про наш с тобой разговор сегодня, или давать понять, намекать или пересылать образы. Сегодняшнюю борьбу и мои возможности тоже включим в общую клятву, ну, скажем, лет на пять.
— Нет. Я не дам. — Ревязев отчаянно пытается придумать что-нибудь. — И тебя Алиповы сожрут просто.
— Не, им баллы будет жалко! — смеюсь. — Так что нет. Считай я вас уколю в самое больное место — в финансы. Пусть укол и мелкий, но проигнорировать твой хозяин не сможет. И да, дашь, куда ж ты денешься, — пускаю волну посильнее. — Я ведь могу усиливать ужас пока ты под себя ходить не начнешь. Что выберешь? С долгом, но здоровый, или без — но очень плохой?
— И чем ты от меня отличаешься? — Ревязев в панике. — Я же эти четыреста баллов полгода собирал!
— А мне это как-то безразлично, парень. Ты, если бы смог, вчера и меня бы запытал, и деревенского нашего, и никакая традиция тебя бы не остановила,— пожимаю плечами. Ровно продолжаю. — От процесса ты удовольствие тоже получал — я видел, так что на сочувствие не рассчитывай. Вперед, текст клятвы у тебя есть, и что бы ты понимал, я его тоже знаю. Поехали. — Чуть надавливаю на растерянного парня пси.
Понятное дело, что в отморозь мне играться чревато — и так сегодня слишком близко подошел, но он-то об этом не знает. А общий баланс вроде соблюден. Возьми силу. Ты справишься.
Черт. Дышу глубже. Шепот становится тише, но теперь он не умолкает совсем. Все-таки близко. Нужен полный контур. И пару структур в разум. Но я их не помню, и это проблема. Помню только, что были.
Только работать. Зелье и месяц нагрузок должны помочь. Уже сейчас пси приходит прилично. Неделю назад о такой работе я и мечтать не мог. Да и никогда не мог — в другую сторону специализировался. Так что и сейчас прямо-таки новость.
Парень начинает читать клятву, а я наблюдаю за ним в эмофоне даже больше, чем глазами. Нет, обмануть не пытается, но два раза вставляет двусмысленные формулировки. Поправляю. Сложно обмануть того, кто точно знает, где ты лжешь, и как.
— … Клянусь своей магией!
Два браслета тают на наших запястьях. Почти в конце клятвы незаметно убираю наручники с прямого контакта кожей. Сразу становится сложнее держать «скрыты» и скан. Но справляюсь.
— Молодец. — киваю парню. — Слушай, мне просто интересно, с нами в пассажирском мобиле ехали дети и они куда-то потом пропали, не знаешь почему?
— Слушай, — после клятвы мрачнеет Ревязев, — ты нас с аристо не ровняй. В лицее третьи-четвертые потомки учатся. Те, кого Род или клан может выделить под усиление. А детей ты видел скорее всего клановых. У них свое заведение.
— А чего нас в одном мобиле везли? Вместе аристо, как ты говоришь, и молодых бандитов?
Ревязев смотрит на меня с недоумением опять.
— Ты серьезно что ли? Ты где, думаешь, находишься? Мы в Пятне, парень. Сюда дорога с защитой, мобили с защитой, форты с защитой — и то, периодически что-то в городок прорывается. Отсюда выхода нет, кроме как на специальном транспорте. Тут на десятки, а может сотни километров вокруг — Пятно. Вот и возят всех, кого собирают в одном мобиле, — так проще охранять.
Да уж. Похоже, за пять последних минут я получаю прямо-таки очень прилично информации, которая немного исправляет мое восприятие городка. Качаю головой.
— Ладно, это было интересно, но оставляю тебя. — тихо встаю со стула. Что бы у тебя идиотских мыслей не появилось — щит на мне есть, а если заорешь — я и вернуться могу. Доступно?
— Да проваливай уже! — с горечью говорит Ревязев. — Я теперь с потрохами Алиповых.
— А раньше, думаешь, не так было? — усмехаюсь. — Даже не надейся. Для тебя, существенно, ничего не поменялось. Даже, может, завтра лучше станет — должников, обычно, холят и лелеют.
Тихо, но быстро, скрываюсь за дверью.
Во дворе выдыхаю, но на теряю осторожности — до корпуса добираюсь тенями, и сканируя постоянно территорию. Фффух. Снимаю «скрыт» с руки. Тут же проходит обмен импульсам между сетью общаги и моим браслетом. Вроде не заметно было моё исчезновение, но посмотрим на это завтра — правильно ли я прокачал функционал браслета. Если он, зараза, еще и пишет, например, что вокруг происходит, то это будет прямо-таки провал. Пусть и не эпичный. Хмыкаю. Но, вроде не должен. Ладно.
Раздеваюсь и ныряю в кровать.
— Никто тебя не искал, если вдруг тебя это интересует, — сонным голосом говорит Первак. — Но двери в общагу за собой лучше закрывать. Что бы вопросов ни у кого не возникало.
Что⁈
* * *
*на самом деле так. Пять базовых эмоций в чистом виде в момент отключают разум. И создают прекрасную дорогу для индукции разных убеждений. Этим пользуются ньюсмейкеры (они чаще продают страх и гнев), маркетологи, сектанты (эти продают любовь и нужность).
**готтентотская логика.
Глава 28
Ночь проходит под знаком борьбы. Шепот не умолкает ни на секунду. Слишком уж неожиданно и близко я подошел к тому, что отделяет псиона от твари т-поля. Почти зачерпнул. Почти. Но нет, только соблазн, и всё. Я будто чувствую обидный вой Поля. Ну почти, ну вот-вот.
Но и радость определенная появляется — раньше я провернуть то же самое не смог бы никогда. Ударить по разуму — безусловно, сжечь мозг — тоже возможно, да вообще — почти любое жесткое воздействие на разумного в арсенале было. Но вот то, что я смог сделать сегодня ночью — пусть и на секунды — такое мне казалось уделом специалистов. Но даже не это радует, а то, что вот такого плана воздействие — это просто другой уровень работы с пси. Пусть и незнакомый. Но все же характеристика точная. А это значит, что может быть — только может, на пару секунд я начал прорываться сам на другой уровень печати. При том, что даже первый уровень нормально не отработан. Ну как подорожник сквозь асфальт. То есть, первые трещинки, не больше, только прогресс все равно идет.
Но все же, всю ночь прогоняю пси через контур и усложняю его. Понимаю, что на этом этапе я упираюсь в предел. От двух, трех, еще сколько угодно слоев контур лучше не станет.
