Итак, несмотря на принятие нормативных документов, принцип контроля инвесторов по-прежнему может порождать проблемы, требующие тщательной проработки со стороны налогоплательщиков. Это касается и страховых компаний, обладающих достаточным опытом, и растущего числа инвестиционных консультантов, возможно, менее осведомленных об этой сфере страхования, но стремящихся предоставить своим клиентам возможности инвестиций с более благоприятным режимом налогообложения.
Здесь можно упомянуть положение 2003–91, включающее примеры сделок, которые можно назвать «безопасной гаванью» с точки зрения контроля инвесторов. Некоторые из приведенных в нем фактов являются новыми, однако большинство из них уже упоминались в предыдущих положениях. Но, несмотря на то что это положение содержит дополнительные пояснения, остается неясным, насколько строгими могут быть описанные в нем ограничения. Ниже приведены примеры спорных моментов с комментариями и дополнительными вопросами.
• Принцип контроля инвесторов применяется только для договоров страхования. Первый из фактических примеров, который рассматривается как официальное заявление Налоговой службы о применимости принципа контроля инвесторов к сделкам по страхованию жизни. Несмотря на то что в рамках запроса налогоплательщика LTR 9433030 проводился анализ такой сделки на предмет соответствия принципу контроля инвесторов, соответствующее постановление содержало только частные указания, применимые к сделавшему запрос налогоплательщику52. Все предыдущие положения о доходах (документы более высокого уровня, применимые ко всем налогоплательщикам), принятые по подобным вопросам, касались аннуитетов.
• Доли на субсчете не торгуются на открытом рынке; их можно приобрести только при заключении договора страхования. Этот факт уже упоминался выше (см. положение 81–225). Однако с момента публикации постановления остается открытым вопрос, какие активы считаются доступными публично или доступными неограниченному кругу лиц. Согласно положению 2003–92, опубликованному одновременно с положением 2003–91, актив считается доступным неограниченному кругу лиц, даже если круг людей, способных его приобрести, имеет узкое определение. В связи с этим Налоговая служба определила, что принцип контроля инвесторов применяется в случаях, когда доли в товариществах, приобретенные на средства отдельного счета, могли быть приобретены квалифицированными или аккредитованными инвесторами, т. е. ограниченной группой инвесторов, определенной в федеральных законах о ценных бумагах.
• Отсутствие влияния на инвестиционных консультантов или инвестиционных специалистов. В примере из положения 2003–91 страховая компания привлекла инвестиционного консультанта, ответственного за управление средствами каждого субсчета. Термин «инвестиционный специалист» для этих целей определяет любое лицо, ответственное за инвестиционное консультирование или принятие инвестиционных решений в отношении активов, размещенных на субсчетах, а также любое лицо, прямо или косвенно контролирующее такую работу. В приведенном примере инвестиционная компания единолично и по собственному усмотрению принимала все решения относительно выбора (или замены) инвестиционного консультанта или инвестиционных специалистов, участвующих в операциях с отдельными счетами или субсчетами. Фактически страхователь не мог ни прямо, ни косвенно связаться со страховой компанией по вопросам выбора или замены консультантов или специалистов, участвующих в инвестиционной деятельности по отдельным счетам или субсчетам. Очевидно, что в приведенном примере на инвестиционного консультанта или инвестиционного советника у страхователя нет никакого влияния, однако неясно, что в этом примере имеется в виду под «безопасной гаванью». Ограничения в договоре страхования, упомянутом в положении 2003–91, кажутся более строгими, чем установленные Налоговой службой. Например, в постановлении LTR 9752061, принятом по запросу на определение подлинного владельца базовых активов по договору страхования, указано, что страхователь мог выбирать инвестиционного консультанта из списка, одобренного страховой компанией. Налоговая служба сочла, что в таком случае владельцем активов являлась страховая компания. Следовательно, остается неясным, что описано в постановлении – «безопасная гавань» или измененное ограничение.
• Отсутствие контроля инвестиционной деятельности. В указанной ситуации между страхователем и страховой компанией или консультантом нет соглашения, плана или договора о доступности определенного субсчета. Все инвестиционные решения по субсчетам, кроме распределения фондов между субсчетами, принимаются страховой компанией или инвестиционным консультантом единолично и по собственному усмотрению. Страхователь не может выбирать или рекомендовать объекты для инвестиций или инвестиционные стратегии. Он также не может прямо или косвенно обращаться к инвестиционному специалисту страховой компании или ее филиалов или к инвестиционному консультанту по вопросам выбора, качества или доходности конкретных инвестиций или группы инвестиций активов субсчета. Ранее Налоговой службой было установлено, что ограниченное участие страхователя в определении стратегии инвестирования активов отдельного счета не может квалифицировать его в качестве владельца активов. Здесь вновь можно сослаться на постановление LTR 9433030, где признается, что до приобретения соответствующих полисов страхования жизни «страховщик и держатель полиса согласовали общие правила инвестирования…» Постановление LTR 9433030 касалось одного отдельного счета. Остается догадываться, изменилась ли позиция Налоговой службы по этому вопросу и, если изменилась, какое участие страхователь может принимать в обсуждении таких операций. Представляется, что между ситуациями, когда страховая компания реализует продукт с Х видами субсчетов и когда потенциальный страхователь дает страховой компании указания о том, что она могла бы купить продукт с Y видами субсчетов, особых различий нет. Очевидно, что основой принципа контроля инвесторов является критерий оперативного контроля инвестиций. Однако неясно, какую степень свободы компания, разработавшая продукт страхования, может предложить страхователям.
• Количество субсчетов по договорам не должно превышать 20. В положении 82–54 описана ситуация с тремя вариантами инвестирования. В положении 2003–91 речь идет о 20 вариантах. Сегодня на рынке немало продуктов, предлагающих гораздо больше 20 альтернативных каналов инвестирования, что обусловлено конкуренцией. Является ли максимальное количество субсчетов, указанное в положении, констатацией факта или же отражает опасения, что при большем выборе инвестиционные стратегии могут определяться слишком узко и, следовательно, станут менее репрезентативными относительно инвестиций, описанных в положении 82–54? Опасения Налоговой службы, что последовательное применение принципа контроля инвесторов требует строгих ограничений количества инвестиционных стратегий, необоснованны. Так, положение 2003–91 указывает, что соответствующей сделкой предусмотрены несколько инвестиционных стратегий, а именно: фонд облигаций; фонд акций крупных компаний; фонд международных акций; фонд акций малых компаний; фонд ценных бумаг, обеспеченных ипотекой; фонд бумаг сектора здравоохранения; фонд развивающихся рынков; фонд денежного рынка; фонд сектора телекоммуникаций; фонд сектора финансовых услуг; фонд акций южноамериканских компаний; фонд энергетических компаний; фонд азиатских рынков. Относительно инвестиционных стратегий по таким счетам не приводится никаких дополнительных пояснений. Однако основываясь на этих описаниях, можно добавить к списку множество аналогичных стратегий.
