Но самые тяжелые испытания выпали на долю А. Гуревича. Его освободили 17 сентября 1955 г. после Указа Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии». При освобождении ему «посоветовали» никогда никому не рассказывать о том, что с ним произошло. Он вернулся в Ленинград к тяжело больной матери и узнал, что его отец умер, не дождавшись возвращения сына. Друзья помогли амнистированному «врагу народа» устроиться на работу в научно-исследовательский институт бумажной промышленности. Жизнь постепенно налаживалась. Не зная, что произошло с его женой М. Барча и сыном Мишелем, он познакомился с другой женщиной, Лидией Васильевной, согласившейся стать его женой. В 1958 г. после процессов над Берией, Абакумовым и Меркуловым он вновь написал прошение о пересмотре своего дела. Ответ не заставил себя ждать. 10 сентября 1958 г. его снова арестовали, заявив, что амнистия 1955 г. была применена к нему неправильно.
Во второй раз на свободу А. Гуревич вышел только 20 июня 1960 г., без снятия судимости и с поражением в гражданских правах. С большим трудом через суд он добился права жить в Ленинграде. И все это время он был лишен возможности оправдаться, снять с себя клеймо предателя. Но все же правда восторжествовала. 20 июня 1991 г. А. Гуревича пригласили в Москву в Главную военную прокуратуру, где ему объявили, что постановлением Особого совещания при МГБ СССР от 15 января 1947 г. его необоснованно привлекли к уголовной ответственности. Поэтому на основании проделанной следователями военной прокуратуры работы и в соответствии с Указом Президента СССР «О восстановлении прав всех жертв политических репрессий 20—50-х гг.» от 13 августа 1990 г. Гуревич А.М. считается полностью реабилитированным.
А в августе 1991 г. к нему в Ленинград прилетел испанский журналист Мишель Барча, его жена Катрин и сын Александр. Радость встречи с сыном и внуком омрачала только преждевременная кончина Маргариты Барча, умершей в 1985 г. от рака.
На этом, как кажется, можно поставить точку в рассказе о деятельности нелегальных резидентур советской военной разведки в Западной Европе в годы Второй мировой войны.
Хотелось бы в заключение сказать о сотрудничестве советской военной разведки с разведками других стран антигитлеровской коалиции. До сих пор об этом практически ничего не сообщалось. Только в последнее время стало известно о пребывании в Англии в 1941 г. советской военной миссии согласно постановлению ГКО (5 июля 1941 г.) во главе с генерал-лейтенантом Ф.И. Голиковым. Его заместителем по военно-морским вопросам был контр-адмирал Н.М. Харламов, по вопросам ВВС – начальник отдела РУ ГШ полковник Г.П. Пугачев, членами миссии были назначены военный атташе в Лондоне полковник И.А. Скляров, зам. начальника 5-го отдела РУ ГШ полковник В.М. Драгун, пом. военного атташе майор Б.Ф. Швецов, сотрудники Разведупра майор А.Ф. Сизов и военный инженер 2-го ранга П.И. Баранов, назначенный секретарем миссии (в апреле 1942 г. Пугачев, Швецов и Баранов погибли в авиакатастрофе над территорией Англии) [50] . Во время войны резидентура ГРУ в Англии продолжала действовать. Более подробно об этом будет рассказано в главе «Атомный шпионаж». Здесь хотелось бы отметить дело члена руководящей «тройки» компартии Великобритании Д.Ф. Спрингхолла и офицера Управления специальных операций О.Л. Юрена, приговоренных в 1943 г. к 7 годам заключения за передачу информации об авиавооружениях и центральном аппарате УСО советской военной разведке [51] .
В 1945 г. Великая Отечественная война закончилась победой советского народа над немецко-фашистскими войсками. Вклад военной разведки в победу был огромен. Это отмечали в своих воспоминаниях такие видные советские военачальники, как Г.К. Жуков, А.М. Василевский, К.К. Рокоссовский, И.С. Конев, И.Х. Баграмян, С.М. Штеменко, Н.И. Крылов и многие другие. В ходе войны выработалась эффективная система организации разведки и ее применения, сложились боевые традиции, сформировались высококвалифицированные кадры, накопился богатейший опыт проведения разведывательных операций. Все это было использовано в последующие годы, когда мир разделил «железный занавес» и ведущие мировые державы были втянуты в так называемую «холодную войну».
Раздел V Советские военные разведчики – участники Великой Отечественной войны
Аболыньш Эрнест Давыдович
(пс.: Стрела)
1911 – хутор Аболыни, ныне Вентспилского р-на Латвии – 1970, Рига, Латвия.
Латыш. Из крестьян. Старшина 2-й статьи. В ВМФ с 28.07.1941. Член компартии.
Рядовой Латвийской армии (1933–1934).
В РО штаба КБФ с июля 1941. До сентября 1943 проходил специальную подготовку. За время подготовки неоднократно участвовал в прифронтовых разведывательных операциях. В тылу противника (сентябрь 1943 – май 1945). Из архивных документов КБФ:
«06.9.1943 Аболыньш самолетом переброшен в район Виндавы с задачей организации разведывательной резидентуры по освещению латвийских ВМБ, береговой обороны и других военных объектов. Умело используя опыт подпольной работы в условиях буржуазной Латвии, полученную агентурную подготовку и боевой опыт Отечественной войны, Аболыньш сумел после переброски организовать добычу ценных военно-морских сведений… Им передано 484 зашифрованные радиограммы…»
«Общая численность партизанских отрядов и групп, на которые опирался в своей разведывательной работе Эрнст Аболыньш, составляла более 170 человек… Его ценные, оперативно сообщаемые командованию сведения позволяли штабу флота постоянно быть в курсе деятельности и намерений гитлеровцев в районах центральной части Балтийского моря… и широко использовались при проведении боевых действий флота…»
За успехи в разведывательной деятельности награжден двумя орденами Красного Знамени (1944, 1946), медалями.
После Великой Отечественной войны Аболыньш демобилизован. Секретарь ЦК ЛКСМ Латвии.
Абрамсон Исаак
(пс.: Саша).
Родился в Кенигсберге.
После вхождения Литвы в состав СССР принял советское гражданство. Юрист и экономист, служил в МОТ в Женеве. Был женат на Евгении Ауэрбах (она же Грета Гольдшмитт). Двоюродный брат Эрмины Рабинович и д-ра Роберта Кемпнера.
В 1937, по настоянию советского руководства, занял должность в русском информационном отделе МОТ. Автор псевдонаучных брошюр пропагандистского характера. Наряду с Владимиром Соколиным был кандидатом на должность в советской миссии в Берне, получил отказ и остался работать в МОТ.
В июне 1941 решил уехать в Советский Союз, но после нападения Германии на СССР остался в Швейцарии.
В октябре 1941 Картер, сотрудник Института отношений между странами Тихоокеанского региона, попытался достать ему экстренную визу в Америку. В декабре 1942 Эрмина Рабинович писала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
