Он уже давным-давно понял, почему не прилетела Хедвиг, и теперь сидел весь как на иголках, поминутно бросая взгляды на дверь. Однако та распахнулась именно в тот момент, когда Малфой решил по-быстрому съесть суп, чтобы ему уже ничего не мешало высматривать своё гриффиндорское чудо. Лишь заметив, что Кати неожиданно замолчала, он вдруг понял, что все уже несколько секунд смотрят куда-то мимо него. Уже зная, что, а точнее, кого он там увидит, Драко, с колотящимся уже который раз за сегодняшний день сердцем, медленно обернулся…
* * *
«Всё, можем отправляться. Когда будешь готов - просто возьми меня в руки».
Сунув уменьшенные вещи в карман и загнав Меркуцио в его клетку, Гарри поспешно схватился одной рукой за тележку с клетками и террариумом, а другой - за Инструкцию. Рывка аппарации он практически не почувствовал, так как запоздало ставил ментальный блок - ему хотелось сделать Драко сюрприз.
Поттер очутился на лесной поляне и, следуя указаниям Арчи, быстро нашёл ворота Лагеря.
«Видишь домики слева? Тебе в первый коттедж во втором ряду».
Дверь распахнулась сразу же, как Гарри прикоснулся к ней.
- Драко! - выкрикнул он, входя в помещение, но сразу понял, что Партнёра здесь нет.
«Оставь вещи в гостиной и иди в большое белое здание, пойдёшь по правому коридору и попадёшь в Обеденный Зал. Драко там».
Гриффиндорец не стал утруждать себя поисками гостиной, а просто распахнул все клетки, кроме террариума, и выскочил на улицу, громко хлопнув дверью. Перед входом в Главный Корпус он заставил себя отдышаться и неторопливо войти в здание. Быстро пройдя длинный коридор, Гарри с внезапной робостью осторожно открыл дверь и на негнущихся ногах шагнул внутрь.
Все сидящие за столом немедленно уставились на него, кроме одного-единственного человека, с каким-то болезненным энтузиазмом поглащающего свой суп. У этого человека были тонкие изящные пальцы, широкие, но худые плечи и неестественного, невозможно-светлого оттенка волосы. Наконец человек почувствовал неладное и медленно обернулся. Сердце провалилось куда-то в штаны, когда взгляд пронзительных серебристых глаз наконец встретился с его собственным.
- Гарри! - беззвучный шёпот не был услышан никем, но последовавший за ним вопль исправил это обстоятельство. - ГАРРИ!
Малфой буквально выпрыгнул из-за стола и бросился к оцепеневшему гриффиндорцу, останавливаясь буквально в двух шагах от него.
- Драко… - выдохнул Поттер, прежде чем преодолеть это незначительное расстояние и сгрести любимого слизеринца в охапку.
- ДракоДракоДракоДрако… - как заклинание повторял он, стискивая его всё крепче, а затем вдруг отчаянно потянулся к что-то шепчущим в ответ губам.
Если бы Гарри открыл сейчас глаза, он бы увидел ошарашенное лицо светловолосого мужчины, весёлую задорную ухмылку совсем ещё маленького мальчика, изумлённо распахнутые глаза девочки-подростка, нахмуренные брови хорошо ему известного игрока в квиддич и совершенно непередаваемое выражение лица красивой белокурой девушки. Казалось, что она увидела, как Драко целует как минимум мантикрабу, - такое неверие, ощущение нереальности происходящего и почти испуг исказили её черты. Но Гарри исступлённо целовал своего Партнёра, каждой клеточкой наслаждаясь тем, как тот, забыв про всё и всех на свете, с упоением ему отвечает. И лишь отвернувшийся от них Виктор Крам видел, как на лице Флёр всего на долю секунды проскользнуло совершенно иное выражение. В груди что-то сжалось, так как он сразу понял, что за эмоция вытеснила все другие из сердца его Партнёрши. Сомнений быть не могло. Это была ревность…
Глава 42. Подставы
В какой-то момент Драко почувствовал, что Поттер стал теснить его куда-то назад. Мощным усилием воли он заставил себя оторваться от губ ровно на тот промежуток времени, который понадобился, чтобы спросить хриплым шёпотом:
- Что ты делаешь?
- Стол… - многозначительно выдохнул Гарри, недвусмысленно толкая Малфоя бёдрами.
- Ммммм… - удовлетворённо промычал слизеринец и покорно сделал ещё один шаг назад, однако тут в затуманенном мозгу возникла некая незначительная мыслишка, которая, безусловно, не имела особого значения по сравнению с тем фактом, что Гарри наконец-то рядом и снова его целует, но всё же требовала некоторого осмысления. - Там люди… - сообщил он равнодушно.
Сначала Драко показалось, что Поттер его просто не услышал, и уже был готов радостно отдаться ему прямо на обеденном столе, когда гриффиндорец, тяжело дыша, отпрянул от блондина. Он обвёл мутным взглядом потрясённо молчащих свидетелей сего страстного воссоединения, насчитав пять пар любопытных глаз, и прорычал, совершенно забыв, что обычно глаза укомплектованы ещё и подходящей парой не менее любопытных ушей:
- Тогда пошли отсюда, а то я тебя прямо тут трахну!
- Чёрт! - Малфой схватил Гарри за руку и потащил вон из зала.
Молчание, воцарившееся после их ухода, было красноречивее любых слов. Наконец Маккман нарушил звенящую тишину:
- Думаю, этот эпизод был явно не предназначен для наших глаз, так что стоит как можно быстрее забыть о нём.
Дерек громко фыркнул, фактически выражая единодушное общественное мнение: забыть такое невозможно. Впрочем, Эдгар и сам это прекрасно понимал, особенно учитывая его собственную реакцию на поведение парней. Загадочного «Гарри» он рассмотреть толком не успел, его всю дорогу загораживала белобрысая голова Малфоя, но звучный, полный страсти рык послал волну дрожи по позвоночнику. Кроме того, его просто поразили несколько открытий, касающихся Драко. Во-первых, он, оказывается, умел быть страстным и порывистым. Во-вторых, блондинчик-то гей! И самым интересным во всей этой ситуации было то, что Малфой совершенно очевидно был снизу. Почему-то Маккману никогда бы не пришло в голову, что найдётся человек, которому подчинится гордый слизеринец. Воображение живо подкинуло ему интереснейшую картинку, наглядно иллюстрирующую то, чем почти наверняка уже занимались эти двое, причём тонкая фигура его ученика, лежащего на диване, широко разведя ноги, вышла на удивление отчётливо. Решительно отогнав от себя ненужные мысли, мужчина встал, сухо попрощался и покинул Обеденный зал.
* * *
Гарри с Драко ушли недалеко: едва выйдя из Главного Корпуса, Поттер буквально швырнул Малфоя об стену и вжался в него всем телом, вновь атакуя горячие распухшие губы. Драко застонал так громко, что ему даже на секунду стало неловко, но тут нетерпеливый язык гриффиндорца скользнул ему в рот, и он застонал ещё громче, уже совершенно не обращая на это внимания. Слизеринец и не думал, что способен ТАК соскучиться! Так что было совершенно всё равно, видит ли их кто-нибудь, слышит или даже снимает на камеру… К их счастью, никто не собирался делать ничего из перечисленного, но Гарри всё же нашёл в себе какие-то жалкие крупицы здравого смысла, которых хватило на то, чтобы сделать шаг назад, нагнуться, подхватить Малфоя под колени и перекинуть через плечо. Драко только взвизгнул, чувствуя себя польщённым и смущённым одновременно. Сопротивляться он не стал, лишь пробормотал что-то вроде «Я не кисейная барышня, и потомственных аристократов не носят жопой кверху», абсолютно точно зная, что Поттер проигнорирует его слова. Гриффиндорец же чувствовал себя неандертальцем, учуявшим самку: все остатки нерешительности и стеснительности, присущие неопытности, испарились за те три недели, что он писал Драко письма с огромными эпилогами, полными подробных описаний своих непристойных фантазий, и теперь, когда наконец-то можно было осуществить хотя бы парочку из них, мозг решительно отказывался думать о чём-либо другом.
