– Мелкие, – уточнил Двуцвет.
– И выбросить эти камни в море, – завершила Сапфир.
Агат окинула взором лица противников. Поняла: они не шутят. И сказала мрачно:
– Появилась охота делиться. Такая охота, что ни пить, ни есть, ни спать не могу.
– Вот и славно, – кивнула Сапфир. – Тогда я начинаю.
5
Понакаркали черные вороны:
Грозным битвам широкий простор.
Крутит вихорь леса во все стороны,
Машет саваном пена с озер.
(С. Есенин)
Первые тяжелые капли дождя били по озерной воде. Уже не тростник – деревья на опушке гнулись под ветром в навалившийся тьме. Но на «Миранду» не падал дождь, ветер огибал ее: тонкий незримый купол оберегал шхуну. Это Лита диль Фьорро, неопытный, но храбрый маг-погодник, защищала свой корабль и свою команду.
Дверь в капитанскую каюту была распахнута, и магический светильник освещал собравшийся на палубе экипаж.
Внезапно пелена мрака у борта разорвалась, в проеме возникла статная длиннокосая женщина в синем платье. Резкий жест обеими руками – и защитный купол разлетелся, дождь ворвался на палубу, а Лита охнула от боли.
Злорадно улыбнувшись, женщина вновь подняла руки, чтобы добить соперницу.
Но тут Лита звонко крикнула:
– Сапфир!
Не имя, лишь прозвище – но и оно дало на несколько мгновений Лите власть над врагом. И Лита, еле стоя на ногах, этими мгновениями воспользовалась.
Резкое движение ладонями – зеркальное отражение жеста противницы... И Сапфир, не устояв на ногах, отлетела прочь.
Видение светлой комнаты растаяло. Стена дождя вновь стояла вокруг «Миранды», не касаясь палубы.
– Она не вернется, – с надеждой шепнула Лита. – Я так сильно ударила...
Команда столпилась в шаге от чародейки. Только Филин скорчился у грот-мачты. Как все илвы, он боялся колдовства. Филин охотно ушел бы в трюм, но на палубе была Мара. Вдруг Мару надо будет спасать?
– Она тоже сильно ударила, – увереннее сказала Лита. – Она прорвала мою защиту. И еще она держала ураган. У нее, наверное, и сил не осталось...
* * *
– У меня почти сил не осталось, – зло прорыдала Сапфир. – Я держу ураган! И я прорвала ее защиту! А эта стерва знает, кто я такая! И бьет, словно топором.
– Ты ее убила? – деловито спросил Алмаз.
– Нет! – встрепенулась Сапфир. – Добить ее! Скорее! Силы мне, силы!
Лицо Алмаза стало каменным. Двуцвет сдержал нервный смешок. Вот чего он, дурак, вылез? Ему теперь силой и делиться!
Сам Двуцвет предусмотрительно встал ближе к двери, чтобы его очередь была последней. А может, Сапфир и без его помощи управится.
Алмаз изобразил любезную улыбку и шагнул к чародейке.
– Дай руку! Я охотно и с радостью делюсь силой! – торжественно произнес он.
Но Двуцвет, матерый знаток людей, заметил и его дрогнувшие губы, и звякнувшую в голосе фальшивую нотку. Наверняка Алмаз тоже вспомнил рассказ демона о миске с водой на ладони. И постарается отдать малую долю силы. Но Алмаз – великий маг. Даже малая доля поможет победить в бою.
* * *
И вновь разверзлись небеса над «Мирандой». В потоке света встала грозная колдунья. Вихри ручными волками легли у ее ног, струи дождя пели ей хвалу.
– Получай, тварь! – крикнула Сапфир, вскинула руки – и исчезла, не бросив больше ни слова упавшей на палубу сопернице.
Лита хрипло, с болью закашлялась. Проливной дождь обрушился на палубу, которую больше не прикрывал защитный купол. Ветер утих – госпоже было не до него.
– Она... вернется... – с трудом выговорила Лита, приподнявшись на руках. – Кто-то отдает ей силы... я не спасла... простите.
– Как – отдает? – не поняла Мара, склонившись над подругой. – Разве так можно?
– Агвилья диль Кампороссо, – неожиданно четко выговорила Лита. Воспоминание о любимой героине придало ей твердости. – В битве у Черной скалы ей отдали силы четырнадцать человек. Двое из них умерли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Четырнадцать? – вмешался Отец. – Не маги? Обычные люди?
– Сила есть у каждого. И отдавать ее просто. Надо прикоснуться... и захотеть... Но это опасно!
– Двое из четырнадцати? – прикинул Бенц. – Тоже мне риск! – Он схватил Литу за руку. – Забирай!
И тут же рухнул на колени рядом с сидящей на палубе Литой. Лицо его стало серым, землистым. В свете, падавшем из двери каюты, он похож был на мертвеца.
А у Литы прекратился шум в ушах. С трудом она поднялась на ноги.
– Я... – с удивлением сказала девушка. – Я попробую... не знаю...
И тут ее по-медвежьи облапил боцман:
– Мою силу бери, сестренка! И врежь этой суке! Как я учил – лбом в переносицу!
* * *
Атака задержалась из-за Агат, которая в последний момент струсила и забилась в угол, вереща что-то на родном языке.
Пришлось в три свирепых голоса напомнить ей об ужасной участи, ожидающей Тлолкалойо. Только после этого Агат смирилась, подошла к креслу, в котором полулежала Сапфир, тронула ее за плечо и визгливо крикнула:
– Делюсь, бери!
И отдернула руку, как от раскаленного железа.
* * *
А к Лите бросилась вся команда.
Поспешно поднимая над шхуной защитный купол, она уже не видела лиц, но чувствовала прикосновения рук и слышала голоса.
– Держи силу и бей крепче! – Это Мара.
– Наших не возьмешь, да? – Это Райсул.
Длинная переливчатая трель – это Филин... ох, Лита забыла сказать, что илв с человеком силой не делится...
– Бери мою силу! – Это юнга... да кто его пустил, он же мальчишка еще!
– Возьми силу, дочка! – А это Отец... ох, зачем, он же старый...
– Мяв! – Да это Бертран трется об ногу!
Сила лилась в душу, в кровь, но не радовала, потому что была взята у друзей. И не было уверенности, что эта сила поможет выстоять.
«Пусть я умру, отбить бы атаку!»
Она решила не тратить силы на оборону. Удар, только удар!
И когда над «Мирандой» вновь возникло светлое пятно – ненавистная комната в ненавистном замке! – Лита направила всю силу в презрительно ухмыляющееся бледное лицо.
Ответный удар смел защитный купол, заставил шхуну содрогнуться и швырнул Литу на палубу.
Пятно смазалось и исчезло, словно его смыл дождь. А Лита почувствовала себя опустошенной, она не могла даже подняться. Глядя в небо, девушка с отчаянием поняла: бой проигран. Сапфир жива, она сможет вернуться и добить Литу. Все было напрасно...
* * *
Алмаз поспешно пододвинул кресло, Сапфир уселась и взвыла:
– Да что там за змеюка такая могучая?! Я еле осталась жива!
– Тем более ее надо добить, – вздохнул Алмаз. – Твой удар, повелительница ветров.
– Теперь пускай Двуцвет помогает, – злорадно подсказала таумекланка.
– Да-да, – кивнул Алмаз. – Твоя очередь, друг мой.
– Сейчас, – угрюмо отозвался Двуцвет. – Только проверю уровень силы.
Проверял долго, тщательно. Уровень, как назло, оказался отличным. Не сошлешься на слабость. Раскусят.
Маг сделал приветливое лицо, протянул к Сапфир ладонь – и представил себе миску с водой. Только бы не плеснуть лишнего!
– Возьми мою силу, – сказал Двуцвет сердечным тоном, – и убей эту девку.
* * *
Лита с закрытыми глазами лежала на палубе. Дождь хлестал ее, словно плетью, одежда промокла насквозь, но девушке это было безразлично.
Рядом застонал кто-то – кажется, боцман. Лита дернулась было помочь, но не смогла пошевелиться.
«Вот куда привела моя дорога! Прощайте, братцы-небоходы... Прощай, Анри!»
