Как-то неуловимо ее губы сместились сначала на мой подбородок, затем оставили влажный след на шее и в конечном итоге, невесомо коснувшись плеча, переместились на грудь, обжигая кожу дерзкими засосами и дразня шаловливым прикосновением языка. Я млел от ее ласк, но и в долгу не оставался. Ладони блуждали по телу Деи, нежно поглаживая бархатистую кожу, на которой временами встречались едва ощутимые рубцы от старых шрамов.
Моня, добившись желаемого эффекта от моего дружка, заинтриговано закусила губу. Несмотря на внутреннюю скованность, ее глаза горели азартом и желанием испытать нечто новое. Пожалуй, именно ее взгляд позволил мне окончательно расслабиться и настроиться на нужный лад — она действительно хотела этого, а не следовала каким-то не писаным правилам Договора. Это радовало…
Момент нашего соития оказался немного порывистым, но в тоже время плавным и настороженным со стороны эльфы. Я ощутил, как ее стройное тело невольно напряглось, как дыхание стало более глубоким и взволнованным. Кто бы мог подумать, что эта хамоватая девица может быть такой робкой и кроткой? Впрочем, Анемона довольно быстро сориентировалась…
Потратив пару минут на то, чтобы привыкнуть к габаритам моего агрегата, она начала медленно двигаться, временами проходясь руками по своему телу и сжимая упругие груди, словно стараясь создать контраст и как-то сгладить возникший дискомфорт. Ощущения были фантастическими, и все же, я чувствовал себя немного скованно. Легкое волнение давало о себе знать…
Орхидея, оценив ситуацию, решила не мешать нам развлекаться. Удобно устроившись в изголовье кровати, она с живым интересом наблюдала за происходящим. Руки девушки словно жили своей собственной жизнью, блуждали по ее телу, временами задерживаясь на груди, игриво пощипывали набухшие от возбуждения соски, а затем вновь отправлялись в путешествие и медленно подбирались к самому сокровенному. Вот проказница!
Я лишь изредка поглядывал на нее, но в остальном дарил свое внимание исключительно Анемоне. Слегка смущенная, разгоряченная желанием, с сияющими от возбуждения глазами — она была великолепна! Ее плавные движения наполняли мое тело жидким пламенем, кружили голову и туманили сознание нарастающим удовольствием, которое будоражило кровь и подстегивало меня.
Не сводя с царевны восхищенного взгляда, я мягко поглаживал ее по бедрам, временами поднимаясь до тонкой талии. Постепенно движения эльфы стали более уверенными и даже приобрели некую ритмичность. От ее чувственных стонов по коже волнами расползались приятные мурашки, а вид упругих грудей, которые соблазнительно покачивались и буквально манили прикоснуться, заводил не на шутку. Мне хотелось перехватить инициативу, но я сдержался. Все-таки это был ее первый раз… Пусть властвует!
— Давай, кексик, трахни этот чешуйчатый пирожок, — подбодрила Моню горная эльфа, которая уже откровенно ласкала свою киску и эротично жамкала упругую грудь.
Вот же развратная девка! Хотя, кто бы говорил… Но от комментариев, все же, могла бы и воздержаться! Впрочем, царевна не обратила на нее особого внимания, лишь едва заметно улыбнулась. О том, что совет Деи был услышан, я понял практически сразу. Движения блондинки стали более требовательными и жадными, и вскоре она уже практически насаживалась на мой член. Ее стоны, что поначалу были чувственными и робкими, превратились в насыщенные и сладостные. Я наслаждался ими словно музыкой. Великолепно!
Удовольствие закручивалось огненным вихрем, с каждым оборотом поглощая меня все сильнее, пока окончательно не накрыло с головой. Приняв сидячее положение, я обхватил девушку руками, мягко поглаживая по спине и временами крепче прижимая к себе. Губы обжигающими поцелуями скользили по бархатистой коже, ласкали грудь, нежно сжимали и посасывали затвердевшие соски.
Страсть бушевала между нами, не зная границ и пределов. Окружающий мир словно погас, сузился до размеров кровати и растворился в нашем обоюдном развратном желанье. Не было ни единой мысли, даже секунды, чтобы задуматься, лишь обнаженные ощущения и эмоции, которые расходились по телу тонкой паутиной сладострастных разрядов. Мы наслаждались друг другом, пока у нас хватало сил, пока тела не достигли своего предела, а голова не начала кружиться от переизбытка чувств. Финал взорвался мириадами ярких звезд, даруя блаженство и приятную усталость. Шикарно!
Уже позднее, лежа на кровати и обнимая эльфиек, я поймал неожиданную мысль, что чувствую себя счастливым. На душе было легко и спокойно, а все навалившиеся за последнее время проблемы, казались легко преодолимыми. Я не мог толком объяснить даже самому себе, с чем именно было связано такое состояние души и тела. Вряд ли с бурным сексом ранним утром… Оно просто возникло из неоткуда и поселилось внутри меня. И это ощущение было настолько приятным, настолько важным, что мне даже не хотелось выяснять причину его появления. Есть и хорошо!
— Слушай, Булочка, — обратился я к Орхидее, поймав себя на мысли, что это прозвище ей отлично подходит. — Почему ты так… странно… ругаешься? — с некоторым замешательством спросил я, не зная, как более точно сформулировать вопрос.
— Что? — она слегка приподнялась и удивленно посмотрела на меня. Видимо, до нее не сразу дошла суть вопроса… — Ах это, — усмехнулась Дея, даже не обратив внимания на мое обращение к ней. — Я всегда была грубой и жесткой. Материлась, как матерый шахтер и любила поучаствовать в потасовках на арене. Левушке, моей младшей милой сестренке, это никогда не нравилось. Она предпочитала решать проблемы миром, вела себя скромно, а когда подросла, увлеклась выпечкой, — эльфа тепло улыбнулась, рассказывая о Мальве. Сестры явно были очень близки… — Однажды она принесла на арену печенье, приготовленное по новому рецепту. Хотела, чтобы я первой попробовала его и оценила. А я как раз устроила разбор полетов с молодыми горняками. Один из них неудачно оступился и толкнул Левушку, выбив у нее тарелку из рук, а после еще и наступив на выпечку, — девушка усмехнулась, вспоминая этот, видимо, забавный случай. — Сестра сильно расстроилась и едва не расплакалась. Я так разозлилась тогда на этого плесневелого рогалика, что желала обматерить его с ног до головы, а затем стереть в порошок, но расстраивать Мальву еще больше крепкими словечками не хотелось. И тут мой взгляд зацепился за раздавленное печенье… — многозначительно произнесла Булочка, и все стало кристально ясно. Убедившись, что я все истолковал верно, она продолжила. — Левушке очень понравились мои новые ругательства, которым я от души крыла того сухарика, придумывая их буквально на ходу, а постепенно и я к ним привыкла. Теперь это уже получается как-то само собой, — Орхидея пожала плечами и с наслаждением потянулась, вытягиваясь во весь рост.
История горняшки оказалась настолько забавной, что ни я, ни Моня не
