– Нет.
– Замечательно. Как вы смотрите на то, чтобы этим делом занялся я?
– Но я не собиралась подавать в суд… – Тина не ожидала такого напора и в первый момент растерялась. – У меня просто нет для этого времени!
– Мы оформим доверенность, и ваше присутствие на суде не понадобится: от вашего имени будет выступать ваш адвокат. Это вполне законно. Вас похитили, вы подвергались грубым оскорблениям – я рассчитываю получить компенсацию в несколько миллионов галов. То, что почти все участники этой акции погибли, не имеет значения, ведь они действовали по указанию своего правительства. Мы выдвинем иск против правительства Манокара. Я надеюсь, деньги вам нужны?
Да, деньги ей были нужны – она уже успела вернуть «Галактическому лидеру» неотработанный гонорар, а необходимость в непредвиденных расходах могла возникнуть в любую минуту.
– Но ведь у нас почти нет вещественных доказательств, – заметила она с сомнением. – Только распиленные кандалы валяются у меня на яхте.
– Очень хорошо, что вы их сохранили. Лучше, чтоб они не валялись на яхте, а лежали в сейфе у вашего адвоката, я сегодня же их заберу.
– Этого слишком мало…
– Еще у нас есть видеозапись, подлинность которой подтвердит экспертиза. Госпожа Хэдис, я никогда не берусь за безнадежные дела и за последние полвека не проиграл ни одного процесса.
Об этом Тина знала.
– Хотела бы я взглянуть на ту видеозапись. Я уже слыхала о ней, но не видела.
– Давайте поедем ко мне? – предложил Зелгони. – Фильм очень дорогой, коллекционный, но моя клиентка, разумеется, может его посмотреть. Прошу вас! – Он галантно распахнул перед Тиной дверь.
Жил адвокат в старинном дворце из белого и голубого мрамора. Во внутреннем дворике, вокруг бассейна с подкрашенной бирюзовой водой, росли ракуны, их громадные листья колыхались на ветру, и по мозаичному полу скользили тени. Зелгони закрыл жалюзи, дворик исчез из поля зрения.
– Устраивайтесь.
Он вышел, но вскоре вернулся с кристаллом, который вставил в голопроектор. «СТРАСТИ В СИСТЕМЕ РАКСЫ» – вспыхнула в воздухе надпись. С алых букв капала кровь. «Продукция „Перископа“. Защищено от копирования», – предупредила другая надпись, поменьше.
Тина увидела зал не то ресторана, не то бара, оформленный в виде пещеры, с потолка свисали розовые светящиеся сталактиты. За столиком в углу сидел кряжистый старик. Знакомое лицо… Да это же Хемезан, старый космонавт, убитый на пересадочной станции! Вспыхнула драка, сначала Хемезан успешно отбивался от насевших подонков, но потом его дважды ударили ножом – в спину и в живот, – сбили с ног и начали пинать. Ворвалась полиция. Мертвый Хемезан на полу, крупным планом, лицо – сплошная кровавая маска.
«Ну все, финал. Отпрыгался. Вот так и кончают всякие там великие, – произнес глумливый голос за кадром. – Хотите еще чего-нибудь интересненького? Сейчас увидите!»
– Да что все это значит?! – хрипло спросила Тина, повернувшись к адвокату.
– Документальный фильм, сделанный эксцессерами из «Перископа». На вас так сильно подействовало? Гм, я не думал, что киборга можно чем-нибудь в этом роде вывести из равновесия…
– Меня удивил неадекватный тон комментатора, – Тина уже овладела собой.
– А, это обычный стиль «Перископа». Смотрите внимательно – сейчас пойдет кусок, который я собираюсь продемонстрировать на суде.
Появился манокарец в сером с лиловыми нашивками мундире. Администратор третьего уровня. Крепкого сложения, с тяжелым взглядом и нездоровой кожей.
«А это манокарский тоталитарист, его зовут Джениз Шидал, – сообщил комментатор. – Один из главных героев нашего уникального фильма. Вы увидите, дорогие зрители, что он будет вытворять дальше! Итак, держитесь крепче!»
Манокарский тоталитарист Джениз Шидал инструктировал группу манокарцев низших уровней относительно того, как взять в плен киборга, Тину Хэдис. Говорил он по-манокарски, но параллельно звучал перевод. «Это приказ нашего великого правительства, приказ самого президента Пенгава! – с расстановкой произносил он, сверля взглядом неподвижно застывших парней в одинаковой форме. – Надо покончить с этой!.. Те, кто проявит себя хорошо, перейдут на следующий уровень – так сказал его превосходительство господин Мажирав. Старайтесь!»
– Теперь не отвертятся! – усмехнулся Зелгони.
Кабина вездехода. Полуразрушенные желийские купола у подножия хребта Рисахэи, Шидал нанимает проводника. Вход в заброшенную шахту. Манокарцы выстраиваются полукругом, с парализаторами наготове. Появляется Тина (это сразу после того, как ей удалось выбраться из колодца, куда ее столкнул Гонщик). Падает. Манокарцы приближаются к ней – медленно и нерешительно, словно опасаясь, что она того и гляди вскочит на ноги. На нее надевают кандалы. Шидал тычет ее в бок носком ботинка, потом пинает по ребрам, но она не реагирует.
– А вот и оскорбление действием! – удовлетворенно промурлыкал адвокат.
– Вас это как будто радует? – сухо спросила Тина.
– О, простите, госпожа Хэдис! – Юрист слегка смутился. – Я просто оцениваю ситуацию как профессионал: чем хуже – тем лучше. Для вас все эти неприятности остались в прошлом, а каждая подобная деталь прибавляет лишний нуль к той сумме, которую я рассчитываю выбить из манокарского правительства.
Внутренние помещения звездолета. Тину тащат волоком по коридору, приковывают к стене. Потом она уже в сознании, и высшие манокарские чины приходят на нее посмотреть, среди них Шидал и Кезем. Жены администратора первого уровня Мажирава плюют в ее сторону.
– Моральный ущерб, – отметил Зелгони. – Прелесть, я их за глотку возьму!
Роскошно обставленный кабинет. Чиновники явно раздражены. Врывается Гонщик (тут Тина внутренне напряглась). Мажирав уговаривает, Гонщик стреляет в него из дезинтегратора.
– Любопытно, какой совершенный у него грим, – пробормотал адвокат. – Точнейшая имитация! Госпожа Хэдис, это очень существенный момент: теперь неопровержимо доказано, что Манокар причастен к межзвездному терроризму. Это ослабляет позицию Манокара – и, как следствие, усиливает нашу позицию. Мы выиграем.
«Интересное еще не кончилось, это только начало, – посулил комментатор. – Смотрите дальше – и у вас кровь в жилах застынет! Впереди вас ждут такие первосортные ужасы, какие вам и в ночных кошмарах не снились!»
Избитые Гонщиком чиновники приходят в себя и покидают кабинет. Около тела Мажирава остается подвергнутый остракизму Шидал… и кто-то еще. Этот второй, невидимый, протягивает Шидалу бластер.
За дальнейшим развитием событий Тина наблюдала, удивленно подняв брови: Шидал не вызывал у нее симпатии, но то, что этот тип взбунтовался, делало его на свой лад выдающимся человеком – ведь каждому манокарцу с пеленок внушают, что наказания надо принимать покорно и безропотно, как должное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
