плавно и мягко, но она все равно содрогается и вскрикивает.
От ее сдавленного вопля моя похоть резко спадает.
Ебануться. Как я не просек, что у Лики это первый раз? Идиот. Сам же подмечал детали. Чуял подвох. И так тупо прощелкал. Мой проеб.
– Я все исправлю, – говорю.
Целую девочку, на руки подхватываю.
– Зачем? – нижнюю губу закусывает, носом шмыгает. – Все. Ну то есть, сейчас не важно. Все произошло. Я… знаешь, мне надо домой.
Дергается, пробует соскочить из моих объятий на пол.
Охренеть.
– Чего? – оскаливаюсь.
– Я поеду, – заявляет она на полном серьезе. – Поздно уже. А ты получил все, что хотел. И это явно не…
– Я проебался.
– Глеб, – роняет и брови выгибает.
– Никакого дома тебе не светит, – отрезаю. – Останешься здесь. И завтра тоже. Вещи завтра доставят.
– Ты что такое, – запинается, глаза округляет еще сильнее, чем когда я в нее врезался до упора. – Я не собираюсь к тебе переезжать.
Круто прикладывает. Строго так.
Я балдею.
– И правда, – хмыкаю. – Зачем переезжать? Ты уже здесь. Теперь не выпущу. Если надо на ключ запру.
– Хватит, – головой мотает, вырывается активнее. – Это не смешно.
– А я не шучу.
В душ ее несу. Все протесты игнорирую. Не выпускаю из захвата до последнего. Запираю стеклянную кабину. Врубаю горячую воду.
– Чего ты хочешь? – спрашивает Бэмби.
– Тебя.
– Все было, – бросает глухо.
– Нет, ни черта подобного.
Я ставлю ее под струи воды, беру гель для душа, наливаю в ладони и начинаю намыливать мою девочку. Нежно. Осторожно. Прохожусь абсолютно везде. А она застывает от шока.
– Глеб, прекрати, – шипит, а когда я проскальзываю пальцами между бедер, она сразу взвивается и подскакивает. – Ты что творишь?
– Больно?
Я чуть касаюсь. Совсем слегка. Проверяю.
– Убери руки, – требует.
– Надо проверить.
Глазами сверкает. Нет, не глазами. Глазищами. Дергается так, точно я ее обжег. Опалил одним движением.
– Расслабься, – говорю.
Отстраняюсь от нее, но только чтобы смыть пену с тела. После переключаю душ наверх. Пусть вода просто льет.
– Что ты собрался проверять? – хмурится Лика.
Знаю, порвать ее не мог. Но для первого раза конкретно перебрал. Будто с цепи сорвался. Дорвался и ошалел. Обезумел от моей девочки.
– Глеб?
Я опускаюсь перед ней на колени, прижимаюсь губами к низу живота. Она дергается так, будто ток под кожу пускаю.
– Ты что творишь?
Ни черта не отвечаю. Смысл болтать? Надо показать. Наглядно. На живом примере. На этом до боли желанном теле. Просто касаюсь ее – и член мигом вздергивается. Яйца кипятком обдает. Рано. Пока – рано. Всему свое время.
– Глеб! – вскрикивает.
А что не так?
Я всего лишь обхватываю ее бедра, раздвигаю ноги, усаживаю девчонку к себе на плечи. Вырывается. Пробует ускользнуть.
Нет. Теперь никуда от меня не денется. Я буду первым. Везде. Во всем. Пусть привыкает. Другого расклада не светит.
Я провожу языком по нежным створкам. Сначала исследую, изучаю губами. А потом вламываюсь внутрь. Пробую ее на вкус. Пока она мое имя смакует.
Всхлипывает. Стонет. Кричит.
Я трахаю ее языком. Жестко. Медленно. На разный ритм. На разный манер. Нахожу самые чувствительные точки. Высекаю искру за искрой. Пробуждаю импульсы.
Моя девочка бьется. Пульсирует. Разгорается.
Я четко ловлю реакцию. Отклик. Никто ее не трогал так. Там. Никогда раньше. Ни языком, ни пальцами. Внутри только мой хер побывал.
Такие ласки не моя тема. Но с ней – как удержаться? Только тронул – и увяз. Напрочь забыл про тормоза. Отлипнуть нельзя. Затягивает. Крышу рвет.
Я ее зацелую. До судорог. Уже ощущаю, как мышцы подрагивают, сокращаются, как впадает в бешенство бой крови. Толчок за толчком. Еще и еще.
Я пью ее кайф. До капли. Крупными глотками. Придерживаю за бедра, не позволяя отодвинуться. Насаживаю на себя. Чуть прикусываю зубами, опять прохожусь языком по складкам. Такая нежная тут. Гладкая. Бархатная. Нет. Прямо шелковая. Чистый экстаз растекается на моем языке. Я заставляю ее взорваться. Бурно. Мощно. Пожираю первый оргазм. Прижимаю еще крепче. Держу до последнего, каждый всполох вбираю. Только потом поднимаюсь, подхватываю мою девочку на руки, в глаза ей смотрю.
Ты моя, Лика. Бежать некуда. Сопротивляться бесполезно.
Такая наивная, Бэмби. Разве я тебя отпущу?
– Т-ты, – она запинается.
Раскрасневшаяся вся. Смущенная. Разгоряченная.
– Что ты сделал со мной? – выпаливает.
– Ничего, – усмехаюсь. – Ночь только начинается.
Я отношу мою девочку на кровать, собираюсь разложить ее на простынях и заласкать, но замечаю капли крови.
Блять. Я проблемы не вижу, но подозреваю, что ей будет не в кайф. А новых проебов допускать не стоит. Она и так из рук рвется. Так и норовит от меня ускользнуть.
Нихуя. Отпускать не намерен. Сгребу. Верну. Но лучше не доводить до предела, не рисковать. Пора мозг врубить. Только как?
Я всегда на жизнь трезво смотрел. Четко. Логично. И пока эта невыносимая девчонка на моем пути не появилась, я и не представлял, будто способен целиком и полностью отключиться. Уйти в отрыв.
Смотрю на нее и плыву. Как тут тормозить? Вперед несет и несет. Отрубаюсь. Ни черта не соображаю. Ее глаза вижу и меня торкает аж до печени. До нутра. Да глубже. Саднит. Печет. Продирает.
Разве я мог представить, что придет та, которая грохнет меня на хрен? Ее пальцы скользят по моей щеке, и я урчу как довольный зверюга.
– Глеб, мне нужен телефон, – тихо роняет
