умная девочка, верная подруга, прекрасная жена. Я живу ей, понимаешь? И это никак не отражается на моём призвании. Мы стали с ней словно половинки одного целого, это непередаваемое ощущение.
После разговора с братом, я захотел ощутить, какого это, когда твоя любимая носит под сердцем частичку тебя. Если раньше я об этом не задумывался, то увидев горящие восторгом глаза брата, мне захотелось самому почувствовать это. Когда полетим назад, обязательно скажу Алине, что хочу ребёнка. Пусть она знает, что я готов взять на себя ответственность. Но, не буду торопить и настаивать, пусть сама решит, когда придёт время. Она должна знать, что я изменил своё решение.
Глава 53
Перед тем как зайти к Светлане Давид прочёл лекцию, как вести себя с больной. Алёнка вначале вспылила, когда узнала, что и Давид тайком женился на сестре, но Руслан отвёл её в сторону, и что-то долго объяснял. К удивлению, после заговора с отцом своего ребёнка, Алёнка больше не пыталась испепелить взглядом Давида. А когда к нам вышла Сашка и рассказала, насколько сильно Давид любит их сестру, и как относится к ней, словно они родственники, Алёна сменила гнев на милость. Разумеется, она не воспылала к нему любовью, но больше не пыталась мысленно его причёску проредить — это можно назвать успехом. Мы зашли в комнату, где находилась Светлана, она перевела на нас взгляд, и удивлённо изогнула бровь.
— Вы тоже мои сёстры? — Мы чудом не разрыдались, услышав этот вопрос.
— Нет, сестра она, — показывая рукой на Алёнку, — я твоя подруга.
Мы подошли к Светлане, я села на стул, а Алёнка на кровать, взяв за руку сестру.
— Уже легче, а то я думала, что забыла сколько у меня было сестёр.
— Как ты, сестрёнка?
— У меня в голове бедлам, события прошлого, словно зеркало, разбитое на множество мелких осколков. Никак не получается собрать воедино картину. Помню, что были у меня сёстры, но только период в детстве. Потом — чистый лист. Иногда возникают картины, как я работаю стюардессой — они как вспышка, появились и пропали. И эта головная боль, она просто убивает. Давид говорит, что скоро станет легче.
— Раз говорит, значит так и будет. — Улыбнулась Алёнка, гладя сестру по руке.
— Возможно. Но вы не представляете, какой я испытала шок. Когда открыла глаза и увидела рядом с собой главу клана Давида Руслановича.
— Ты помнишь его как главу клана?
— Вот именно. Он объяснил, что передал полномочия племяннику. Но это не отменяет, что в тот момент я испытала шок. Особенно, когда он заявил, что он мой муж. Ахринеть можно, как такое событие можно забыть? Но я умудрилась. Но, это не удивительно, судя по тому, в каком я состоянии сейчас, моя фишка, — находить проблемы на красивую попу.
— Ничего подобного, ты всегда была умной… — попыталась её успокоить.
— Правда? — с надёжной посмотрела на меня.
— У нас с тобой был договор никогда не врать друг другу, и я неукоснительно его соблюдаю. Так что, подруга, если я говорю, что ты была чертовски умна, значит не сомневайся в этом.
— Даже так… — Пристально посмотрела она на меня. — Если ты говоришь всегда правду, ответь, почему Давид женился на мне?
— Он тебя любит, по-моему, ответ очевиден.
— Любит, значит… — Хмыкнула она. — А почему у него вид как у побитой собаки?
— А это ты у него спроси. Но, верь мне, вы любили друг друга.
Мы ещё немного пообщались, старясь не затрагивать щекотливых тем, рано ей ещё. Но через полчаса пришла медсестра, и нам пришлось удалиться. Увы, пока для неё отдых важнее, чем общение с нами. Но Давид обнадёжил, что скоро всё наладится, её лечат лучшие специалисты. Я ему верю.
Эпилог
Неделя спустя
Мы с Эльдаром улетели раньше всех, дела государства сейчас легли на плечи моего мужа. Он считает, что на данный момент его дяди и брату стоит вначале наладить отношения с жёнами, иначе их эмоциональное стояние может отразиться на работе. Никто не спорил, эти мужчины всегда правильно оценивали ситуацию. Ну а я, как верный соратник, отправилась в деловую командировку с мужем: сейчас мы как ниточка с иголочкой неразлучны. Да и не вижу смысла сидеть дома одна, когда могу быть полезна мужу. Пусть в делах я ему не советчик, но в состоянии создать комфорт для отдыха.
Когда самолёт набрал высоту, Эльдар попросил принести ему кофе. Приготовила напиток, и захожу с важным видом к самому любимому пассажиру. Кстати, теперь единственному.
— Ваш кофе. — Ставлю чашку на стол. Эльдар отрывается от бумаг, и его взгляд вспыхнул. — Что-то не так? — Продолжаю игру.
— Определённо. — Он встаёт и закрывает на ключ дверь. — Дорогая, тебе стоит снять юбку, а то помнём её. — Надвигается на меня, грациозно, как хищник.
— Эльдар, я на работе! — попыталась возмутиться, отступая.
— Уволю. — Пригрозил он, подходя в плотную. — Помочь, или сама справишься?
— Я на работе никогда подобным не занималась! — Возмущаясь, принялась избавляться от детали одежды, с вызовом смотря ему в глаза. Сопротивление бесполезно, когда у моего в глазах полыхает не прикрытая страсть.
— Ты не поверишь, я тоже. — Я фыркаю, и кладу юбку на стол. — Трусики оставь.
— А я и не собиралась… — начала было возмущаться, но Эльдар подхватил меня на руки, и потащил к стене.
— Вот почему-то уверен, что именно сегодня нам удастся зачать первенца. Ребёнок зачат на небесах, прикинь, как романтично звучит?
Я помню, как была удивлена, когда Эльдар признался, что хочет ребёнка. И в то же время была рада его решению. Пообщавшись с Алёной, я тоже захотела почувствовать, какого это, когда в тебе растёт частичка твоя любимого.
— Я в экстазе! — огрызнулась, и тут же издала стон, почувствовав, как его горячие пальцы отодвинули кромку трусиков, и дотронулись до самого сокровенного.
— Ещё пока нет, — делает он плавное движение, нежно прикусив ухо, — но скоро ты будешь кричать и просить ещё. Ножками обхвати меня, сейчас любить тебя буду.
— Люби… — произношу на выдохе, содрогаясь телом от очередного интимного прикосновения. — Люби меня, как ты умеешь, не сдерживайся… — Поощряю, наслаждаясь его ласками.
— Вот так… — Он резко входит в меня, и низ живота обдало огнём. Наши глаза встретились, а его горящий взгляд распаляет меня ещё сильней.
— О, да… — Со стоном произношу, наслаждаясь очередным резким толчком.
— Господи, как же я люблю тебя, Алиночка, — хрипит он, впиваясь мне в губы, начиная череду резких толков.
Мне хотелось ответить ему, что тоже
