Уходя, он оставил Дейзи свой распорядок дня, специально отпечатанный секретарем. В конце списка мероприятий, намеченных на сегодняшний день, было написано: «Восемь – восемь тридцать – обед на Даунинг-стрит десять. Черный галстук». А чуть выше большими жирными буквами было напечатано: «СЕМЬ ТРИДЦАТЬ – МИССИС ХАРВУД ВЫЕЗЖАЕТ С ЧЕЙНИ-СТРИТ». Интересно, почему секретарь Эндрю печатает этот пункт распорядка большими буквами? Что это – знак внимания или намек на ее постоянные опоздания?
Дейзи встревоженно посмотрела на часы. Семь двадцать восемь. Нет смысла выглядывать из окна – Дейзи и так прекрасно знала, что Олли всегда приезжает на десять минут раньше назначенного времени – как будто подчеркивает таким образом, что она все время заставляет себя ждать. Рука Дейзи дрогнула, и она, как это бывало уже не раз, попала в глаз кисточкой для туши. Ну вот, теперь придется все начинать заново! Дейзи стерла черные пятна и начала снова красить ресницы. Только не волноваться!
Семь тридцать четыре. Дейзи бегом кинулась в спальню и быстро надела приготовленный для сегодняшнего вечера наряд – белую кисейную блузку с низким вырезом, черную шелковую юбку и расшитый черным янтарем пояс. Иногда Дейзи брала драгоценности с собой и надевала их уже в машине. Но сегодня она задержалась перед зеркалом и бережно застегнула на шее ожерелье из бриллиантов и перидотов, надела серьги. Все это Дейзи достала сегодня утром из шкатулки, подаренной ей свекровью. Эти драгоценности носила еще бабушка Эндрю Харвуда. Дейзи специально сделала сегодня высокую прическу, чтобы волосы не закрывали серьги.
Семь сорок четыре. Дейзи схватила сумку, белое боа, чистую рубашку для Эндрю и вешалку с его вечерним костюмом. Слава Богу, она догадалась заранее найти галстук и засунуть его в карман пиджака. Дейзи надеялась, что ворс от ее боа не пристанет к черному костюму Эндрю. Но, в любом случае, можно почистить его в машине.
Добежав до первого этажа, Дейзи крикнула:
– Всем до свидания!
– Приятно повеселиться! – хором отозвались из кухни Софи, Мэтти и Ингрид.
Олли с непроницаемым лицом вышел из машины и открыл для Дейзи заднюю дверцу.
– Добрый вечер, мэм, – сказал он.
Олли завел машину, и они понеслись на огромной скорости, проезжая время от времени на желтый свет. Дейзи старалась не смотреть на Олли. В такие минуты ей казалось, что даже спина и затылок водителя выражают молчаливое неодобрение.
Дейзи думала о том, как повезло премьер-министру – не надо никуда нестись на машине, только выйти из квартиры и спуститься на один лестничный пролет.
Когда «ягуар» проезжал мимо Тауэра, Дейзи со страхом взглянула на огромный циферблат Биг Бена. Две минуты девятого.
– Вы совершили чудо, Олли, – похвалила она шофера.
Тот ничего не ответил.
Припарковав машину у подъезда министерства обороны, он быстро вышел и открыл дверцу для Дейзи. Миссис Харвуд вышла из «ягуара», держа в одной руке вешалку с костюмом Эндрю, и, стараясь не бежать, быстро направилась вслед за Олли к входу в здание.
Они поднялись на последний этаж, и Олли немедленно направился в кабинет Эндрю. Дейзи казалось, что, проходя через приемную, он успел коротко и ясно выразить свое отношение к ее опозданию. Тем не менее Дэнис Спеарман и четверо помощников Эндрю встали со своих стульев и вежливо приветствовали миссис Харвуд. Мартин Троуэр, весело улыбаясь, открыл перед Дейзи дверь кабинета. Часы над дверью показывали восемь минут девятого.
Эндрю сидел за письменным столом и подписывал какие-то письма. Он подписал еще одно или два и только после этого поднял голову. Затем он посмотрел на часы и, казалось, только теперь заметил, что Дейзи наконец приехала.
– Добрый вечер, – сказал Эндрю.
Он обошел вокруг стола и взял из рук Дейзи вешалку с костюмом. Дейзи с облегчением отметила, что Эндрю не сердится за нее за опоздание.
– Присядь и подожди меня, – предложил он.
Дейзи снова, уже в который раз за сегодняшний вечер поискала глазами часы. Восемь десять.
Секретарь Эндрю правильно сделал, что напечатал время ее выхода из дома большими буквами. Ну в самом деле, что ей стоило закончить работу в студии на двадцать минут пораньше? Она никогда не знала заранее, что скажет по поводу ее опоздания Эндрю. Больше всего он злился в тех случаях, когда сам не успевал вовремя закончить дела, хотя никогда в этом не признавался.
Эндрю вышел из ванной комнаты, и, любуясь стройной фигурой мужа, Дейзи подумала, как ему к лицу вечерний костюм. Когда они под руку выходили из кабинета, Дейзи снова взглянула на часы. Восемь пятнадцать.
Эндрю попрощался со своими помощниками.
– Мартин, будьте так любезны напомнить Олли, когда он заедет за портфелями, чтобы он захватил мои вещи. Я оставил их в ванной. Мы с женой немного торопимся.
Мартин кивнул и улыбнулся.
Пока Олли гнал машину к Даунинг-стрит, Дейзи внимательно изучила два тонких листочка с биографиями гостей, которые не были членами правительства Великобритании. Никто не умел лучше английских чиновников позаботиться обо всех деталях.
У въезда на Даунинг-стрит дежурила группа охраны дипкорпуса. Охранники были одеты в обычную полицейскую форму, но слева на поясе каждого ясно угадывалась кобура. Через несколько минут министр обороны и его жена уже поднимались по ступенькам дома номер десять.
– Добрый вечер, мадам. Добрый вечер, сэр.
Дейзи никогда не пыталась делать вид, что равнодушна к приемам на Даунинг-стрит десять. Ей нравилось здесь буквально все. Миссис Харвуд тепло улыбнулась пожилому швейцару, открывшему перед ними дверь.
В прихожей стояли несколько охранников из Специального отдела и группы охраны дипкорпуса. Они едва заметно кивнули министру Эндрю и Дейзи. Над головами детективов светился красный огонек охранной сигнализации. Рядом висели часы. Восемь двадцать четыре. Что ж, они, по крайней мере, опоздали меньше чем на полчаса. Неужели из-за непунктуальности Дейзи они всю жизнь будут везде приходить последними?
Дейзи и Эндрю прошли через широкий коридор, холл перед залом заседаний кабинета и вышли к огромной лестнице с полированными перилами красного дерева и изящными балюстрадами. Дейзи тут же забыла, что они опоздали на обед, забыла, что в прихожей толпятся охранники с оружием под пиджаками. Она словно ступила в другой мир.
– Ты просила показать тебе портрет Гладстона, – вспомнил Эндрю. – Он вон там, у поворота лестницы.
Дейзи давно хотелось приехать как-нибудь пораньше и рассмотреть повнимательнее надписи на портретах премьер-министров. Интересно, в Белом доме тоже собраны портреты всех президентов США?
