Кастриль усмехнулся.
- Чего стоит вся эта психология, да к тому же из уст женщины! Впрочем, прости, я вспомнил, что она была назначена президентской комиссией. Но я по-прежнему считаю, что психология ничего не стоит. Надо помнить уроки истории. Говорят, что она повторяется. Но мы не позволим ей повториться на этот раз! Ради приличия я подожду до получения полной информации, но, боюсь, в конце концов, мне придется подписать необходимый указ.
- Мне жаль, Гондо, - сказал президент, вынимая из кармана лазерный пистолет, - но ты больше ничего не подпишешь. Человечество не может себе этого позволить.
- Тимон, какого черта! - рука Кастриля метнулась к кобуре пистолета.
- Не надо, - мягко сказал Харланд. - Прощай, Гондо. Наверное, мы оба зажились на свете.
Он нажал на кнопку, и незримый, но убийственно мощный поток энергии пронзил мозг Первого секретаря.
Минуту-другую президент бессильно стоял над распростертой у его ног фигурой человека, так долго оберегавшего его от столкновений с реальностью. На лице Кастриля застыло почти забавное выражение удивления, как будто он все еще не мог поверить, что мечтатель может оказаться человеком действия.
Харланд удивлялся сам себе. Его мозг заработал с поразительной ясностью. У него еще была надежда покончить со страхом, овладевшим планетой. Надежда на великое общество! Если только ему удастся выжить...
Он склонился к телу Кастриля, приподнял еще теплую руку и вложил в нее пистолет Первого секретаря. Затем направил его на себя и подставив плечо, нажал на кнопку. К его удивлению, боль оказалась не такой страшной, как он боялся. Он обрадовался этому, потому что не мог позволить себе потерять сознание.
Едва сдерживая стон от боли в обожженном плече, он поднялся на ноги, доковылял до стола и без сил упал в кресло. Нельзя было терять ни секунды.
Президент Харланд нажал на кнопку чрезвычайной связи на пульте, встроенном в его письменный стол.
Он откашлялся и заговорил.
- К вам обращается президент Республики. Прошу всех сохранять спокойствие. Первый секретарь Кастриль, ныне покойный, совершил попытку покушения на меня. Я ранен. Приказываю силам безопасности немедленно сложить оружие и оставаться на своих постах. Им будет гарантирована безопасность. Приказываю также всем своим помощникам и членам президентской комиссии немедленно прибыть в мое распоряжение. Я требую немедленного созыва Конгресса для расследования деятельности Первого секретаря Кастриля. Говорил президент Харланд. Прошу всех сохранять спокойствие.
Он выключил передатчик, взял пистолет, и принялся ждать того, кто первым войдет в кабинет. Он не сомневался, что им будет офицер службы безопасности Кастриля.
Он оказался прав, но не совсем.
Дверь распахнулась. За ней стояли лейтенант Ставро и Оран, его секретарь. Что ж, возможно, ему удастся убить обоих. Но мысль об убийстве стала для него невыносима. Он опустил пистолет.
Ставро взглянул на убитого Кастриля, повернулся к президенту и воскликнул:
- Поздравляю вас, господин президент!
Одной рукой он сжимал лазерное ружье, направленное в сторону двери, а другой принялся срывать знаки отличия службы безопасности со своего мундира.
- Нас во дворце человек шесть или семь, но людей Кастриля в несколько раз больше. Кое-кто из них подчинится вашему приказу, но остальные откроют стрельбу. Оран уже связалась с корпусом Свободы. Если мы сможем продержаться до их прибытия, все будет в порядке.
Президент Харланд был стар, утомлен и ранен. Он не знал, почему лейтенант Ставро сорвал с себя эполеты, почему Оран должна связаться с корпусом Свободы, о котором он слышал впервые, но он хорошо знал, что такое свобода.
Его исторические исследования научили его, что ни одна из тираний, когда-либо существовавших на Земле или на Марсе, не могла вытравить из сердца человека тяги к свободе.
Президент почувствовал, что боль в плече становится нестерпимой. Теряя сознание, он слышал топот ног в коридоре, шипение лазерных лучей, стоны и крики людей.
Когда он снова пришел в себя, его окружали врачи, боль утихла. Он услышал новый для него звук и не мог понять, что это, пока ему не сказали. Он не поверил и велел открыть окна.
Народ пел на улицах...
30
Было уже поздно. Как всегда, небо закрывали плотные тучи, накрапывал мелкий дождь. Кимри рассчитывал, что глубокая тьма скроет его и Мирлену от посторонних глаз, когда они попытаются войти в Пристанище Мертвых. И оказался прав.
Он надеялся на то, что совершаемое ими святотатство может остаться незамеченным, если им удастся покинуть башню до утра. Но в этом он ошибался.
Раньше эта башня не охранялась. В этом не было никакой нужды. Считалось, что святость этого места, слухи о духах, обитавших там, загадочных хранителях древних тайн, а также суровое наказание, ожидающее ослушавшегося запрета, вполне надежно охраняют башню.
Но после исчезновения Корда Венгеля, Стасий посчитал разумным испросить разрешения короля на охрану башни. Он вспомнил интерес Венгеля к ней и решил, что тот нарушил запрет и законы гостеприимства ради того, чтобы исследовать единственное, интересующее его в городе.
Стасий давно уже понял Корда Венгеля. От него не укрылась его агрессивность и презрение к белой расе. Стасий знал, что Венгель решится на все, если у него останется шанс на спасение. Если в ближайшее время его не найдут, Стасию придется обратиться к королю за разрешением на обыск Пристанища Мертвых. Хотя его еще не оставила надежда, что Венгель, живой или мертвый, отыщется где-нибудь в другом месте, ибо в башне скрывались тайны, представлявшие опасность для непосвященных.
Тем временем у входа в башню были поставлены два королевских гвардейца, чтобы помешать пришельцам войти, если им вздумается разыскивать там своего товарища.
Кимри не знал этого до той минуты, пока в кромешной тьме не столкнулся лицом к лицу с одним из охранников. Реакция Кимри была мгновенной. Его первый удар пришелся гвардейцу в живот. Вторым ударом по голове Кимри удалось свалить своего противника, но при этом он сильно ушиб руку о его шлем.
Второй гвардеец, услышав шум, осторожно двинулся в его сторону. Он наткнулся на Мирлену и, сбив ее с ног, упал на нее. Мирлена тихо застонала, и Кимри, нашарив в темноте чужое лицо, нанес еще один удар. Затем рука его коснулась мягкого женского плеча, и он помог Мирлене подняться.
За все время, пока длилась схватка, они не произнесли ни звука. Осторожно нащупывая ногами ступеньки, ведущие ко входу в башню, Кимри и Мирлена слышали за спиной звуки продолжающейся драки. Видимо, охранники в темноте сражались друг с другом, и эти несколько секунд, подаренные удачей, позволили Кимри и Мирлене подняться по ступенькам и войти под арку, скрывающую дверь в башню.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
