Это было истинным наслаждением.
Но на этом удовольствие и кончилось. Слишком много человеческих костей попалось им при обследовании острова, слишком много людей погибло такой страшной и бессмысленной, смертью: мужчины и женщины, и дети, чьи кости грудами лежали в домах, - должно быть, они пытались укрыться в них от палящего смертоносного солнца, - или были разбросаны там, где их застигла смерть. От них ничего не осталось, кроме костей, да временами еще попадался выдубленный солнцем кусок человеческой кожи или прядь волос. В тропиках разложение не медлит - оно почти так же быстро, как и сама смерть.
Они остановились, чтобы проглотить свой скудный ужин, на французской стороне острова - не в центре портового города, где было слишком много свидетельств разыгравшейся здесь трагедии, а на молу у моря, в тени полуразрушенного здания. Они разложили паек на упавшей вывеске, как на столе.
Грациэла пристально посмотрела на своего спутника. Тот методично работал челюстями и, хмурясь, вглядывался в море.
- Деннис? Ты уверен, что мы должны плыть туда? Я имею в виду, на континент?
Он посмотрел на нее так, словно она прервала течение его мыслей.
- Разумеется, я уверен в этом, - отрывисто проговорил он. - Мы должны узнать, что там происходит. Разве тебе это не нужно? разве ты не хочешь узнать с уверенностью, что произошло с твоим пропавшим возлюбленным?
Грациэла почувствовала, что краснеет, но голос ее прозвучал спокойно:
- Я знаю, какие причины движут мной, Деннис. Я хочу узнать, зачем это тебе.
Он фыркнул:
- - Ты что, думаешь, что я вас всех сдам Пан-Макам?.. Но тут же остановился.
- Прости, Грациэла. Я вовсе не хотел на тебя набрасываться. Нет, я вовсе не хочу возвращаться назад к Пан-Макам. Но я хочу знать, что произошло! Ты потеряла там, на суше, своего жениха, который скорее всего погиб. Я потерял семью, друзей, товарищей - я потерял всю ту жизнь, которую прожил там, Грациэла! Я хочу знать, что там происходит сейчас. Кто такие эти люди, посылающие радиосообщения? Их не так много - мы засекли не более двенадцати радиоточек на всем континенте. Но эти люди хорошо организованы, и я хочу знать, кто они такие и чем занимаются. И это не просто праздное любопытство! Ты знаешь, как сейчас выглядит Сити Атлантика - все эти люди, которых держат пленниками в городе кальмары и зомби - это не может Продолжаться вечно, правда? А мы тут занимаемся мелким ремонтом, который уже никому не нужен, и проводим время, как какие-нибудь туристы!
- Но капитан тоже права, Деннис, - возразила Грациэла, стирая песок с куска жести, на котором были разложены остатки их пайка. На нем была надпись по-французски. Грациэла пыталась разобрать ее, пока разговаривала со своим спутником.
- Нам нужно сделать так, чтобы «Герцогиня» была полностью в рабочем состоянии.
- А как мы собираемся это делать? - снова фыркнул Деннис. - Кожух для двигателя! Мы никогда не найдем ни материалов, ни инструментов для такого ремонта! На этом маленьком острове просто нет… В чем дело? - спросил он, увидев, что Грациэла замерла, затаив дыхание.
Она молча смотрела на надпись на вывеске, потом проговорила:
- Кажется, нам это удастся.
Вывеска эта, вероятно, когда-то висела при входе в магазин. Она гласила:
Дю Ланж и сыновья Ремонт автомобилей
Итак, одна проблема была разрешена: в старой автомобильной мастерской нашелся и толстый стальной лист, и машины, с помощью которых можно было обрабатывать сталь.
Под управлением братьев Нг'Вода команда занялась изготовлением защитного кожуха для внешнего двигателя. Сперва нужно было запустить машины. Затем необходимо было изготовить формы для стали. Нужно было запустить гидравлический пресс. И в конце концов готовый кожух был доставлен в порт и тщательно присоединен к корпусу из НЕКСО.
Грациэла была избавлена от большей части этой работы, поскольку была еще одна обязанность, для которой она подходила лучше.
Продовольствие.
Сперва его было трудно отыскать. Похоже, пищи просто практически не осталось на острове - склады были ограблены, из домов было вынесено все, что только можно. Среди туристских магазинов, стоявших вдоль главной улицы порта, она нашла те, в которых когда-то продавались деликатесы - но все полки, на которых стояли консервы и приправы, были опустошены. С дюжину раз она натыкалась на кокосовые орехи, но они либо были обработаны как сувениры, либо использованы в дополнение к вывескам для привлечения внимания - все их содержимое высохло за несколько лет, так что и говорить было не о чем. В городе, кажется, было больше ресторанов, чем жилых домов, но на всех кухнях уже побывали прежде люди, которых подстегивал голод.
На земле не осталось ничего.
Однако кое-что еще оставалось в море.
Когда Грациэла попытала счастья в подводной охоте, она нашла для себя источник новой радости, и радость эта были больше, чем просто радость от поимки омаров или морских ежей, которых ей удавалось поймать. Она снова плавала в своем возлюбленном океане! Не в нелепо выглядящем гидрокостюме, под которым не ощутишь ласкового прикосновения воды, но в обычном купальном костюме с одной только маской, дававшей возможность дышать под водой. Это было так легко и естественно, как в те времена, когда она плескалась в бассейне с кальмарами, но здесь были еще чудеса прибрежного мелководья, каких она не видела никогда прежде. Кораллы и раковины, подводные заросли водорослей, которые снова начали расти, и чьи длинные стебли плыли по течению. Водоросли были, правда, не теми съедобными водорослями, которые росли на фермах Сити Атлантика, но они явно не были единственной разновидностью из растущих здесь. В рифах, к тому же, водилась рыба. Самыми крупными здесь были гури - большие некрасивые существа, прятавшиеся в расселинах скал. Их было легче всего поймать, а точнее, загарпунить, и тогда они начинали свиваться в кольца как змеи, для того, чтобы убить их, нужно было отсекать им головы, иначе живучие твари попросту отказывались расставаться с жизнью. Но водились здесь и другие рыбы - не больше ладони Грациэлы, сверкающие и переливающиеся всеми цветами радуги. У Грациэлы просто рука не поднималась на такую красоту, тем более, что мяса в них было на один глоток. А потому на борт «Герцогини Атлантики» она доставляла другую живность - угрей и омаров, съедобные раковины, крабов и морских ежей, в памяти же сохраняла радостное воспоминание о маленьких разноцветных рыбках.
Земля была мертвой и враждебной, но море возвращалось к жизни.
А земля действительно была враждебна к ним.
За все эти дни ни разу не умолкало бормотание радио - большей частью непонятное, но, тем не менее, можно было определить местоположение основных передатчиков. Наибольшую активность по-прежнему проявляла Флорида, также как и еще несколько радиоточек, расположенных дальше от берега континента.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
