Около шести Ричард включил радио, чтобы проверить время. “Шесть часов”, – сказало радио. То же самое говорили автомобильные часы, и даже наручные, все еще запотевшие после купания в бассейне, но коварная паранойя твердила другое. Не отстают ли часы? Не сбился ли он со счета? Успеют ли они в Дарлингтон до девяти?
И тот же голос в голове напевал: “Спеши, спеши, гони скорей, через три часа твоя дочь погибнет... гони, гони...”
Он кое-как удерживал скорость ни восьмидесяти. Высотные кварталы Бирмингема, смутно различимые в жарком мареве, давно остались позади. Но теперь божество, повелевающее временем и пространством, играло с ним злую шутку, растягивая дорогу впереди. Он почти готов был поверить, что этот жестокий бог стянул шоссе в кольцо и гоняет их по бесконечной петле. Им не успеть. Майкл сделает свое дело. Его успех или поражение равно означают для Эми смерть. Единственный вопрос – быструю или медленную.
* * *
Кристин застонала и перевернулась на спину. Майкл посматривал в окно. Дядя Джо, этот толстый глупец со своей спадающей на глаза жиденькой челкой, нашел для игры партнера, более или менее соответствующего по развитию. Майклу было видно, как он гонялся за кружащей по дорожкам Эми, держа куклу Розмари Сноу над головой. Он изображал, что она летит, как Бэтмэн.
Майкл глянул на часы. Половина седьмого. Скоро Розмари Сноу в самом деле отправится на небеса, в объятия своего Бога.
Он тряхнул головой. Девчонка была незаурядной. Пару недель назад, разъезжая с ней по стране в том “БМВ”, он даже поверил, что она сумеет справиться со Зверем. Он, в свою очередь, получил бы власть над ней, став ее любовником. Он представил ее в постели, обнаженной, черные волосы волной расплескались по подушке; ощутил мысленно прикосновение тонкого тела. Может быть, она задрожала бы в его объятиях, может быть, заплакала бы, после первого любовного опыта.
Тогда бы он прижал ее к себе, легонько целуя в лоб, и она заснула бы у него на груди, а он бы ощутил себя победителем, зная, что держит в руках Власть.
Абсолютную власть.
Майкл облизнул губы. Сердце билось быстрее обычного. Странно было снова ощутить знакомое возбуждение. После разрыва отношений со Зверем он чувствовал себя опустошенным. Ничто не могло привести его в ярость, сделать счастливым или несчастным, заставить ощутить вину. Спокойствие машины.
Когда он, с помощью малышки Эми, кружащей по дорожкам сада, воссоединится со Зверем, он снова обретет душевную полноту.
Он снова повернулся посмотреть на мать девочки, которая без сознания лежала на кровати. Ну и задала она жару его людям. Просто непристойная драка. Майкл бесстрастно наблюдал за происходящим, пока одному из лаборантов все-таки удалось вогнать ей в предплечье иглу шприца.
Майкл подошел поближе к кровати. Лицо Кристин, разгладившееся под действием наркотика, казалось гораздо моложе. Кому-нибудь ее лицо, с темными ресницами и симпатичным вздернутым носиком, могло бы показаться очень привлекательным.
Майкл провел рукой по лбу женщины.
Доктор Халливелл забрал ее одежду, на случай, если очнувшись, она начнет дурить – например, попытается повеситься на собственном лифчике. Чем бы ни кончилось дело, очнется Кристин уже в другом мире. Потому что совсем другим человеком станет ее дочь.
Кристин бормотала во сне, словно пытаясь вырваться из глубин забытья. Майкл заметил, что ее грудь покрылась гусиной кожей – должно быть, приснилось что-то, леденящее кровь. Соски сморщились и потемнели, стали цвета коричневой ржавчины.
Майкл рассеянно протянул руку, коснулся соска и подивился его твердости. Она и в самом деле хорошенькая. Он не сомневался в реакции любого из своих охранников – бывших наемников и отставников Иностранного легиона – окажись такой наедине с этой спящей красавицей. Из сада донесся голосок Эми, окликавшей дядюшку.
Он еще раз взглянул на Кристин, присел рядом с ней на кровать и опустил ладони на подушку по бокам ее головы. Склонившись над спящей женщиной, Майкл приблизил свое лицо к ее лицу.
* * *
Розмари встрепенулась:
– Ричард! Не пропустите.
– Я видел, – его голос тоже повеселел. – Северная М-1. Еще двадцать минут, и увидим поворот на Вэйкфилд.
– А оттуда сколько?
– Минут пятнадцать. Все зависит от того, какую скорость способен развить наш красавец.
– Не загоняйте коня, Ричард.
Он встретил ее заботливый взгляд.
– Не волнуйся. Я и сам хочу добраться в Дарлингтон в целости и сохранности. Правда, не ручаюсь, что Майкл покинет дом не разобранным на части.
Девочка угрюмо ухмыльнулась.
– Оставьте кусочек и для меня, ладно?
* * *
В то время как Ричард вывернул на северную автостраду, Майкл, склонившись над Кристин, всматривался в ее спящее лицо. Потом он тихонько повернул ей голову набок, нагнулся еще ниже и открыл рот.
Он медленно, аккуратно сомкнул челюсти на ее ухе и усиливал прикус, пока не почувствовал, что зубы прокусили нежную мочку. Женщина невнятно забормотала, но не шевельнулась, лишь чуть наморщила лоб.
Майкл выпустил ухо. Он убедился, что ничто не разбудит Кристин, даже испуганный вопль Эми, если он прозвучит под самым окном. Он посмотрел на красное полукружье, оставленное на ухе женщины его зубами. Ему хотелось бы испытать возбуждение, естественное для мужчины, укусившего обнаженную женщину, лежащую перед ним без сознания. Ничего подобного. Та же равнодушная пустота.
Как видно, Зверь, вырвавшийся из его тела в номере аэродромной гостиницы, унес с собой какую-то часть души.
Майкл глубоко вздохнул. По коже бегали крохотные мурашки. Ничего. Он возвращается. Майкл ощущал, как огромная тень приближается к нему через поля. Он мог бы показать по карте его маршрут. Зверь шел домой, как акула на запах крови.
Приближался, нависал...
Пора.
Когда он повернулся, чтобы покинуть спящую красавицу, в его одежде потрескивали электрические искры. Пора браться за дело. К приходу Зверя все должно быть готово.
Глава 74
Убийцы
Твердая уверенность, что совершенно незнакомый человек желает вам зла – не обязательно признак паранойи.
Ричард понял все, едва увидел выворачивающего на дорогу мотоциклиста. Мотоциклист следовал за ним, держась на расстоянии в сотню ярдов и скрываясь за попутными машинами, но у Ричарда не оставалось и доли сомнения, что их преследуют.
Неважно, был ли это инстинкт, пробужденный близостью Зверя, или всеми несчастьями, через которые ему пришлось пройти за последние два дня, но сомнений не было, одна уверенность.
Тяжелый мотоцикл “хонда” с голубым баком следовал за ними по-волчьи. Стараясь не поворачивать головы, Ричард посматривал в зеркало заднего вида. На мотоцикле сидело двое. Пассажир на заднем седле в белом шлеме и защитных очках. Водитель – в черном шлеме с зеркальным щитком, скрывающим лицо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
