А сама Землячка уже через несколько минут входила в кабинет товарища Сталина. Там находились другие соратники вождя: Молотов, Берия, Мехлис. Как только товарищ Землячка поздоровалась с присутствовавшими и заняла свое место за столом совещаний, как Сталин спросил ее:
– Товарищ Самойлова, вы написали мне про свои сомнения по поводу нашего решения о преобразовании Комиссии советского контроля в Наркомат Советского контроля. Это верно?
– Да. И я продолжаю настаивать на том, что излишнее укрупнение этой структуры уменьшит эффективность ее работы.
– Что вы имеете в виду? – Сталин спокойно прохаживался по кабинету, сжимая в здоровой руке трубку, но даже попытки закурить не делал.
– У комиссии был строго очерченный круг обязанностей, который четко распределялся между ее сотрудниками. Сейчас у нас появилось новые направления работы, на которых сотрудников просто нет. Так, отдел наркомата народного контроля по состоянию вооруженных сил возглавил какой-то командир, который постоянно чем-то занят и из своего кабинета не выходит. Непонятна функция приданных ему в подчинении командиров, которые и слова по своим функциям и задачам сказать не могут. Товарищ Сталин, я могу поручиться за своих сотрудников, которые знают свою работу, преданы делу партии, но где найти необходимое количество проверенных кадров, чтобы заполнить вакансии наркомата, мне сказать сложно.
– А по поводу назначения наркомом товарища Мехлиса у вас вопросы имеются?
– Нет. Товарищ Сталин, я знаю товарища Мехлиса как принципиального и честного партийца, беспощадного к выявленным недостаткам. Лучшей кандидатуры на должность наркома советского контроля сложно было бы найти.
Сталин оценил искренность слов Землячки. Она говорила правду. Хотя, по идее, она должна была бы возглавить наркомат, как глава комиссии, которая была в курсе дела. Но у Розалии была такая черта – полное отсутствие карьеризма, вместе с ответственностью в исполнении порученного ей дела. Иосиф Виссарионович понимал, что таких ценных кадров очень мало. Но как вырастить тысячи Землячек, преданных делу партии, как сохранить их в горниле грядущей войны? Правильно ведь Писатель подчеркнул, что именно такие, как Землячка, будут гибнуть в первых рядах.
– Роза, я скажу тебе, как старому партийцу, создание наркомата – это необходимость поднять статус вашей комиссии, потому что в нашей стране стали уменьшать роль контроля, а м этого допустить не можем. Было решено выделить несколько приоритетных направлений, откуда создание еще трех отделов в наркомате, и одно из них будет находится под непосредственным руководством товарища Мехлиса. Это контроль над состоянием нашей армии. Мы вкладываем очень большие силы и средства в создание боеспособной рабоче-крестьянской армии, но уровень ее возможностей выглядит недостаточным. В этой структуре создается отдел по контролю над перспективными разработками в области вооружений. Этим отделом назначен руководить комдив Виноградов, он подчиняется только непосредственно товарищу Мехлису и еще товарищу Сталину. И никому о своей работе отчитываться не имеет права. Это понятно?
Землячка кивнула в ответ.
– Роза, тебе поручается важнейшая задача – надо исправить перекосы в нашей плановой промышленной экономике. Нами разрабатываются ряд мер в том, чтобы уменьшить процент брака при увеличении эффективности и качества производства. Борьба с браком, когда ценные ресурсы и материалы расходуются почем зря – важнейшая на данный момент! Мы не настолько богатая страна, чтобы позволить себе разбазаривать те крохи, которые достаются нам с таким трудом. И еще… вы с товарищем Мехлисом склонны к крайним мерам и стремительным выводам. Прошу учесть – что ценные специалисты – это невосполнимый ресурс. Расстрелять инженера – дело одной минуты и двадцати копеек за патрон. Вырастить толкового инженера – десятки лет и тысячи потраченных рублей. Это касается и квалифицированного рабочего! Сейчас я попрошу вас с товарищем Мехлисом заняться структурой наркомата и окончательно утрясти все спорные вопросы и неясные моменты. Я жду вашего совместного доклада со списками необходимых сотрудников 5-го марта в девятнадцать-тридцать. Вопросы есть?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ни у Мехлиса, ни у Землячки вопросов не было
Глава пятнадцатая
Несколько дней из жизни попаданца
Москва. 12-е марта 1940 года.
Московское время двадцать три часа пятьдесят девять минут. Я счастлив.
В существующий раз в четыре года день я был «на ковре» у товарища Сталина. Как никогда раньше я был всего на волосок от смерти. Если мне не удастся убедить вождя в своей правоте, то крышка. И не имеет значение, как меня уберут из этого мира. Все окажется напрасным! И снова двадцать семь миллионов людей лягут в землю, жертвой, остановившей коричневую чуму. Когда ехал в Кремль, всматривался в прохожих, которые шли по тротуарам мирных мостовых, не подозревая, что на многих из них уже выписаны похоронки, а их жизненная нить обрезана слепыми жестокими Парками. И на долю некоторых из них даже похоронок не выпадет.
Неожиданно для себя я совершенно не волновался. Сталин получил мой доклад утром и уже успел его изучить. Я заметил, что первый лист доклада исчеркан красным карандашом.
Мое приветствие Хозяин пропустил мимо ушей. Он остановился напротив меня, уставился в меня пристальным взглядом и спросил:
– В чём главная причина развала СССР?
– В вырождении коммунистической элиты и отсутствии крепкого лидера, способного это вырождение остановить. – Я отвечал быстро и уверенно. Время, когда можно было скользить ужом от бериевских вопросов прошло. Слишком многое стояло на карте.
– Опять два ответа в одном, так, товарищ Виноградов?
– Это только для краткости, товарищ Сталин. Развалу СССР предшествовал целый ряд причин. Некоторые из них объективные. Некоторые субъективны и сложились в результате ошибочных решений руководителей СССР. Но, самое главное, что решив две важнейшие задачи: победив в войне и восстановив экономику СССР, мы оказались идеологическими банкротами.
– Объясните…
– Гигантские усилия привели страну в состояние относительного благополучия. Ядерный щит надежно защищает страну. Противостояние с капиталистическими странами продолжается, но на чужой территории. Но мировая революция как цель – это в прошлом. Общество справедливости строится. Пусть с перекосами, но строится. А цель? Мы вышли в космос. Первый спутник. Первый человек. Полет к Луне, Марсу, Венере, пусть только автоматических станций! По экономической мощи мы вышли почти на половину мощи США – это гигантский скачок! Но потом были поставлена цель – построить коммунизм за двадцать лет в одной единственной стране.
– И кто такую ерунду придумал, неужели… – Сталин непроизвольно поморщился…
– Так точно, Никита Сергеевич. Было ясно, что цель невыполнимая. Фикция. И вот тут произошло главное – партии перестали верить! Возникла гигантская пропасть между партией и народом. Между партийной верхушкой и простыми партийцами. Спецраспределители. Второе – Хрущёв вывел партийную верхушку из под контроля органов безопасности. Это вам ничего не напоминает, товарищ Сталин?
– Семья Романовых? На это намекаете, товарищ Виноградов?
– Не намекаю. Это так и было. Фактически все было готово для демонтажа СССР силами одного невыявленного троцкиста. Правда, за ним стояли серьезные люди. В первую очередь партийные верхушки союзных республик. Национальные элиты. А дальше больше. Наши чиновники видели, что на Западе их воспринимают как бедноту, а хотелось другого. Бесконтрольность партийной, а потом и государственной верхушки породили коррупцию, взяточничество, приписки, и в гигантских масштабах, но… кому нужны комнаты, наполненные бесценными полотнами и слитками золота, если их нельзя показать всем, легализовать, когда нельзя построить дачу в два этажа и эта дача принадлежит не ему, а государству, а можно позволить себе дворец построить, под стать Зимнему? Рыба гниет с головы. Комитет госбезопасности стал органом политического сыска, чем-то вроде царской охранки. Наша партийная верхушка отказалась от противостояния с Западом, от нарастающего развития научно-технического прогресса, а главными идеями стали: мирное сосуществование и повышение благосостояния населения. Скажите, товарищ Сталин, могут люди идти на смерть ради сорока шести сортов колбасы?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
