— Ты просишь меня выйти из игры, Альтал, — возразил Альброн.
— Вовсе нет. После того как мы разобьем армию Генда, все должно вернуться в нормальное русло. Князья нижних земель будут по-прежнему ссориться друг с другом из-за своих амбиций, и они снова будут приходить сюда, в Арум, чтобы нанять профессиональных солдат для своих войн. Это вопрос экономики, Альброн. Обучение и поддержание любой армии обходится очень дорого. Даже когда нет никакой войны, армию нужно кормить. В дальнейшем для них будет дешевле нанимать арумцев.
— Как велика твоя казна, Альтал? — спросил Альброн.
— Надеюсь, достаточно велика. Как ты думаешь, сколько времени тебе потребуется, чтобы собрать вместе вождей кланов на всеобщий совет? Я хотел бы поговорить со всеми одновременно.
— Вероятно, следующая весна — это самый ранний срок, когда они смогут приехать, — ответил Альброн. — Как только дороги заносит снегом, никто в Аруме не путешествует.
Альтал притворно задумался.
— Это будет достаточно скоро, Эм? — послал он молчаливый вопрос назад через плечо.
— Я примерно так и планировала, Альтал, — ответила она. — Я неплохо знаю арумцев и понимаю, что им нужно немало времени на раскачку. Но Генд тоже еще не готов, так что можно сказать, что война не начнется раньше середины следующего лета.
— Проверю свое расписание и посмотрю, сможем ли мы уложиться, — сказал он ей.
Холодные и чистые реки текли по дну каньонов, и орлы взлетали высоко в небеса, и волки рыскали по лесам.
В горах и в лесах царило безмолвие. А потом издалека донесся крик, исполненный глубочайшего отчаяния. И с этим криком с запада начали приходить люди. Они были грубы и одеты в полусгнившие звериные шкуры, а орудия их труда и оружие были красными — топоры и мотыги, сделанные из красной меди.
И Генд шел среди этих людей и все шептал и шептал, а глаза его горели красным, как медь, огнем.
И страшно было тем людям.
Но Генд заставлял их идти вперед, и пришли они к рекам, а там, в реках, было золото. И Генд отдал им приказ, сказав: «О люди, ищите золото и принесите его в дар Дэве, который есть Бог ваш, ибо золото приятно глазу Дэвы, и благословит он вас за ваш дар ему».
И принялись люди за тяжкий труд, разыскивая в реках желтое золото, и все это время не прекращался тот стонущий крик, который эхом отзывался на склонах гор, и страшно, страшно было тем людям, кои свершали сей тяжкий труд.
— Неспокойная ночка, да? — сказал Альтал дрожащему вождю Альброну на следующее утро.
— Вам тоже снились кошмары? — спросил Альброн.
— О да, как и всем остальным, скорее всего. Знаете, в этом нет ничего необычного. Какой-нибудь кусок пережаренного мяса может сыграть злую шутку со всеми, кто был в тот вечер за столом. Впрочем, как раз этот кошмар вызван вовсе не жареным мясом. Это была весточка от Генда. Вы видели напуганных людей, одетых в шкуры и вооруженных медными топорами, верно?
— Но откуда вы можете это знать?
— Я видел тот же сон, Альброн. Скорее всего, все в замке видели этот же сон. Генд уже проделывал такое раньше. Он пытается изменить реальность. В этом-то и причина предстоящей войны. Генд хочет изменить то, что мы хотим оставить как есть, и мы собираемся его остановить.
— Но как вы сможете остановить того, кто обладает такой властью? — Лицо Альброна побелело, а руки его задрожали.
— Я просто подумал, что его можно вроде как убить, — ответил Альтал. — Обычно после того, как вы человека убьете, он перестает вам мешать.
— Хотите, я одолжу вам свой меч? — предложил Альброн. — Вы слышали этот жуткий вой во сне? — с содроганием спросил он.
— Да, слышал, — горячо ответил Альтал. — Каждый раз, когда вы его слышите, знайте — это Генд проделывает трюки с вашим сознанием, а то, что вы видите, — его выдумка.
— Откуда вы это узнали?
— Не спрашивайте меня об этом, Альброн. Вы убежденный скептик, и если я расскажу вам, откуда у меня эти сведения, вы подумаете, что я хочу обратить вас в свою веру. Я не миссионер. Мне нет дела до того, во что верят другие. Двейя наняла меня не для этого. Она наняла меня, потому что я лучший вор, который когда-либо жил на свете.
— Вам за это платят?
— Конечно. Работать бесплатно — это непрофессионально. Ах да, кстати говоря, мне нужно уехать на несколько дней. Думаю, мне нужно навестить мои золотые прииски — если, конечно, вы и остальные вожди арумских кланов не согласитесь принять от меня долговую расписку. Разумеется, я был бы рад ее подписать, но… — Он не закончил и широко улыбнулся.
— Если вам все равно, друг мой, почему бы нам не оплачивать счета наличными? — ответил Альброн.
— Я знал, что вы посмотрите на это именно так. Возможно, в этом виновато мое имя. Разве одна из религиозных заповедей Арума не гласит, что нельзя доверять никому по имени Альтал?
— Это первая заповедь в списке, мой друг.
— В Перкуэйн? — удивился Элиар на следующее утро после того, как он, Альтал и Бхейд вернулись в Дом. — Но в Перкуэйне нет никакого золота, Альтал.
— Смотря где искать, — ответил Альтал. — Это не природные залежи золота, Элиар. Это сокровищница в руинах одного старинного дома.
— Как ты ее нашел? — спросил Бхейд.
— Эмми привела меня туда, когда мы направлялись в Остос. Как много тебе нужно знать подробностей, чтобы найти правильную дверь, Элиар?
— Вообще-то немного, — отвечал Элиар. — Мы с Эмми потренировались, прежде чем мы все отправились в замок моего вождя. Точно знать, куда ты хочешь попасть, нужно тебе, а не мне.
— Это какая-то ерунда, Элиар, — возразил Бхейд.
— Знаю. Я сказал Эмми то же самое, но она доказала мне, что я не прав. В этом каким-то образом задействован Кинжал. Если у Альтала в голове есть некая картинка того места. Кинжал берет этот образ и сообщает мне, какую дверь нужно искать. По-моему, Кинжал может проделывать такие же штуки, что и Лейта. Он достает нужные сведения из головы людей. А затем говорит мне, куда идти. Эмми не слишком понятно объяснила мне, как он действует. Ты же знаешь, какой она иногда бывает. Она сказала, что мне не важно знать, как он работает, главное — он действует.
— Да, в этом наша Эмми, — сказал Бхейд. — Думаю, в этом Кинжале есть еще многое, о чем она не рассказала нам.
— Когда-нибудь мы обязательно поговорим с ней об этом, — сказал Альтал. — А пока давайте-ка возьмем лопаты и накопаем немного золотишка.
Элиар повел их в коридор в южном крыле Дома и, пройдя примерно половину его, остановился перед дверью, которая внешне ничем не отличалась от других.
