С началом Великой Отечественной войны 75-летний «Батя» эвакуированный вместе со своими немногочисленными сотрудниками в Нижний Тагил, в один из уральских танкоградов под № 183, под открытым небом, в лютые морозы, в невероятно сжатые сроки разработал и внедрил технологию автоматической скоростной (до 10 раз производительнее других методов) сварки броневых корпусов тяжелых танков KB, средних Т-34 и легких Т-60 и Т-70. С момента прибытия завода до рождения лучшего танка Второй мировой войны Т-34 прошло менее двух месяцев.
«За годы войны общая длина “патоновского шва” составила 6000 километров!» Этот шов впервые в истории сварки стал прочнее основного металла и не разрушался даже при прямом попадании в него снаряда. На установках Патона варили не только танки, но и авиационные бомбы, пушки, трубы и др.
В 1942 г. третьим изданием вышла книга Е.О. Патона «Скоростная автоматическая сварка под слоем флюса», которая стала пособием по внедрению этого метода на всех предприятиях СССР. В других странах автоматическая сварка под флюсом броневых сталей была освоена уже после войны.
Благодарную память о Евгении Оскаровиче сохранили не только тысячи танкистов, но и весь наш народ. Ученый стал символом служения Родине. Может, поэтому так актуальны его слова, сказанные в лихую годину:
«Человеку не дано самому судить о том, как он выполняет свой долг. Истинным судьей в этом является только народ. Но одно я знал твердо: всего себя, без остатка, я отдаю работе, стараюсь жить так, чтобы всегда прямо и честно смотреть в глаза советским людям. В те минуты я снова пожалел о том, что большая часть моей жизни, мои молодые годы прошли в затхлой, деляческой атмосфере царской России, в обстановке, где труд не считался делом чести, а был только средством к существованию».
При напряженной 12–14-часовой работе в цехах (директор участвовал в монтаже и освоении каждой сварочной установки на протяжении всего пускового периода) Е.О. Патон не прерывал своих занятий по разработке технологии сварки специальных сталей и исследованию физических основ горения дуги под флюсом, свариваемости металлов, созданию производства сварных труб, сосудов, машин различного назначения, созданию нового класса сварных конструкций.
Впервые в мире разработав комплексную программу развития сварочного производства, основав новейшие сварочные технологии и создав знаменитую школу мостостроителей, Евгений Оскарович передал свое дело и институт в руки Борису Евгеньевичу Патону. Сын достойно продолжил и развил научные исследования отца.
Им лично и под его руководством была проведена масса исследований процессов автоматического и полуавтоматического сваривания под флюсом, разработаны теоретические основы создания автоматов и полуавтоматов для дугового сваривания и сварочных источников питания. Были разработаны и внедрены системы кибернетического управления и сварочные роботы. На новый уровень вышло изучение металлургии сваривания, усовершенствование существующих и создание новых металлических материалов. Была создана новая отрасль – специальная электрометаллургия, в которой нашли применение новейшие методы сварки – электрошлаковый, плазменно-дуговой и электронно-лучевой переплавы.
При Б.Е. Патоне к освоенным сварочным технологиям добавились новые – используемые при сооружении хирургических, космических, подводных аппаратов, при проведении сварочных работ в безвоздушном пространстве и под водой. Все это стало неотъемлемой частью судостроения, производства уникальных сосудов высокого давления для энергетики и химической промышленности, кожухов доменных печей, высотных башенных конструкций, крупногабаритных узлов для морских судов, гидрогенераторов, сварных труб для магистральных газо– и нефтепроводов и др.
Открытия Патонов в области сварки сделали возможным блочное строительство жилых домов, благодаря чему подавляющее большинство малоимущих слоев населения развитых стран получило возможность заиметь собственное жилье. Особенно великое значение это имело для стран социалистического лагеря. Эти методики в строительстве жилья применяются и по сей день.
В конце очерка так и подмывает произнести перифраз:
«Все ж может собственных Патонов земля Российская рождать!»
СРЕДНИЙ ТАНК КОШКИНА Т-34
Инженер, конструктор бронетехники, политработник; участник Первой мировой и Гражданской войн в составе Красной Армии; замначальника танкового КБ завода № 185 (Ленинградского завода им. С.М. Кирова); начальник КБ танкового отдела «Т2» завода № 183 (Харьковского паровозостроительного завода); кавалер ордена Красной Звезды, лауреат Сталинской премии (посмертно) «за разработку конструкции нового типа среднего танка» (Т-34), Герой Социалистического Труда (посмертно), Михаил Ильич Кошкин (1898–1940) создал танк Т-34.
По мемуарам генерал-полковника германской армии Х. Гудериана и фельдмаршала Э. фон Манштейна, командующих танковыми группами и танковыми корпусами, одной из главных причин поражения Германии в войне против СССР стал танк Т-34. Кому, как не танкистам, оценивать танк, да еще вражеский!
Гудериана советский танк ввел в транс уже на десятый день войны: «Очень тревожные донесения о качестве русских танков… Превосходство материальной части наших танковых сил, имевшее место до сих пор, было отныне потеряно и теперь перешло к противнику. Тем самым исчезли перспективы на быстрые решающие победы».
В 1942 г. командование танковых войск Германии распространило «Инструкцию для всех частей Восточного фронта по борьбе наших танков с русским Т-34». Вот выдержка из нее:
«Т-34 быстрее, более маневренный, имеет лучшую проходимость вне дорог, чем наши Pz.Kpfw.III и Pz.Kpfw.IV. Его броня сильнее. Пробивная способность его 7,62 см орудия превосходит наши 5 cm KwK и 7,5 cm KwK40. Удачное расположение наклонных бронелистов увеличивает вероятность рикошета… Поскольку Т-34 быстрее немецких танков, он может выбирать дистанцию открытия огня».
А это донесение с фронта: «Хорошо известная проходимость танка Т-34 в действительности ошеломляющая. Танк проходит через топи и болота, непроходимые для людей, врывается на наши позиции».
Через 20 лет после окончания войны западногерманский журнал «Soldat und Technik» лишь подтвердил мнение противника о нашей «тридцатьчетверке»:
«В июне 1940 года сошел с конвейера первый серийный советский танк Т-34. Этот танк, бесспорно, был подлинным шедевром в истории развития военной техники. В нем удачно сочетались технические элементы быстроходного крейсерского танка с высокой неуязвимостью, присущей танку непосредственной поддержки пехоты. Появление Т-34 на Восточном фронте летом 1941 года было неожиданностью для немецких войск».
После первого года войны в Испании (1936–1939), где советские танки БТ-5 и Т-26 показали свое превосходство над немецкими Pz.I и Pz.II, но были чрезвычайно уязвимы под огнем противотанковых орудий, руководство СССР поставило перед танкостроителями задачу создания быстрой маневренной машины высокой проходимости с надежной броней и мощным вооружением. Речь шла в первую очередь о самом массовом – среднем танке.
М.И. Кошкин
Учеными и конструкторами были предложены два типа машин: колесно-гусеничный танк А-20 и чисто гусеничный А-32 (Т-32). Не зная, какому типу отдать предпочтение, разрабатывали сразу оба типа. Работы велись на первом этапе на Ленинградском заводе им. С.М. Кирова (№ 185), а затем на Харьковском паровозостроительном заводе (№ 183).
В создании танка были задействованы десятки выдающихся конструкторов, технологов, ученых, занимавшихся комплексом вопросов от металлургических до баллистики: А.А. Морозов, М.И. Таршинов, Н.В. Барыков, Н.И. Груздев, А.В. Калоев, А.И. Воробьев, Н.Н. Гусев, А.Я. Дик, И.Ф. Вархрушев, В.С. Ананьев, Н.А. Кучеренко и др.
В ходе государственных испытаний в сентябре 1939 г. на полигоне под Москвой предпочтение было отдано танку Т-32. Опыт боев финской кампании также говорил в пользу гусеничной машины. Было принято решение усилить ее бронирование (до 45 мм), вооружить 76,2-мм пушкой и начать выпуск новой модификации.
Серийное производство танков Т-34 началось в октябре 1940 г. Начальником КБ – главным конструктором 183-го завода был назначен А.А. Морозов, продолживший дело своего предшественника – создателя танка Т-34 М.И. Кошкина.
«Основы конструкции танка Т-34 заложил и разработал Михаил Ильич Кошкин, – вспоминал позднее Морозов. – Этому замечательному конструктору мы, в первую очередь, обязаны появлением такого совершенного типа танка, каким является Т-34».
Стоит ли говорить, что главный конструктор отвечал за все – за качество и своевременность работ, за «мелоовку», которая могла сыграть решающую роль не только в бою, но и при испытаниях, и, главное, за выбор модели. Для начальника КБ этот выбор порой был равнозначен выбору жизни или смерти.
