был не более чем мечтой. Ибо как можно было ожидать, что организация, которая порой не могла даже толком объявить о том, что в ее собственном Контрольном совете все упирается в тупик, достигнет согласия относительно условий выпуска информационных бюллетеней, которые должны регулярно выходить в определенное время? И какое впечатление произвело бы это на немцев, если бы в качестве альтернативы каждому союзнику было позволено управлять станцией в течение часа или суток, прежде чем передать следующему? Но русские, в руках которых находился ключ к решению проблемы в виде передатчика, не проявили никакого желания делиться им с кем-либо.
Вместо этого американцы в феврале 1946 года создали свою собственную берлинскую станцию (RIAS – Rundfunk im Amerikanischen Sektor) для проводной программы; поскольку в итоге она оказалась неудовлетворительной, осенью следующего года ее заменили маломощным передатчиком. Между тем в августе 1946 года британцы также установили в Берлине маломощный передатчик, который транслировал программы, которые передавали по наземной линии из Гамбурга.
Ни для одной из станций разрешение со стороны русских не запрашивалось, но, хотя британская наземная линия проходила через советскую зону, никаких серьезных попыток вмешательства никогда не предпринималось (возможно, по тем же причинам, которые удерживали британцев от захвата русских студий).
В своей зоне американцы, верные принципу поощрения федеральной системы, создали независимые радиоорганизации для каждой из трех земель, с передатчиками во Франкфурте, Штутгарте, Мюнхене и Нюрнберге. Для этого они использовали одну или две частоты, которые «освободились» в ходе войны. Первоначально там использовалось самодельное оборудование и работали сотрудники из США, и, хотя обучение немецкого персонала началось довольно рано, прошло несколько лет, прежде чем немцам передали все дела. Попыток организовать спонсируемое радио не предпринималось, хотя против рекламы не возражали.
В британской зоне все определялась тем, что было доступно всего две длины волны – на 332 метра и на 225,6 метра, причем последняя была «общей» (т. е. также использовалась другой станцией в другой части Европы, так что она могла работать только на низкой мощности). Поэтому было невозможно создать две программы с широким вещанием, в то время как если бы для покрытия одной половины зоны использовалась длина волны 332 метра, то длина в 225,6 метра оказалась бы слишком слабой для покрытия остальной части. Студии в Гамбурге и расположенный рядом мощный передатчик были захвачены практически неповрежденными; студии в Кёльне и передатчик в Лангенберге оказались сильно повреждены, хотя их можно было восстановить. Поэтому было создано Северо-Западное немецкое радио (Nordwest Deutscher Rundfunk или NWDR) со штаб-квартирой в Гамбурге для трансляции одной программы, гамбургский передатчик был синхронизирован с Лангенбергом на 332 метра и 100 кВт, а маломощные передатчики во Фленсбурге, Ганновере и Берлине были синхронизированы на волну 225,6 метра.
Такое решение вызвало критику на том основании, что оно опиралось на представление о зоне как едином целом, а некоторые жители Рейнской области требовали создать целиком и полностью собственную программу (вместо доли в общей). С другой стороны, это позволило наилучшим образом использовать ограниченное число квалифицированных сотрудников. Благодаря великодушию со стороны BBC, оказалось возможным привлечь для радио (но не для прессы) британских офицеров контроля, которые имели опыт в радиовещании и свободно говорили по-немецки; в частности, Центральный технический отдел NWDR в этом смысле весьма обязан британским инженерам.
Немецкий персонал был набран и тщательно обучен, так что организация развивалась быстро; к концу 1946 года уже рассматривался вопрос о том, в какой форме следует вернуть контроль немцам. С одной стороны, нехватка длин волн (по крайней мере) не позволяла рассматривать возможность создания коммерческого радио; с другой стороны, считалось важным обеспечить на будущее как можно больше гарантий против использования системы правительством для политической пропаганды (что было известно в Германии даже до 1933 года). Долго обсуждался вопрос о создании NWDR с соответствующим комитетом Зонального консультативного совета, лидерами политических партий, педагогами, представителями церкви, профсоюзными деятелями, редакторами газет, представителями музыкантов и актеров. Советы доктора Бредова, гуру немецкого радиовещания, покинувшего свой пост в день прихода Гитлера к власти, были востребованы на всех этапах.
Решение, найденное в течение 1947–1948 годов, хотя и было издано как указ военного правительства, не было просто навязано сверху, а представляло собой сплав британского и германского опыта. Его главной особенностью был Совет губернаторов, которые, согласно условиям устава, должны были избираться по личным мотивам, а не как представители какой-либо политической партии или иного органа. В Германии, в отличие от Великобритании, труднее найти общественных деятелей, не связанных открыто с какой-либо партией, а идея намеренно упускать возможности для продвижения собственных личных целей менее знакома. Соответственно, метод назначения губернаторов представлял собой значительную проблему; если бы это было оставлено на усмотрение земельных правительств, никакие положения устава не могли бы исключить комплектование Совета сторонниками партии. В итоге было принято решение доверить выбор органу попечителей, которые выбирались по должности и включали не только министра-президентов, но и руководителей культурных и административных органов. В последнем случае, конечно, никакая изобретательность не сможет удержать политический курс вне организации, если политическая партийность укоренилась в обществе, к которому эта организация принадлежит. Можно утверждать, что в такой ситуации было бы мудрее признать неизбежное и обеспечить должным образом взвешенное политическое представительство вместо того, чтобы развивать орган, который может оказаться более уязвим для политических злоупотреблений, поскольку пытается игнорировать их вероятность. С другой стороны, считалось важным привить немцам умеренность в преследовании своих партийных разногласий, и, по-видимому, имело смысл так сформировать их институты, чтобы они способствовали этому. Интересно, что почти такое же решение было принято американцами, когда в свое время они также пришли к идее о передаче контроля.
Похоже, NWDR добилась значительного авторитета в Германии отчасти благодаря изначальной свободе в отношении комментариев, – свободе, которая часто шокировала американцев и вызывала протесты французов и русских. Тот факт, что позднее NWDR так же часто называли рассадником социализма, говорит об определенном успехе в выборе среднего курса (не говоря уже о том, что это свидетельствует об изменении политического климата). На более поздних этапах передачи контроля Германии британский контролер работал в качестве первого генерального директора под руководством немецкого Совета губернаторов – ситуация, не имевшая аналогов ни в одной из других зон. Первоначально предполагалось, что по мере того, как NWDR будет переходить в руки Германии, британская точка зрения будет доводиться до сведения немцев через германскую службу BBC. Поскольку ее вещание не охватывало всю британскую зону, в 1946 году были приняты меры по использованию передатчика в Нордене в Остфрисланде, который был первоначально построен для нацистских
