Читаем без скачивания Небесный король: Эфирный оборотень - А. Живой

Егор осмотрел место наметанным глазом и сказал:

— Нет, не докинем. Вот если бы спуститься вон туда, влево, метров на пятнадцать ниже. Это будет идеальный плацдарм.

Антон посмотрел по направлению вытянутой руки и разглядел небольшой скальный выступ, расширявшийся настолько, что четверо человек могли там спокойно уместиться. Выступ был огражден с трех сторон большими камнями и находился чуть ниже того места, где они прятались сейчас. В обычном положении им хватило бы десяти секунд, чтобы перемахнуть через это расстояние, но добраться до него не привлекая внимания нацистов будет невозможно. Их успеют заметить и, если не застрелят сразу, окружат и добьют чуть позже. Выходов оттуда абсолютно не было, хотя убежище и позволит отстреливаться достаточно долго. Антон лихорадочно соображал что делать, но вдруг далеко внизу раздался взрыв. Немцы как по команде повернули головы на звук. Антон злым шепотом крикнул:

— Все за мной.

И заскользил вдоль отвесной стены по узкой полочке. Егор, Емеля и Катя бросились за ним, прижимаясь к скале. Подними сейчас хоть один из нацистов голову вверх и оберни назад, он заметил бы четыре беспомощные фигуры, быстро двигавшиеся по открытой скале. Одной автоматной очереди было достаточно, чтобы свалить всех. Но им повезло. Антон первым запрыгнул на площадку и спрятался за камни. Следом вскочил Егор, потом Катя. Емеля споткнулся и упал, зацепившись ногой за небольшой камень, попавшийся на пути. Он вполз за укрытие и затащил свой рюкзак, но задетый камень сорвался вниз. Камень падал, отскакивая от каждого излома скалы, и наконец достиг площадки, где прятались немцы, звонко ударившись. Это не ускользнуло от обостренного слуха немцев. Трое автоматчиков разом обернулись на звук и, увидев заползавшего в укрытие Емелю, открыли беглый огонь. Кругом запели пули.

— Давай твою игрушку, — заорал Антон Егору, — больше ждать нечего.

Егор вытащил из рюкзака четыре связанных вместе толовых шашки, в самую середину которых было вживлено загадочное устройство, походившее на допотопный радиоприемник (хотя допотопным он был только для Антона), и подготовил его, нажав едва видимую кнопку. Потом достал из рюкзака нечто похожее на портативную рацию с короткой антенной.

— Кидай прямо на головы. — приказал Антон, — Сразу над ними висит снежный козырек. От сотрясения он обязательно упадет и засыплет всех. Давай!

Егор чуть-чуть привстал и, подождав пока огонь немного ослабнет, метнул бомбу на голову немцам. Пальба разом прекратилась, видимо, нацисты приняли ее за обычную гранату и вжались в камни, ожидая скорого взрыва. Не теряя ни секунды, Егор еще больше высунулся из укрытия, вытянул вперед руку и нажал на кнопку дистанционного взрывателя. Скалу потряс мощный взрыв. У сидевших в укрытии бойцов гора заходила ходуном под ногами от сотрясения. В разные стороны, словно пущенные из пращи, разлетелись сотни мелких камней, забарабанив по окрестным скалам. Внизу родился какой-то гул, который все усиливался по мере удаления. Антон не утерпел и высунулся, когда над головой перестали летать камни, а скала успокоилась. Его глазам предстала абсолютно белая площадка. Там, где только что лежали немцы в маскхалатах, теперь был насыпан пятиметровый слой снега — могила для доброй половины отряда «Эдельвейс».

— Получи, фашист, гранату! — радостно заорал Антон, и готов был заплясать на месте, если бы не вспомнил о том, что он командир.

Однако фашисты на другой стороне перевала были еще живы и тут же напомнили о себе. Над головой Антона взвизгнула снайперская пуля, расплющившись о скалу. Гризов спрятался обратно в укрытие и приказал остальным:

— Спускаемся по одному и быстро. Снайперы держат нас на мушке, но если проскакивать по одному, можем выпутаться. Я иду первый. Остальные следом и не задерживайтесь долго.

Антон закинул за плечи рюкзак и, выскочив из укрытия, рванул что было сил обратно к спасительной вершине. Пуля взвизгнула, прошив рюкзак насквозь, но не причинив вреда самому Антону. Последние несколько метров он преодолел за два гигантских прыжка и рухнул на камни, когда был уже вне опасности. Спустя несколько секунд рядом упала Катя. Антон даже оторопел от неожиданности.

— Я же сказал по одному. А ты что, сразу за мной бросилась?

Катя молчала, натужно дыша. Потом сказала.

— Я так испугалась, что тебя вдруг убьют.

Антон перевел дух и чуть не рассмеялся. Ситуация вдруг показалась ему комичной.

— Интересно, ну и как же ты меня спасла бы?

Катя виновато улыбнулась.

— Не знаю.

Она была сейчас такой близкой и желанной, что Антон не удержался. Он вдруг притянул ее к себе и крепко поцеловал в губы. Катя не отстранялась, а ответила на поцелуй. Где-то далеко, как им показалось, застучала автоматная очередь. Засвистели пули. Но они целовались и на все было наплевать. Еще как минимум полчаса немцам сюда точно не добраться. Рядом упало что-то тяжелое и выругалось матом. Это был Егор.

— Они тут целуются, ё-моё. Бежать надо, а не целоваться.

Антон и Катя с сожалением оторвались друг от друга, и посмотрели на Егора с укоризной, словно он сорвал им разговор о помолвке. Егор, еще не пришедший в себя после бега под пулями, отвернулся и сказал в сторону:

— А мне-то что. Целуйтесь себе. Я свое дело сделал.

Но миг счастья миновал очень быстро. Пора было действительно уносить отсюда ноги, пока вторая половина диверсантов из «Эдельвейса» не вернулась рассчитаться за своих. Троица отползла от прохода в скалах, освобождая место Емеле, который вот-вот должен был показаться в проеме. Он и показался. Выскочил, волоча рюкзак в левой руке, и побежал к поджидавшим его бойцам. На самой середине он вдруг зачем-то остановился и ударил себя рукой по нагрудному карману, а когда убрал с него руку стало видно крошечное красное пятнышко на уровне сердца. Емеля выронил в пропасть рюкзак и посмотрел на застывших в двадцати метрах Антона, Егора и Катю как-то удивленно, словно не верил в то, что с ним произошло. Затем качнулся и сорвался вниз. Удара от падения не было слышно — Емеля упал в пятиметровый слой рыхлого снега. Первым в себя пришел Антон, ему нельзя было раскисать ни при каких обстоятельствах.

— Пора, — сказал он, поднимаясь во весь рост. С этой стороны скалы надежно хранили их от пуль немцев. Антон осмотрел спуск с вершины и указал на наиболее пологий склон, спускавшийся в противоположную сторону от перевала. Склон выходил в долину, где стояла Ингури-ГЭС. Антон первым стал спускаться по нему, Катя следом, а замыкающим был Егор. К счастью с этой стороны Свага была менее крутой, чем с права. Лавируя между скальных выступов и страхуя друг друга на спуске, они благополучно спустились с вершины на небольшое плато. Отдохнув несколько минут, троица двинулась дальше. Через двести метров им пришлось вешать веревку для спуска, поскольку в этом месте склон резко обрывался вниз. Первой спустили Катю, обвязав веревкой. Когда ее ноги коснулись камней внизу, она отвязалась и помахала рукой. Следом спустился Антон, вбив для более надежной страховки пару крюков с проушинами в скалу. Егор забил еще один крюк на самом верху, перед спуском пропустил через него веревку, и съехал вниз быстрее всех, отталкиваясь от скалы ногами.

— Классный дюльфер! — похвалил Антон его способ спуска, когда Егор достиг остальных.

— Чего? — не понял тот.

— Да так, ничего, — осекся Антон, — спускался хорошо, говорю. Профессионально.

— А! — только и ответил Егор, сдергивая веревку сверху. Когда она, выскользнув из проушин, соскользнула вниз, Егор смотал ее в бухту и прикрепил сбоку рюкзака. А вот крюками пришлось пожертвовать.

Когда они спустились до самой долины, уже начинались сумерки, которые очень скоро должны были перетечь в темную ночь. Холодало. Поэтому приходилось постоянно двигаться, даже на привале. Немцев не было видно, видимо лавина все-таки здорово нарушила их планы, перекрыв дорогу в долину. Но на полный отрыв от остатков «Эдельвейса» Антон и не рассчитывал. Это были слишком опытные и битые волки, чтобы отказаться от своего задания. Поэтому война продолжалась. Они сидели на берегу реки Ингури, по имени которой и назвали электростанцию бедные на фантазию коммунисты, и прикидывали дальнейший план действий. Антон хоть и был за старшего, все же советовался с остальными. После поцелуя под обстрелом между ним и Катей как бы сломались последние барьеры. А Егор был нормальным парнем, без особых задвигов.

— Предлагаю отдохнуть еще минут пять и двигаться вниз к электростанции. Судя по карте, если она не врет, нам идти всего несколько часов. — предложил Антон.

— Ночь наступает. — высказал опасение Егор, — Может переждем здесь до рассвета?

— Нет, — решительно сказал Антон, — Мы рискуем не проснуться. Я более чем уверен, что нацисты уже почти спустились с перевала и пойдут ночью. У них времени тоже в обрез. Завтра должно закончиться выполнение заказа на заводе. Остановить их мы не смогли, только слегка задержали. На электростанции ничего ни о них, ни о нас не подозревают. Поэтому надо спешить прийти туда первыми. Иначе нас могут настичь еще на подходе.