– Что нам делать с… – ящер запнулся и посмотрел на Ирину, – людьми? – закончил он неуверенно.
Если Ира нравилась ящерам, то вот мужские особи ее вида не привели никого в восторг. Конечно, они и не должны были, но все равно контраст слишком большой! Кроме того, по какой-то причине люди оказались довольно агрессивными.
Поняв, что у них ничего не получилось, люди, конечно же, постарались как можно скорее скрыться. Однако убежать от видящих в темноте и имеющих большую силу и скорость ящеров им не удалось, поэтому вскоре все они были пойманы и приведены в лагерь, дожидаться решения вождя.
Джабай несколько раз моргнул, пытаясь вспомнить, о чем или о ком идет речь. Его мысли все еще витали около Иры, поэтому он не сразу сообразил, что именно говорит соплеменник.
Вспомнив о людях, он мельком посмотрел на Ирину и поджал губы. Оставлять за спиной врага не хотелось, но Джабай не был уверен, что Ира даст ему убить их. Как бы там ни было, они одной с ней крови. Она может проявить к ним жалость.
Ира сразу поняла, что людей не ждет ничего хорошего в будущем. И ее немедленно начали раздирать противоречия. Казалось бы, оставшиеся люди ничего плохого ей не сделали и, насколько она поняла, никому из ящеров навредить тоже не успели, но она понимала, что они опасны.
И не столько для нее, сколько для ящеров в целом. Тая знала, что на этом берегу живут боги, но представляла их гигантами, сильными и свирепыми. Другие люди, как считала Ирина, тоже думали лишь о динозаврах, но что будет, если они узнают, что здесь живут человекоподобные разумные существа, которые в несколько раз сильнее и быстрее?
Два варианта.
Первый – они решат, что именно эти ящеры и есть боги.
Второй – они испугаются. Когда люди пугаются, от них можно ожидать чего угодно, вплоть до нападения.
Итак, если люди на другом берегу узнают о ящерах, то, вполне возможно, захотят заранее устранить угрозу, которая в будущем может стать неотвратимой.
Или нет. Тут не угадаешь.
Кроме того, Ира знала, что местные жители очень берегут собственную жизнь, поэтому могут просто покинуть места своего обитания, стремясь уйти от опасной зоны как можно дальше. Бегство – еще один возможный вариант развития событий.
Закусив губу, Ира отвернулась. Она не знала, что делать и как правильно поступить, поэтому оставила право решать Джабаю. Хотя, стоит признаться, в душе у нее царил полный раздрай.
Сам Джабай тоже не испытывал по поводу своего предстоящего выбора ничего хорошего. Ему не хотелось никого убивать. По своей природе он был достаточно миролюбивым, правда, эта его сторона никогда ему не мешала. Когда нужно, Джабай забывал о ней и делал то, что нужно.
Он понимал, что люди опасны, и не хотел оставлять их за спиной. Однако он осознавал, что убийство такого количества людей может негативно сказаться на Ире. Это с большой долей вероятности оттолкнет ее от него. Но даже так он намеревался довести дело до конца. После ему придется потратить много времени, чтобы вернуть благосклонность Иры. Он был готов к этому.
Вернувшись в лагерь, они увидели, что ящеры согнали людей в центр, не давая тем уйти. Люди выглядели встревоженными и испуганными. Это было ожидаемо. Правда, была одна странность в центре плотного кольца людей, которая мгновенно привлекла внимание Иры и Джабая.
После разбирательства стало понятно, что каким-то невероятным образом одной из женщин повезло выжить. Возможно, выжило больше, но конкретно этой женщине посчастливилось быть найденной проходящим мимо ящером.
И это было не все. Женщина не просто выжила сама, она умудрилась сберечь и своего ребенка. Глядя на трясущуюся мать, Ира ощутила тугой комок в горле.
Джабай мгновенно нахмурился.
Одно дело – убить мужчин, но хладнокровно умертвить существо, дарующее жизнь, и невинного детеныша он никак не мог. Это было за гранью его возможностей.
Соплеменники понимали его беспокойство. Они и сами поглядывали в сторону людей со сложными эмоциями. Выжить в таком месте было крайне сложно. Любой рожденный ребенок сразу становился неприкосновенным. Его любили всем племенем, холили и лелеяли, защищая от опасностей. Поэтому убить беззащитное существо ни у кого не поднялась бы рука. И неважно, что ребенок был другого вида.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ящеры даже на охоте старались обходить стороной малышей и их матерей, сосредотачивая внимание в основном на самцах.
Ситуация резко стала сложнее в разы.
Джабай понимал: если убийство мужчин Ира еще могла как-то простить, то смерть матери с ребенком навсегда разрушит то, что у них есть сейчас.
И что делать? Убить мужчин, а женщину и ребенка оставить? В одиночестве они долго все равно не проживут. Да, им удалось спастись и как-то продержаться, но, судя по их истощенному виду, выжить они смогли только потому, что все время прятались.
Взять с собой в племя? Можно, конечно, но Джабай видел, что несколько мужчин явно приходятся женщине с ребенком родственниками. Если он сейчас убьет их, это поселит в сердце женщины ненависть к ящерам. Кто знает, во что в будущем это выльется. Джабаю не хотелось приводить в свое племя такую скрытую угрозу.
Можно было убить других, но оставить в живых женщину, ребенка и их родственников. Тогда какой смысл умертвлять остальных?
Вздохнув, Джабай потер лицо. Все было так просто еще совсем недавно, но появление этих двоих все разрушило. Одно Джабай знал точно: он не хочет оставлять этих людей позади.
Попросив Иру узнать, откуда они взялись, Джабай принялся ждать. Вскоре Ира рассказала ему короткую и печальную историю племени, выслушав которую ящер ощутил ненависть к погибшему вождю людей. В этот момент он презирал его больше, чем кого-либо за свою прежнюю жизнь. Даже покойный отец не вызывал в Джабае столько негативных эмоций.
В итоге Джабай решил отправить людей обратно на свой берег. Да, возможно, в будущем они станут угрозой, но он не сомневался, что рано или поздно люди все равно узнали бы, что здесь кто-то живет.
Если один смог преодолеть разделяющее два берега расстояние, то почему бы это не сделать еще кому-нибудь?
А ведь, кроме группы Джабая, существовали и другие племена ящеров. Они вполне могли переплыть на другую сторону, чтобы отыскать лучшие места для охоты или даже просто из любопытства. Странно уже то, что такое еще не произошло.
Столкновение двух видов было лишь вопросом времени.
Раз так, то Джабай решил, что лучше будет не таиться, вздрагивая каждую секунду от страха, что о тебе узнают, а подготовиться к возможному столкновению.
Вряд ли оно, конечно, произойдет скоро (если произойдет вообще), но следующим поколениям явно следует более внимательно посматривать на другой берег.
***
После того как стало понятно, что людей отправят обратно на другой берег, две группы начали активно сотрудничать. Конечно, ящеры не доверяли людям, но те все понимали, поэтому старались не приближаться.
За исключением одного человека.
Спасенная женщина, как только осознала, что убивать их никто не собирается, сразу стала смелее. Заметив Ирину, она без стеснения подошла и завязала разговор.
– Твой вождь тоже был дураком? – спросила женщина, поглаживая цепляющегося за ее руку ребенка по голове.
Ира моргнула, не понимая, о чем идет речь. Только спустя время она наконец разобралась. Женщина подумала, что Иру постигла та же судьба, что и ее.
Ирина не стала никого разубеждать.
– Ничего, – женщина бодро улыбнулась. – Кто-нибудь из наших мужчин обязательно тебя возьмет. Родишь детей. Хорошо, что выжила.
После этих слов она как-то странно покосилась на Иру.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Что не так? – прямо спросила Ирина, не любящая ходить вокруг да около.
– Твои глаза, – с готовностью откликнулась выжившая. Судя по энтузиазму, она была рада возможности поговорить об этом. – Они странные. Это может стать проблемой. Вряд ли кому-то такое понравится, – с сомнением протянула она, окидывая Ирину взглядом. – Тебе лучше не смотреть на мужчин прямо. Опускай глаза, так будет лучше.
