– Не увлекайтесь, нас ждет еще один дом, – сердито сказал Конан, когда они все оказались на улице. – И не забывайте, что еще придется идти в этот проклятый храм!
– Мы уподобились им, – мрачно выдавил Веллан. – Такого больше не должно повториться.
Третье помещение вчера выполняло роль загона для пленников. Строение было длиннее своих соседей, маленькие окна забраны частыми решетками. Внутри оказалось четверо спящих. Они погибли мгновенно, не успев осознать своей смерти. Сердце одного пронзила стрела, другому Конан снес голову, третьего почти надвое развалил Веллан, и четвертого прикончил Гильом. Охотники за оборотнями тщетно искали кого-нибудь из рабов – видимо, вчера прикончили всех.
– Уходим, – приказал Конан, и они, пригибаясь, побежали к храму. Никто не вытер кровь с мечей – так будет страшнее для только что проснувшихся оборотней.
У ворот стояли Эрхард и компания. Увидев окровавленные клинки, Тотлант позавидовал:
– Вы кого-то прикончили? В наших домах нашлись только мешки с зерном.
– Десять долой, – ответил на вопросительный взгляд Эрхарда варвар и повернулся к магу: – Ну что, есть предложения, как пробраться внутрь?
– Через дверь, – ехидно ухмыльнулся стигиец и направил посох на ворота. – Как я понимаю, вы решили не таиться, а потому входить будем с развернутыми знаменами и боевыми трубами… – из навершия посоха вылетел белый тонкий луч и уперся в доски. Дерево и железо недолго сопротивлялись колдовству, и через несколько мгновений со страшным грохотом, от которого заложило уши, огромные ворота рухнули внутрь. Во все стороны брызнули щепки и осколки камня.
– Лес рубят – щепки летят, – философски заметил Эртель.
– А ты, оказывается, кое-что можешь, колдун, – снисходительно признал Конан. – Вперед, пока твари окончательно не проснулись.
Осторожно обходя расщепленные доски и полосы закрутившегося оплавленного железа, воины один за другим ступили под каменные черные своды. Чудовища на крыше зловеще ухмылялись, предчувствуя кровавую жатву.
Конан шел последним и задержался в воротах, чтобы оглянуться и прислушаться. Его беспокоило отсутствие гномов. Они уже должны выступить навстречу людям, но пока от подгорных воителей не было ни слуху, ни духу.
– Надеюсь, они все-таки не опоздают, – пробормотал варвар и зашагал следом за остальными.
* * *
– Тральд! Тральд, здесь тоже завал!
– Не может быть! Борин, старейшины нам головы оторвут, если мы не успеем…
– Да ладно мы! Там же люди, которые собирались на рассвете атаковать оборотней! Вот им точно конец!
– Ну как такое могло случиться? Пять галерей к шахтам у храма этого проклятого, и все завалены! И завалены недавно, смотри, порода совсем свежая.
– Что ты у меня-то спрашиваешь? Почем мне знать?
Два гнома в полном боевом доспехе, с большими круглыми щитами и топорами на длинных рукоятях за поясом в отчаянье топтались у груды камней, перекрывших проход в подземелья храма. За ними в низкой галерее каменными истуканами в строю по двое стояла сотня отборного гномского войска. В отряд вошли хирдманы, имевшие немалый боевой опыт в схватках с соседними племенами, дрохо и шайками Чернолицых. Сейчас они горели желанием вступить в бой с мерзкими отродьями Нергала, но кто-то (скорее всего, эти самые отродья) предусмотрительно наглухо завалил опасные проходы, ведущие к гномьим поселениям.
– Так что теперь делать, Тральд? Они же там все пропадут!
– Может, вернуться и пройти верхом?
– Полдня на то, чтобы выбраться на поверхность и еще полдня на то, чтобы добраться до храма! Тральд, к тому времени от людей останутся одни кости!
– А что ты предлагаешь? Разобрать завал?
– Да. Смотри, если верить старой карте туннелей, до храма осталось около двухсот шагов. Проще проложить новую галерею, чем бежать в обход по горам. И еще. Выше нас идет заброшенный коридор, он обрывается тупиком, почти стенка в стенку с туннелем, ведущим в подвал. Попробуем пробиться так!
– Ну хорошо, убедил. Попробуем.
Гномы, грохоча сапогами по камню, отступили назад, проникли в старый неоконченный коридор и начали прорубаться сквозь гранитный пласт, отделявший их от обсидианового храма.
* * *
Сразу же главными воротами начинался длинный, постепенно сужавшийся коридор. На стенах в специальных бронзовых креплениях висели короткие тяжелые факелы, уже основательно прогоревшие. Они давали неверный мерцающий свет, порождающий колышущиеся уродливые тени…
Присмотревшись, Конан понял, что даже подставки для факелов сработаны в виде жутких монстров, наподобие чудовищ на крыше.
Шаги людей гулко разносились в пустом коридоре. Где-то далеко впереди кто-то торопливо пробежал, клацая когтями по камню, хлопнула дверь, затем еще одна. Совсем рядом сонный голос спросил, что случилось. Ответа киммериец не расслышал, но по раздраженному тону понял, что спросившего как следует обругали.
Храм постепенно наполнялся звуками. Пока среди оборотней царил беспорядок, но скоро вождь и колдун приведут их в чувство и наверняка сумеют организовать облаву на проникших в их убежище чужаков. Отряду точно не сдобровать, да и гномов не слышно. Рассыпаться, что ли? Опасно…
Конан прибавил шагу, потом перешел на бег. Кованые подошвы сапог бухали в каменный пол с грохотом, способным поднять из могил мертвецов, даже тех, что пролежали в земле не один десяток лет.
Обсидиановый туннель уперся в бронзовые ворота, размером раза в два поменьше входных, и украшенные литыми фигурками чудовищ. Киммериец с разбегу остановился перед ними и с отвращением сплюнул.
Камень вокруг створок был искусно обработан, так что вход превратился в пасть неведомого монстра. Вон торчат длинные загнутые клыки, вон пятерка выпученных глаз, вон какие-то щупальца… На самих воротах, примерно на уровне глаз человека, красовались жуткие очертания выплавленных в металле рун. Вглядевшись в их причудливые изгибы, варвар неожиданно почувствовал, что у него начинает кружиться голова и торопливо отвернулся.
Воины столпились за его спиной, молча разглядывая произведение неведомого мастера. Тотлант, бежавший медленнее всех, пробрался поближе и с кривой усмешкой перевел надпись на двери:
– «Оставь надежду всякий вошедший…» Недавняя работа, похоже, новые хозяева постарались. Но какой пафос!
Конан осторожно поинтересовался:
– Слушай, а на каком это языке? Что-то я не узнаю ни одной руны…
– Немудрено, – кивнул маг. – Так писали в древнем Пифоне, проклятой столице Ахеронта. С тех пор, как ваши предки-варвары разрушили Пифон и втоптали в кровь его пурпурные знамена, эти руны используются только некоторыми знающими и могучими магами. Не обладающий должной силой и умением рискует сойти с ума, если будет долго смотреть на них. Так что лучше отвернитесь, – стигиец снова усмехнулся и переступил с ноги на ногу. Конан вопросительно взглянул на него:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
