— это набор выживания, универсальный, предназначен для малой группы. Э-эх, попадись мне такой на
Полундре, может у негров лодку и мне удалось бы захватить… Ну мы там его достали, посмотрели, а распределять что кому — уже ты сам рули. Там ножи есть — вот один Кольдо подари, он на него глаз уже положил. И пистолеты сигнальные — ракетницы, тоже два.
— Вручу, ну тогда и вторые ты забирай. Ещё что?
— Там сигнальные фальшфейеры есть — надо по всем лодкам распределить, мало ли кому какой сигнал подать предстоит.
— Хорошо, раздавай.
— Ещё там набор для ныряния. Его за мной закрепи. Попробуем понырять возле Зеланда, может Томпсон мейсоновский достанем. К тому же и ещё одно место перспективное в плане подводных находок есть. Потом расскажу.
— Годится, бери. Бинокль — тоже капитану?
— Да, и я так считаю, и на каждую серьезную лодку обязательно по одному закажи. Еще, пищевые рационы — понятно, на кухню, но это любопытно, там по-английски надписи, похоже не нам посылочка-то шла.
— Ты мне еще схему течения тамошнего нарисуй, прикину куда его могло тащить, еще что?
— Малые рации похожего типа у нас тут уже есть, но и найденные две лишними не будут. Там другое — большая рация. Вот это действительно ценно. Мы с капитаном смотрели. И Люка твой тоже. Наладить сможем. Антенну надо заказывать.
— Вот вернусь после завтрашней поездки — и закажем, прикиньте что именно по деталям и материалу надо.
День Шестнадцатый-1. «Хитроумные» Европеи
группа Кота
Кот — дипломатия и торговля, когда жадные и скупые платят дважды, о. Котелок
— Здравствуйте, уважаемые Соседи! Guten Tag, meine Herren Europaer! Добро пожаловать на наш гостеприимный остров Котелок, пограничную территорию здешней Российской Федерации!
Это Люба наших гостей так приветствует, молодец — правильно разговор начала, как и договаривались. До этого мы только пустыми руками махали, в знак приветствия, обозначая мирные намерения. И мы, и они. Хотя на поясах непременную кобуру никто из нас и не прячет. Что ж поделать — жизнь тут такая, никогда не знаешь чем, порой, новые встречи обернутся. Да и солиднее так, представительнее.
Вот насчет «солидности», наше собственное упущение понял — это мы пока только на слова преемники большой страны, на деле же — кто в чём, увы, как-то и не подумали об этом… И женщины наши не подсказали. Ругать их не буду, и за самим собой долю вины чувствую, но в другой раз непременно посоветуюсь, авось чего дельного и подскажут. Ничего страшного, мы в другом сильны, зато постепенно вот так и научимся тоже представительно выглядеть.
У них, кстати, кобуры на всех однотипные, пистолеты-револьверы, или что у них там, по торчащим рукояткам сразу не скажу какие, но как-то всё более единообразно, чем у нас, «недотёп» выглядят. Или же заказали они их по каналу так специально, чтобы у всех патроны единого образца были, или, как вариант, отыскали где-то. Скорее первое, хотя… Кто ж их точно знает-то? Мы бы нашли такие — и тоже б в них прибыли. Но, пока, такого счастья, увы — не встретилось. Чем богаты — то и носим, не выпендриваемся. И у нас всё как обычно, так и на Земле бы было — не столь красиво, пока не так. Ну это-то мы теперь точно исправим, и на следующие официальные встречи с ними, или с кем-то другим, будем выглядеть гораздо лучше и представительней. Никогда не поздно хорошее и полезное перенять.
И насчет национальной, или, скорее, «приоритетной принадлежности» нашей группы заявлено так специально, да ещё и так подано, чтоб сразу в лоб, чтобы у них лишних «аллюзий» насчет нас не возникало. Именно Российская Федерация — ни больше, ни меньше! Назваться Советским Союзом как-то не решились — маловато нас всё ещё, да и ни к чему, по большому счету-то. Зато вот так — ни у кого вопросов из своих и не возникло, даже у наших испанцев и французов, когда мы совместно этот момент обсуждали. Им, насколько я понял, название понравилось главным образом потому, что Федерация, в который они полноправные участники, а то, что Российска я — ну, в общем-то, тоже понятно. Как же ещё-то? И преемственность, какая-никакая — вон сколько нас разноязыких сгрудилось в кучу, по меткому выражению товарища Маяковского! («Если малые сгрудятся в кучу…»)
То, что мы все тут нынче «не при галстуках», а в повседневных своих тельняшках и камуфляже — и вовсе ничего не значит. Гости и сами совершенно « по-простому» одеты. Что, собственно, и немудрено, по такой-то полуденной жаре! Но, несмотря на это, выглядят, как уже отметил, как-то подчеркнуто представительно. Их сегодня тут трое — в этой лодке. На расстоянии менее полукилометра, даже скорее, ближе чуток — ещё одна в море болтается, там двое обстановку «пасут». Их «охрана» или гребцы? Скорее всего, всё сразу совмещают: и то, и другое — вполне вероятно. Судя по всему — те-то точно со стволами, и серьезными. Ими, конечно, они особо не светят, но то, что они там у них есть — сто процентов. И внимательно за нами в бинокли наблюдают, оба. Хотя они пока к нашему острову не приближаются, согласно предыдущей договоренности: нас трое — и гостей только трое. Всё — типа «больше нету». Ишь ты, какие «правильные»! Орднунг? Ну-ну… Ну тогда, потому же, и мы их заранее пугать не будем. Чем? Да есть у нас методы и на «Костю Сапрыкина», но не все же их сразу приоткрывать, так?
Анекдот как раз в тему подходит:
С прашивают в коммерческом общепите одного любителя вкусно покушать на халяву, на сколько частей резать для него торт, на четыре или на восемь? Отвечает, поразмыслив, что на Четыре, потому как, дескать, Восемь сразу он не съест.
Ага, от того же самого торта! Вот и мы сегодня так же и поступим — будем «есть» и «осваивать» все хотелки европейских гостей по частям. Можно и маленькими порциями, можно и побольше — как получится. Сколько осилим — столько и «съедим». И их своими непременно «накормим».
Даём время высадиться, оправиться за камушком с дороги, и приступаем собственно к беседе, ради которой все мы здесь встретились. « Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!» — это из песни, которая как раз к месту здесь и сейчас. Мы здесь хозяева, так сказать,
