— И долго эти жучки объедают одно тело?
— Зависит от тела. День-два. Реже — три, если совсем свежий да упитанный...
— Получается, что это — первая партия?
— Да, господин. Несколько штук уже на складе готовых скелетов.
Я прошел на склад, в углу которого сиротливо лежали пять одиноких скелетов. В большом пустом помещении они выглядели как-то совсем грустно, словно прижались друг к другу.
Я прочитал специальное заклятие, чтобы скелеты, очищенные жучками, не распались на отдельные фрагменты костей. Скелет — хрупкая штука. Заклятие будет действовать на все помещение, так что мне не придется читать его над каждой ванной, а потом, в процессе поднятия,это заклятие будет автоматически заменено на более сильное. Мне важно, чтобы они тут не развалились, а то собирай их потом по косточкам. И не перепутай с другими...
— Ничего, ребята, сейчас папочка вас заберет... — проговорил я, а потом сам оценил уровень бреда — разговаривать с еще не поднятыми скелетами, тем более обещать им забрать их с собой, будто они и вправду нуждаются в защите и опеке. Похоже, у меня поехала крыша. — Ты бы все-таки отдыхал иногда, — сказал я Салану, который едва не падал с ног.
— Да когда тут отдохнешь... Только-только ремонт закончили, а уже целая толпа желающих выстроилась. Думаю, это только начало. Весь город о вас судачит. Совет Города хочет внести законопроект, запрещающий продавать, а нас, соответственно, принимать свежие трупы, чтобы не возникло проблем. Но вы знаете, господин, они его пока так и не приняли — боятся вас! В верхах уже все знают, что вы чуть не довели посланника главы Старого Дома Каралан до смерти от испуга, а ведь до сих пор он считался одним из самых жестких дельцов Города.
— Неправда, я лишь немного рассердился за то, что он меня разбудил.
— Вот и я про то... У нас в Городе все просто — у кого сила, тот и прав. А вы очень четко продемонстрировали, у кого тут сила. Вчера весь городской совет приезжал сюда, чтобы «присутствовать при открытии». Хотели пообщаться с вами, я так думаю. Им было здорово не по себе — повозки с трупами стали приезжать еще позавчера. Но когда они поняли, что тут трупы почему-то не воняют, как вы и обещали, им здорово полегчало.
— Торжественное открытие фермы скелетов... Ну и ну! — Я представил себе торжественное перерезание ленточки, выкрашенной по случаю в черный цвет, с маленькими черепами. И перерезающему на голову надо надеть колпак палача. Для полной гармонии.
— Да, господин, примерно вот так.
— А чего конкретно они от меня хотели?
— Не знаю, господин. Поначалу они со мной разговаривать не собирались, а потом им стало уже не до того, и они хотели только унести ноги подальше.
— Ну и ладно — захотят, найдут. Какие-нибудь еще дела есть?
— Мм... Если тела станут поступать такими темпами, мы не будем успевать их обрабатывать, а у меня есть все основания предполагать, что скоро поток тел станет значительно больше.
— Поясни...
— Все эти тела — из Города. В Городе живет почти миллион человек, сорок покойников в день для него — ничто. Даже из Города поток тел станет больше, когда все, кто уже получил плату, раззвонят об этом. Платим-то мы немало. Имеет смысл двигаться, да и народ у нас такой, что, когда почует возможность заработать, идет на все. Это еще пока не вскрывали старых кладбищ и никого не привозили из округи, а ведь и вскроют, и привезут. А если учесть, что в дело вступили старые дома, то, я уверен, скоро в порту появятся большие корабли, груженные трупами, прибывшие из колоний... Вот там-то уж точно никто не запретит грабить старые кладбища. А то и чего похлеще...
— Я понял. Смотри сам — земли у нас много, никто не мешает начать достройку. К тому же и меня сорок тел в день не устраивает. Мне нужны существенно более высокие темпы, так что давай действуй.
— И я о том же. Просто хотел спросить вашего разрешения на это.
— Молодец. Все правильно... Кстати, про кладбища — а как смотрят на нашу деятельность владельцы разнообразных похоронных бюро и прочих ритуальных услуг? Наверняка у вас имеется все необходимое, ведь на этом можно сколотить неплохие деньги.
— Думаю, они нам только спасибо скажут: ведь к нам повезет трупы беднота, у которой в любом случае на похороны денег нет. Мы им не конкуренты, скорее даже наоборот — их деятельность станет еще прибыльнее: подчеркнет особое уважение родственников к усопшим. У нас слишком разный контингент.
— Тогда почему «спасибо скажут»?
— Потому что раньше такие вот трупы зачастую просто сбрасывали в каналы. И городской совет постановил, что за похороны таких «утопленников» отвечает та контора, которая находится ближе всего к месту обнаружения трупа. Городские власти очень не любят тратиться на «социальные нужды» вроде похорон и предпочитает перепоручить это кому-нибудь, кто не сможет отвертеться.
— Все понятно. Очень хорошо. Как приятно доставлять людям радость.
— Издеваетесь?
— Немножко... Ну или не немножко... Короче, ты себе кабинет уже организовал?
— Пока нет, я же все время на приемке.
— Организуй. А на приемку найди еще кого-нибудь толкового. Людей пока хватает?
— Да, господин, хотя Старые Дома наперебой предлагают лучших специалистов в любых областях, да и парочка похоронных дел мастеров наниматься приходила.
— Если нужно — записывай их координаты. Когда в следующий раз прибуду, приведу их к присяге. Вот тебе средства на расход, — я протянул Салану четыре слитка. Тот, не подумав, попытался их взять одной рукой, а это все-таки двадцать кило...— М-да, детский сад... После дурдома... — прокомментировал я танцы Салана на одной ноге: вышеупомянутые двадцать кило, не удержанные одной рукой, упали прямехонько ему на ногу, что и стало причиной такой самодеятельности.
Подлечив несостоявшегося танцора, я отправился в небольшое помещение, где уже должны были быть установлены обелиски. Они там и вправду стояли, да и в целом вся комната выглядела именно так, как надо: идеально ровный пол и никаких окон. Я занялся настройкой телепорта. Когда все было готово, я поинтересовался:
— Слушай, золото золотом, а как у вас в мире ценятся драгоценные камни?
— Какие?
— Например, крупные алмазы?
— Исключительно высоко. Это то немногое, чего у нас не купишь даже за золото...
— А что ты скажешь про это? — Я протянул Салану один из камней, который собирался вставлять в обелиск. Тот недоверчиво покрутил камень в руках, посмотрел сквозь него на меня и уточнил:
— Это алмаз?
— Представь себе.
— Не представляю. — Салан покачал головой. — Я не разбираюсь, но если это и вправду алмаз, то он намного больше самых крупных камней, какие только существуют у нас в мире. Я думал, что у всех крупных камней внутри трещины, из-за чего их невозможно цельно огранить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
