- Все, мне пора домой, - говорит парень и поднимается.
- Я думала, что ты останешься ночевать у меня, - я нахмурилась, почему-то мне не хочется оставаться одной.
-
Прости, дом зовёт, - он помахал своим телефоном перед моим лицом.
- Ты ведь зав... уже сегодня, приедешь за мной? - я иду за другом в прихожую.
- Конечно, - он обувается, надевает куртку и приглашает меня в свои объятия.
Утыкаюсь ему в грудь и понимаю, что не хочу его отпускать. Ник на полторы головы выше меня, а Лео всего лишь на пол головы. Он такой высокий и такой сильный, в его объятиях я чувствую себя в некой безопасности, пока мой парень находится в другой стране. Понимаю, что пора отпустить друга, но я не могу и, наоборот, сильнее к нему прижимаюсь. Запах приятного парфюма сразу же овладевает моим носом, и я вспоминаю тот вечер, когда мы поцеловались. Сразу же отстраняюсь и смотрю на свои ноги. Меня вновь посещает стыд.
- Спокойной ночи, - парень целует меня в лоб и выходит во двор. Жду, когда он закроет за собой калитку и, помахав рукой, захожу в дом.
Какой же бардак мы устроили. Пожалуй, уберусь сейчас. Включаю свет и начинаю собирать пустые банки и пакеты из под разных чипсов. Кладу все в коробки из под пиццы и выкидываю в мусорку. Сажусь на диван и беру телефон. Почему мне так и не ответил Лео? Ну не может быть такого, чтобы у него не было возможности мне написать! Сейчас он вероятнее всего уже спит, а ведь мог ответить мне перед сном. Может он решил действовать, как в первый раз, когда уехал? От этого мне не легче, как он не понимает. Неприятный комок нарастает в моем горле. Хочется заплакать, но слезы не текут. Может, я и правда, не похожа на других девушек?
Продолжаю смотреть на телефон, периодически зевая. Открываю галерею и просматриваю наши совместные фото. Они вызывают у меня радость и заставляют ощутить, будто он рядом. Натыкаюсь на фото, где он закрывает лицо подушкой и рычит, прося, чтобы я перестала щёлкать, но я не переставала. Теплые воспоминания появляются картинками в моей голове, словно электронная фото-рамка. Хочу обнять его, провести пальцем по кубикам его пресса. Он всегда вздрагивает, когда я делаю это, говорит, что щекотно. Прижаться к его груди и почувствовать тепло его кожи. Вновь ткнуть в еле заметную ямочку на его левой щеке. Да, у него есть одна ямочка, но её очень сложно увидеть, я сама недавно узнала про её существование. Мне его не хватает, до боли в груди.
Бросаю взгляд на то, что лежит на тумбочке. Интересно, что там? И кто это принес? По-прежнему страшно осознавать, что во двор кто-то пробрался. Нам нужен сторожевой пес, чтобы охранялся не только дом, но ещё и двор. Мало ли кого приспичит посетить нас. Встаю с дивана и, взяв тонкий прямоугольник, сажусь на свое место. Рядом со мной садится Рич и кладет головку на моё плечо. Слегка погладив его, я достаю записку, которая торчит через обмотку.
«Такие мальчики, как Лео - не любят таких девочек, как Дина.
Для Дины»
Сердце будто делает сальто и меня обдает жаром. Руки начали дрожать, ибо не знаю, чего ожидать. Где-то внутри я слышу голос, который мне говорит: «Выкинь, не смотри, не открывай это», но руки уже начали разрывать скотч. Глубоко вздыхаю и начинаю раскрывать коричневую обертку. Зачем обматывать все таким толстым слоем? Раздражение всплывает наружу, и я начинаю нервно разрывать бумагу, кидая её в разные стороны. Когда с оберткой покончено, я вижу фотографии, но верх наоборот. Руки снова начинают дрожать, будто бы не хотят действовать дальше, но я пересиливаю это состояние и продолжаю. Перевернув первую фотографию, я начинаю дрожать как-будто нахожусь раздетая на лютом холоде. Сердце повторяет свой танец, делая сальто за сальто. Боль накрывает меня с ног до головы, а долгожданные слезы начинают течь ручьями по моим, теперь уже бледным щекам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На фото Лео нависает над какой-то очень красивой девушкой. Его легко узнать по узорам на спине. Я не хочу верить своим глазам. Мне хочется их выколоть, чтобы не видеть подобного. Как он мог так поступить? Почему я была в нем уверенна? Почему думала, что его не интересуют девушки с шикарной фигурой, что он другой? Это же Лео, школьный сердцеед, в сети которого попадает каждая, и я теперь в их числе. Все чувства собираются в один клубок, который, кажется, теперь никому не распутать. Ненависть, боль, ярость, обида, непонимание - все это сейчас во мне. Теперь мне понятно, почему он не отвечал. Ему некогда. Уверенна, в компании его дяди найдется немало хорошеньких секретарш.
Плачу не останавливаясь. Не хочу смириться с тем, что осталась использованной. Хотя нет, я сейчас слишком драматизирую. Наши отношения не заходили слишком далеко. Теперь я благодарю бога за то, что нас постоянно кто-то останавливал. Сейчас бы было в несколько раз больнее, ведь я собиралась отдать ему самое ценное. О какой любви может идти речь, когда твой парень спит с другой девушкой? Может, я чего-то не понимаю? Может, слово «отношения» - имеет другой смысл, а не тот, который я знаю? В любом случае теперь я не знаю, что делать. Черт, да я даже не знаю, как правильно реагировать! Я просто сижу и плачу, а ведь увидела только первую фотографию, а их там три.
Продолжать рассмотрения подобных вещей уже нет желания. И как долго он ходит в другую сторону? Может, так было всегда, хоть и по несколько суток, мы могли проводить вместе. Расстояние портит отношения, теперь я в этом убедилась, и вот вам наглядный пример. Сейчас мне хочется кричать. Долго и во все горло. Подойти к обрыву и выбросить всю боль наружу при помощи крика.
«Обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида, обида » - слова эхом проносятся в моей голове. Её я чувствую больше всего.
«Как он мог так поступить» - задаю я себе вопрос мысленно.
«Он со всеми девушками так поступает» - отвечает подсознание.
Любил ли он вообще меня? Я хотя бы ему была симпатична? Или каждое слово, которое срывалось с его губ, было ложью? То, как он говорил прежде чем затащить меня в омут нежностей «я люблю тебя », тоже было враньем? Определенно, да. Чувствую, как дрожат мои губы. Мне никогда не было так больно. Боль потерять кого-то, и боль почувствовать себя гнильем, которым хотели воспользоваться - две самые разные вещи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Притягиваю к себе Рича, который смотрел на то, как начинается моя боль, и утыкаюсь ему в шерсть. Дома никого нет, поэтому нет смысла держать все в себе. Заливаюсь слезами, которые прекращаются в истерику. Просто начинаю беспомощно реветь. Я не могу повернуть время назад, чтобы избежать этого дня. Сколько бы ещё он врал, если бы не эти фотографии? Неважно, кто их прислал, также уже неважно, кто забрался в наш двор. Я мысленно благодарю этого человека. Ведь, если бы не он, я бы никогда не узнала правду.
