Второй день дома торчать точно не собираюсь.
Иначе не сдержусь и сорвусь к Мили, поэтому мне любыми способами необходимо отвлечь себя от мыслей о ней. А что способно сделать это лучше, чем толпа народа, громкая музыка, море алкоголя, друзья и девушки? Мне кажется, лучшего способа, чтобы отвлечься, не найти.
Но увы, я жестоко ошибся.
Я думаю о своей девочке все полтора часа, пока мы с Остином едем до виллы Логана. Думаю, когда встречаюсь с друзьями. Когда две размалёванные пигалицы усаживаются по обе стороны от меня, начинают тереться и трещать о чём-то, на что мне срать хотелось. Когда Никс звонит на телефон Остина, который я у него забрал, лишь бы заставить друга остаться на вечеринке и расслабиться, как следует. Когда засранка сообщает, что всё-таки согласилась на предложение Харта и с завтрашнего дня начинает работать на него (я ж говорил, что он дожмёт её в итоге). Когда уговариваю Никс тоже приехать потусить, так сказать, пока есть такая возможность. Когда наконец начинается вечеринка и куча людей заполоняет огромный дом Логана. Когда делаю вид, что мне пи*дец как весело. Когда смеюсь, заливаю в себя до хера разного алкоголя и скуриваю десятки сигарет.
Но всё тщетно. Ничто не помогает мне перестать думать о Мили. О том, чем она занимается? Как себя чувствует? Насколько сильно ненавидит меня? Что сделает, если я всё-таки приеду к ней? Накричит? Изобьёт? Устроит истерику? Расплачется? Что, бля*ь? Что?!
– Сука! – раздражённо вскакиваю с дивана, слыша разочарованный голос какой-то девки.
Что она мне там лепечет — по хуй. Плевать мне на её болтовню. На смазливую мордашку и аппетитную фигуру, обтянутую коротким платьем — тоже. Она ни черта не помогает мне притупить желание послать всю эту движуху на хуй и рвануть обратно в Рокфорд. К Мили.
Вливаю в себя ещё один коктейль из хрен пойми чего и проталкиваюсь вглубь танцующей толпы. Туда, где жарче, громче, теснее. Туда, где мощные басы музыки должны не только затмить все ненужные мысли, но и к чертям весь мозг из черепа выбить. Но, бля*ь, и в этом дрыгающемся месиве людей я не нахожу спасения. Зато нахожу Остина.
– Остин! А вот и ты! Я уже подумал, что ты домой свинтил, – небрежно перекинув руку через его шею, перекрикиваю музыку я. – Но, раз ты здесь, давай выпей со мной, дружище.
– Сегодня я не пью.
– Да ладно тебе! Когда ещё в следующий раз мы с тобой встретимся? – сую ему стакан в рот, но он ловко отмахивается
– Я за рулём, Марк. И завтра меня ожидает долгий путь, так что побухай с кем-нибудь другим, – он резко сбрасывает мою руку со своих плеч.
– Ты чего такой напряжённый? – встаю перед ним и лишь тогда замечаю, что он в гневе.
Хочу спросить, что за муха его укусила, но Остин жестом головы указывает куда-то за мою спину. Я оборачиваюсь и с трудом фокусирую уже конкретно пьяный взгляд на офигеть какой сексуальной красотке, танцующей на барной стойке.
Ты ж моя хорошая… Приехала всё-таки. Да ещё и нацепила на себя купленное мной секси-платице, которое не нуждается в бюстгальтере и едва прикрывает задницу.
Ох, Никс, какая ж молодец!
– Опа-а-а! – изумлённо протягиваю я. – Вот это бомба! Гляди-ка что вытворяет!
А вытворяет Никс настоящее эротическое шоу. Так соблазнительно извивается в танце, что все мужики в зале не могут оторвать от неё взгляд.
– А чем я, по-твоему, занимаюсь уже больше часа? – рявкает Остин.
И я понимаю его бешенство. Если бы моя сестричка, пусть даже не родная, так выплясывала на глазах у сотни мужиков, я тоже психовал бы. А если бы такое вытворяла Мили, я бы уже давно выбил всем уродам глаза, а затем стянул бы её с этого чёртова стола и отхлестал бы так, что она месяц на жопе сидеть не смогла бы.
Что, по ходу, и намеревается сделать Остин уже в следующий миг, но я останавливаю его.
– Расслабься, Рид, – кладу руку на его плечо и давлю, желая пригвоздить друга к месту. – Дай девчонке покайфовать. Сколько можно её пасти? Ничего с ней не случится.
– Не случится? Да её точно вые*ет кто-то, если следить не буду. Она же прямо-таки нарывается на это.
– Ну так пусть вые*ут. Чего плохого? Это же вечеринка!
То, каким взглядом Остин начинает прожигать моё лицо, вынуждает мои брови взлететь от удивления.
Да не может быть?! Он, должно быть, прикалывается.
Вот ТАК из-за сестры не смотрят. Даже будучи бухим, я это чётко понимаю. И уж точно так остро не реагируют, когда к просто сестре подходит другой мужчина и, обвив её талию руками, спускает со стола на пол.
Секунда — и Остин отодвигает меня в сторону, норовя рвануть освобождать Никс от рук Логана, но я снова преграждаю ему путь.
– Тихо-тихо, Рид, приспусти коней. Куда намылился?
– Отвали, Марк!
– Не отвалю! – отбрасываю пустой стакан в сторону и сцепляю обе руки на его майке. – Ты что, не знаешь, кто такой Логан?
– Мне по хрен, что я нахожусь в его доме, если ты об этом. Я всё равно должен оттащить этого мудака от неё, пока он сам не затащил её куда-нибудь!
– Во идиот! Единственный, кого будут вытаскивать отсюда, так это тебя! И боюсь, что мёртвого.
– С чего вдруг?
– С того! Ты, конечно, драться умеешь, но Логан — профессиональный боксёр. Он тебя одним ударом без труда уложит, а в твоём случае это может кончиться печально, – напоминаю ему о мрачных прогнозах врача, который год назад занимался его лечением после нешуточного боя в квартале. Но тут же понимаю, что Остину начихать на своё здоровье. Сейчас его мозг состоит из двух составляющих: безрассудной ревности и жажды убивать, а в случае с Логаном эта смесь кончится для Рида трагедией.
– Я сам пойду спасу твою сестрёнку, Остин.
– Ты своё-то лицо видел? У тебя ещё предыдущие синяки не зажили.
– А кто сказал, что я буду драться? Это по твоему настрою сразу понятно, что на миролюбивое общение ты не способен, но я с ним поговорю спокойно, и он отстанет от Никс. Логан — чёткий парень, я с ним с детства знаком. Зря ты так взъелся на него. Девчонок он обычно
