могу сделать вывод, что… Что тебе не в чем нуждаться. У тебя есть все, деньги, свой доступ в систему, ты по сути бог. Жил бы себе где нибудь на берегу лазурного берега, ел бы свои кокосы, и не знал бы проблем. Человек с такими возможностями, никогда бы не стал бы себя втягивать во что-то подобное. А если бы ты искренне хотел бы помочь всем, то явно сделал это куда проще, так?
Айб сидел склонив голову над тарелкой, в словах Шелдона он заметил, что тот по большей части прав. Айбл посмотрел на Ника, и увидел в нем свободу. Если бы у него самого было бы то, что есть у Ника, то никогда бы не связался с тем, что он делает сейчас. С этим он был более чем согласен.
— Тебя что-то гложет, так? — Продолжил Шелдон. — По этому ты этим и занимаешься. Не чтобы исправить нынешний строй, и уклад, а чтобы что-то в себе закрыть. Человек существо ленивое, и имея все, он бы не начал чем-то заниматься, если бы не было некого тика, или глубокой личной причины. И Повторю ещё раз, какую цель на самом деле ты преследуешь?
Ник достал из кармана какое-то небольшое квадратное устройство, и подключил его к деке. Через пару секунд он вынул устройство и кинул его на центр стола. Из него появилась проекция.
— Двенадцатого марта, две тысячи сорок седьмого года… — Начал ник. — Хотя начну на год раньше. В сорок шестом, я жил на окраинах шестого проспекта, вблизи стен пятого проспекта. Тогда ещё они были не столь большими как сейчас, и между проспектами были сегментированные зоны, но вам это известно. Я гулял у одной из таких зон, там была ферма. Она была красного цвета, золотистые поля, ровный и красивый деревянный забор. Я часто бегал туда, так как там было тихо и воздух… он был чистым. Я помногу часов пропадал там, наблюдая из далека за тем, что происходит на ферме. Люди там казалось жили в другом мире, и всегда были счастливы. У себя дома, на улицах я видел людей, что готовы были просто так убить за то, чего у тебя даже нет. И в один из таких дней, я встретил компанию таких же детей как я. Мне тогда было двенадцать лет.
Ник взял бокал, и выпил залпом то, что там было. По его лбу пошел пот, легкая испарина говорила, что ему не хотелось это вспоминать. Как только он допил, и поставил бокал на место, он продолжил.
— Я думал, что они тоже нашли лазейку в стене, и как я наблюдали за тем, что там происходит. Оказалось, что это были местные. Я гулял с ними ровно год, и даже их предки относились ко мне как к своему. Я познал то, чего думал, что не познаю. Настоящую как казалось тогда — дружбу, любовь, я понял, что вот тут, за стеной все по другому! Это было пожалуй лучшее время в моей жизни… Через год, сегментированные зоны начали убирать, и та самая ферма попала под шестой проспект. Люди которые там жили, и мои новые друзья, резко изменились, и охладели ко мне, кроме одного человека. Если до этого они ни разу ничего плохого не говорили о нас, то потом они показали свою истинную натуру. Самое смешное знаете что? Что я жил одиннадцать лет в дерьме, пока они жили хорошо. Жизнь меняет роли, и как только они стали жить как я, я перебрался в пятый проспект, так как отцу предложили там работу, самым рядовым инженером.
Ник вновь налил полный бокал, но в этот раз его остановил Алекс, показав взглядом, что не стоит этого делать.
— Так вот, — продолжил ник. — Они много чего сказали того, чего не стояло говорить, и считали, что я виновен во всем. Многие из них не выдержали таких резких условий, и свели счеты с жизнью. Кто утонул в реке, кто застрелился, а кто-то прямо на этой ферме, взял и повесился. Как оказалось потом, когда я перебрался в Неом, это был эксперимент. Его детали пока не важны, да и не имеет смысла. Даже если это все был эксперимент, то он был явно хорошим. Все погибли, я видел все это, но ничего сделать не мог. К чему я веду? Да к тому, что одна стена забрала жизни тех, кто мне был дорог, одна стена. А таких стен, их очень много. Мне реально все равно на других, ты прав. Но… — Ник отломил кусок хлеба. — Но если другие ничего не начнут делать, то начнут возводить новые стены. Вы слышали о плане "ковчег"? Думаю, что нет.
— Очередной план злых корпораций? — Поинтересовался Шелдон.
— Это тот план, при котором начнут возводить стены вокруг городов, и не только здесь. Они начнут появляться везде, и те, кто жил плохо, начнут жить ещё хуже. Они будут работать на блага тех, кто живёт хорошо. И если сейчас этого не остановить, то не остановим этого никогда. Мне реально пофиг, я могу жить на берегу лазурного берега, но все же я обещал, что попытаюсь это исправить. Я имею все, и мне ничего не мешает дожить до старости, но это тогда будет бесцельная жизнь, а просто без ничего, я не могу сидеть на месте. Хоть они меня вскоре и презирали, но я обещал, если не им, то… то… В принципе это не важно. У меня на руках умер человек которого я все же попытался спасти, но было уже поздно. Детская обида, неравенство с которым встретились тут все? Возможно, я этого не отрицаю. Но мне просто ничего не остаётся кроме этого, да и совесть, давит каждый день. Если есть возможность все исправить, поменять уклад, то почему бы этого не сделать? Тебя запомнят как человека который нихуя не сделал, или как того, кто попытался что-то исправить? Я не идейный борец с системой, но и система не есть зло. Просто все в руках тех, кто считает лучше, впрочем как и мы.
Шелдон встал из-за стола, и подошел к Нику.
— Это мало чего объясняет, но мысль мне понятна. Просто если этому не смогли противостоять DartWite, в расцвете своих сил, то, что может сделать куча отморозков?
— Это и предстоит узнать.
— У вас есть план?
— Есть. И времени остаётся не так много.
— Рассказывай.
Ник поведал Шелдону весь план, тот многое не понял, но все же согласился
