Вот и сейчас, Мари догнала выходящую из библиотеки Ранию и огорошила ее новостью о введении нового предмета.
— Ой, а препод какой красавчик! — Мечтательно закатила глаза хохотушка. — Ты не представляешь! Высокий брюнет, с черными глазами… А какие у него губы!
Мариса, захлебываясь, описывала магистра, а Рани пыталась успокоить так некстати проснувшуюся интуицию.
«Нет, это невозможно, — убеждала она себя. — Герцог не мог…»
Подруга продолжала щебетать, а Рания, не слушая ее, размышляла над новостью.
— А, кстати, — тараторила Мариса. — У нас же завтра первое вводное занятие по порталам, представляешь? Эх, жаль, что нельзя надеть праздничное платье, эта форма такая унылая! Правда, если сделать красивую прическу… Рани, ты же мне поможешь? — Умоляюще протянула девушка.
— Конечно, Мари, — улыбнулась герцогиня. — Постарайся проснуться пораньше, и я сделаю тебе сногсшибательную прическу.
— Ты — чудо, — взвизгнула Мариса. — Я тебя обожаю! — Она потянулась к Рании и чмокнула ее в щеку. — Ты не представляешь, какой он… — Мечтательно вздохнула девушка. — Я, когда его увидела, думала, с места не сдвинусь. А он улыбнулся мне и пошел дальше. Представляешь? Улыбнулся мне!
Девушка восторженно закружилась на месте, придерживая подол форменного платья.
Рани рассмеялась, глядя на беззаботное веселье подруги, но тут же замолчала, напряженно всматриваясь в идущих навстречу мужчин.
— Смотрите, кто тут! — Издевательски протянул подошедший ближе Ривейн. — Две нищебродки. Хотите получить денежки, а, побродяжки? Наверняка ведь, не откажетесь? Если хорошо поработаете ротиками — пять сольдо ваши, — он издевательски захохотал и, раскинув руки, перегородил девушкам дорогу.
— Иди, куда шел, урод, — разъяренно прошипела Мариса.
— Как ты смеешь так разговаривать с аристократом? — Недобро сверкнул глазами мужчина. — Я…
— Рив, отстань от девушек, — вмешался друг Ривейна, красавчик-брюнет Арвен. — Идите, кэтани, он вас не тронет.
— Так что, нищенки, как насчет заработать? — Не унимался блондин. — Или вы только перед магистрами ножки раздвигаете?
— Ривейн, — прикрикнул Арвен, — уймись уже!
Рани посмотрела брюнету в глаза и медленно произнесла:
— Объясните своему другу, что его поведение недостойно мужчины.
Девушка обошла замерших парней и пошла вперед.
— Ты идешь, Мари? — Обернулась она к подруге.
Мариса кивнула и припустила следом за ней.
— Мерзкие уроды, — бормотала она. — Ненавижу. Думают, если богаты, то им все позволено.
Рани успокаивающе погладила ее по руке.
— Не расстраивайся! Эти двое не стоят того, чтобы о них говорили. Пойдем быстрее, а то на ужин ничего не достанется.
Мариса согласно кивнула, и девушки ускорили шаг.
— Рив, хватит к ним цепляться, — рассерженно обернулся к другу Арвен. — Чего тебя заклинило на этих рыжих?
— Ненавижу ее, — прошипел разъяренный Ривейн.
— Кого?
— Эту тварь, с короткими волосами. Ты видел, как она смотрит? — Парень злобно прищурился. — Словно я пустое место!
— Тебе-то какая разница? — Удивленно спросил брюнет, доставая из кармана кисет.
— Отцовская шлюха тоже на меня так смотрела, — взорвался блондин, некрасиво оскалив зубы. — Ну, да, ничего, я поставил ее на место.
— Рив, уймись, это уже не смешно, — серьезно посмотрел на него приятель. — Оставь девчонку в покое. Или хочешь опять с лордом Дареном столкнуться?
— Ладно, забудь, — неохотно процедил сквозь зубы Ривейн. — Пошли на занятия.
Арвен задумчиво раскурил трубку, размышляя о том, с чего это другу приспичило ставить на место адептку-первокурсницу. С самого детства Рив отличался неуравновешенным характером, но еще ни разу Ару не доводилось видеть в его взгляде такой ненависти. Как бы не было беды…
Адепты взволнованно переговаривались, девушки прихорашивались, гул взбудораженных голосов наполнял аудиторию.
Все с нетерпением ожидали появления преподавателя, о котором вот уже сутки гудела академия.
— Рани, взгляни, может быть, убрать этот локон? — Недовольно спросила Мариса, придирчиво рассматривая себя в маленьком зеркальце.
— Нет, Мари, оставь, ты прекрасно выглядишь, — с улыбкой, ответила Рания.
Ее умиляло желание подруги выглядеть неотразимой в глазах нового магистра. Ярко-рыжие волосы Марисы Рани заплела в косу, уложив ту короной вокруг головы, но несколько непослушных прядей все же выбились из прически, легкими завитушками оживляя милое личико девушки. Герцогиня улыбалась, глядя на прихорашивающуюся подругу.
Рани не разделяла эмоций большинства адепток, ожидающих появления неизвестного магистра, ее мысли и чувства находились в смятении совсем по другому поводу. Она не верила, что герцог так легко отступился и оставил ее в академии. Девушка помнила его последние слова, и понимала, что лорд Рэйтан что-то задумал.
Поддавшись грустным раздумьям, Рания не сразу заметила наступившую в аудитории тишину, и лишь восторженный вздох, донесшийся со стороны Марисы, заставил ее недоуменно оглянуться.
— Какой красавчик! — Восхищенно прошептала Мари.
Рани посмотрела на стоящего у кафедры мужчину, и у нее перехватило дыхание.
— Позвольте представиться, — раздался до боли знакомый бархатный голос. — Магистр Аль-Шехар, ваш преподаватель Теории построения порталов, — глядя прямо на Ранию, произнес герцог.
«О, нет!» — беззвучно простонала герцогиня.
«О, да!» — прочитала она ответ в глазах лорда Рэйтана.
Первая вводная лекция прошла для Рании, как в тумане. Герцогиня смотрела на бывшего мужа, ощущая исходящее от него тепло. И прикосновения нежных губ, и невесомые касания рук, дарящих ласку… Она вся горела, теряя себя, дыхание девушки сбивалось, и вдруг… все прекратилось. Рани испуганно огляделась. Никто не обращал на нее внимания. Адепты блестящими глазами следили за магистром, а тот увлеченно рассказывал им о грядущих перспективах и возможностях.
— …таким образом, с помощью нехитрых расчетов, можно легко просчитать конечную точку построенного портала, — расслышала девушка. — На следующем занятии, мы с вами попробуем понять принцип взаимосвязи между пунктом отбытия и заклинанием, а также, научимся определять количество затрачиваемой на построение портала энергии.
Герцогиня смотрела на двигающиеся губы мужчины, и пыталась отрешиться от греховных желаний, настойчиво пробуждающихся внутри. «Нельзя даже думать о подобном! Герцог Эршейский тебе никто» — убеждала она себя, но невольное сожаление проскальзывало при взгляде на бывшего мужа. Действительно, никто… А все могло бы быть по-другому.
