВС ЮАР наглеют. Мы, конечно, прикрыли столицу и ещё некоторые города средствами ПВО, да и наши пилоты на ваших самолётах создают серьёзные проблемы авиации противника, но господства в воздухе у нас нет. И даже бело-синяя раскраска ваших гражданских самолётов не гарантирует безопасность.
Парни быстро загрузились в «аннушку». Винты раскрутились, разбежавшись, самолёт заложил вираж и начал набор высоты. Парни с интересом смотрели в иллюминаторы. Зелень редколесья перемешивалась с пятнами красноватого песка. Город остался чуть в стороне — он выглядел как современный европейский, а не так, как рисовало воображение об Африке, с хижинами и мазанками.
Перелёт занял чуть больше часа. Самолёт бежал по узкой полосе, со всех сторон засыпанной песком. Редкие кусты и деревья виднелись в отдалении. На краю полосы расположились небольшие домики, видимо, являющиеся комплексом аэропорта, а чуть дальше — палатки, окопы и ракетные установки средств ПВО.
МИ-8 стоял чуть в стороне. Пилоты, одетые в такую же форму, что и кубинцы, находились у вертушки в ожидании пассажиров.
— Перекурить и оправиться, — отдал команду Клим.
Командиры подошли к пилотам и о чём-то разговаривали.
— Как впечатление от Африки? — Игорь смотрел на Сергея.
— С высоты смотрится замечательно, вот только она не очень гостеприимна. Нам лететь ещё около часа, и, кажется, это будет не самый спокойный перелёт. Кубинцы сказали, что вертушки редко, но ссаживают, — прищурясь, Сергей осматривал пространство.
— Так вроде активных боевых действий сейчас нет.
— Так тут больших сражений и не было, но в семьдесят восьмом юаровские десантники при поддержке авиации положили почти тысячу местных вояк в двухстах пятидесяти километрах от границы с Намибией. Тут всё держится на наших специалистах, нашем вооружении и кубинцах. Если не ошибаюсь, последних много — около двадцати пяти тысяч бойцов, — Сергей посмотрел на друга.
— Грузимся! — крикнул Седой.
Вертушка, приподнявшись, начала набирать скорость и высоту. Пилоты изредка меняли направление полёта, но потом снова возвращались на курс, будто облетая возможные ловушки, расположенные внизу на земле.
* * *
Вертолёт опустился в расположении военной базы. Хотя базой в классическом понимании это назвать было нельзя — скорее, полевой лагерь. Периметр в некоторых местах был затянут колючей проволокой на столбах, а там, где ограждение отсутствовало, были вырыты окопы и размещены огневые точки. Бронетехника стояла на полевой площадке, где несли караул бойцы ангольской армии.
Несколько капитальных строений располагались на правом фланге базы, и к ним направились прибывшие в сопровождении кубинцев. Парни крутили головами, рассматривая палаточный лагерь, расположенный чуть в стороне. По периметру
