красотою магокода, чем радел о славе. Появление талантливых Алессана и Леи сначала оказало на него удручающее воздействие, однако, вскоре он обнаружил уважение и с их стороны (пусть даже местами тайное). Открытие было удивительным, и древесник не успел еще как следует его осмыслить, когда на него снизошло внимание Диего Бернардовича.
Под взором последнего и проснулась в крови юноши инфекция, по меньшей мере переносчиком которой являлся каждый аристократ Ладии – долг приумножить гордость рода.
То, как прозвучало последнее “господин Карнелис” из уст главы Земского Приказа Ладии наследнику определенно, определенно понравилось.
Конечно, господин Карнелис не заставил себя уговаривать, и спокойно уточнил круг своих задач.
Круг был очень скромен в диаметре: разрядить сотню-другую опасных цветов, корзинами собранных под щиты в соседнем помещении. Ах да, если господин Карнелис окажется способен вскрыть защиту самого дерева и разглядеть в его коде иные опасности, или даже уловить нечто, содействующее поимке магов-создателей – империя будет весьма признательна.
У Себастьяна загорелся глаз и зачесались руки – задачка такого рода уже сама по себе заманчивый вызов, империя могла на этот счет не волноваться.
Однако, до поры пришлось уняться: прежде его накормили какой-то стылой служебной кашей и отвели к цветам, на отключение которых он истратил многие часы. После полудня, жалея об утере утренней остроты мысли, он выбрался во внутренний двор, куда минувшей ночью маги левитировали древо.
Любимца Алонсо было не узнать – выглядело растение отвратительно. Все еще цветущее, оно утратило и подобие жизни. Раздавшиеся корни топорщились из щелей кадки, листья застыли без движения. Цветы не вяли, но гляделись жесткими крахмальными обрезками – нести их домой не возникло и тени желания.
– Оно может еще таить сюрпризы, Себастьян Базилевич, – напомнил Диего, стоя под маленьким карнизом внутреннего входа. – Надеемся, вы поможете их выявить и ликвидировать.
Рядом с главой – но не слишком прижимаясь – попытались уместиться еще четыре наименее занятых приказничих. Весть о гении-древеснике расползлась по Приказу и диктовала держать коллег оповещенными.
– Вы отказались от идеи его уничтожить? – Не показывая волнения, юноша спустился по трем кривым ступеням и направился к источнику проблем.
– Даже не будь оно важной нитью, мы не смогли бы его разрушить, – со спокойной откровенностью сообщил магистр. – Посмотрите на его защиту.
Дерево было укрыто магическим щитом, рядом прохаживался караульный маг – странный артефакт не оставляли без присмотра и минуты.
Под кроной любезно устроили табурет для эксперта и, памятуя жару, даже заботливо оставили кувшин с водою. Не дойдя до них два шага, Себастьян оглянулся вопросительно.
Диего кивнул, разрешая проход через купол, но юноша замер на месте, кляня свою беспомощность. Приказничие не вдруг сообразили, что древесник, похоже, не умеет проходить охранные щиты. Караульный маг не произнес ни слова, чарами отодвигая входной полог, но лик его был очень красноречив и непочтителен. Диего одернул его так же безмолвно.
Оказашись у ствола, Себастьян поддался порыву тронуть его ладонью, хотя восприятию кода это никак не содействовало. Ощутив кору вполне обычную, он перенастроил слух и собрался.
Спустя час он знал о дереве многое.
Во-первых, оно было тщательнейшим образом ограждено от всех мыслимых напастей. Его было бесполезно рубить, жечь, охаживать молниями или иным образом силиться причинить ему вред. Только кошачьи зубы, похоже, оказались не учтены в алгоритме древесной защиты, что позволило бы аптекарскому наставнику быстро с ним разделаться, но судьба повернулась иначе. Теперь кора окрепла, и на зубы надежды не было.
Во-вторых, все это он выяснил скупыми переговорами с дежурным магом, меланхолично поведавшим о попытках приказничих снять кору.
Потому что из кода не было понятно ровным счетом ничего.
Код юноша слышал, возможно, более ясно, чем иные маги, но крохотные перемешанные блоки не несли никакого смысла. Проломить их бронь Себастьян оказался тем более не в силах.
Диего Бернардович узнавал об отсутствии подвижек от подчиненных, выходивших сегодня "подышать" даже чаще обычной привычки и с усердием доносивших обстановку занятому руководству. Соратники из других Приказов тоже как-то особенно тяжело переносили пребывание в четырех стенах и всеми силами стремились потоптаться на крыльце, во все глаза изучая, каков на деле пришлый консультант.
Если бы зубы Себастьяна могли прогрызть кору, он бы уже давно пустил их в дело.
После трех часов его мучений один из земских, довольный поручением, вернулся от Диего с бумагой и чернилами.
– Код хорошо слышите, господин Карнелис? – Спросил он, подойдя к табурету хмурого древесника.
Обращение звучало уже совсем не так почтительно.
– Слышу, но еще не разобрал, – в который раз обозначил юноша.
Порученец махнул рукой и протянул стопку дешевых листов.
– Велено списывать. Разбирать будем после.
Себастьян ощутил боль и самое крохотное облегчение. С одной стороны, фактически его вынуждают признать сегодня поражение. С другой – похоже, код он различает в самом деле гораздо тоньше всех здесь трудящихся, а значит, некоторый толк от него имеется.
Найдя в себе силы любезно поблагодарить, он согнулся на своем табурете с бумагой и принялся срисовывать блочную мешанину. Постигавший науку по книгам, записывать код принятыми символами он умел образцово, но удовольствие это было сомнительное.
Ближе к закату Диего появился во дворе и собственной персоной. Подойдя (минуя щит, он даже не замедлился), взглянул через плечо усердного эксперта. Тот измарал уже десятки листов, аккуратно сложенных на кочку. Пустой кувшин валялся рядом – в жаркий день и от волнения воды все время казалось мало.
– Код зашифрован, – резюмировал магистр, поднимая писанину. – Примерно так я и представлял.
Себастьян сначала поднял голову, затем счел нужным вежливо подняться, отвечая главе Приказа.
– Зашифрован? – Уточнил он, не вполне понимая мысль, и с трудом подавил желание хрустнуть затекшей спиной.
Все еще перебирая листы, Диего снизошел до пояснения.
– Сначала были собраны блоки защиты, после чего проведена процедура, искажающая их слышимый облик.
Что-то такое Себастьян встречал в томах гильдейской библиотеки, но технология была относительно новой: осознать или опробовать ее древесник не успел, да и не имел такой надобности.
– Я разберусь, – веско пообещал Себастьян, цепляясь за шанс показать свои возможности.
– Не волнуйтесь, господин Карнелис, – отозвался глава, – в Приказе есть опытные криптографы.
– Как вам угодно, – сказал юноша, проглатывая успокоительное замечание словно пощечину. – Я закончу записи в течение часа.
Диего полистал рукопись древесника до конца и поднял глаза от бумаг.
– Признателен за вашу помощь, – ровно подытожил он. – По завершении передайте оставшееся мне в кабинет и будьте свободны.
Самое стыдное заключалось в том, что после работы Себастьяну даже заплатили.
Покуда он готов был провалиться под землю от позора, какой-то
