Мия ворвалась в гостиную Командующего в жилом блоке, огляделась. Изысканно-строгий интерьер, задёрнутые шторы, приглушённый свет. Тишина. Всё по-прежнему. Со спинки кресла небрежно свисает мундир, у стола прямо на полу — истрёпанная тренировочная броня.
Вдохнула еле уловимый запах мужа. От пьянящего древесного запаха в теле пробуждалось знакомое томление. Несмотря на выжигающую изнутри ярость, не могла не признаться себе. Как же она соскучилась! Посмотрела на белоснежный пушистый ковёр. Сняла ботинки с носками, швырнула их у двери рядом с обувью принца, прошла вглубь комнаты. Намятые за день ступни блаженствовали, погружаясь в мягкий ворс.
На звук из ванной комнаты вышел Эван. В домашних брюках, босиком и с обнажённым торсом. Небольшим полотенцем вытирает волосы. Увидел её и застыл. Мия затаила дыхание. Как же он красив! Несмотря на простецкий вид, от него волнами расходились потоки властной силы, ощущаемые ею физически. Тело привычно затрепетало под пронзительным взглядом обожаемых голубых глаз. И, как всегда, воительница не могла безучастно видеть шрамы на теле супруга. Некоторые из них были нанесены её рукой.
Принц бросил полотенце на пол, стремительно приблизился, сгрёб жену в объятия и почти до боли прижал к себе. Отстранился, держа Мию за талию на вытянутых руках, заглянул в глаза.
— Любимая, никогда так больше не делай. Слышишь? Прошу тебя.
Командующий просит? Не отчитывает, не ругает. Просит? Внутри женщины будто растворился стержень, она обмякла и потянулась к нему. Эван привлёк жену к себе, нежно, будто стараясь закрыть собой от всех миров. Тихо проговорил, прижимаясь щекой к её волосам.
— Очень тебя прошу. Я как воск у твоего огня. И ведусь, как… Не провоцируй меня драться с тобой всерьёз, Мия! Никогда больше, слышишь?
— Я зла на тебя.
— Понимаю.
— И очень соскучилась.
— И я истосковался.
— Около тебя вьётся какая-то рыжая соплюшка… — Эван почувствовал, как она напряглась при этих словах, острые ноготки впились в его обнажённую спину. Улыбнулся в волосы жены и начал поглаживать её по голове.
Мия обхватила мужа за пояс и прижалась крепче.
— И у меня есть информация, что и ты…
Эван приподнял её лицо за подбородок, заглянул в злые миндалевидные глаза.
— Да, я был под магическим воздействием. Признаю, что был на грани. Но ни словом, ни делом не предал тебя. Ты знаешь, не позволю ничему встать между нами.
Мия дёрнула головой, стряхивая его руку.
— Знаю. — Лукаво улыбнулась. — Я имею право ревновать такого красавца.
Губы Командующего дрогнули в улыбке.
— Ты считаешь меня красивым?
Мия томно потянулась, сощурилась похотливо, потёрлась бёдрами, продолжая смотреть в глаза супруга. Удовлетворённо отметила, как от этого движения на висках Эвана набухли и запульсировали вены, а крепкая рука опустилась ниже и стиснула её ниже пояса. Мия томно, нараспев заговорила.
— Я пребываю в постоянном, экзистенциальном, всеобъемлющем и непроходящем восхищении от твоей подавляющей мужской красоты, мой принц. В мундире ты ослепителен, а без мундира…
Эван наклонился, вжался поцелуем, властно раскрывая её губы, проникая языком внутрь, с восторгом принимая жаркий отклик. Его руки требовательно скользили по возбуждённому телу его женщины, оглаживая знакомые чувствительные изгибы. Мия застонала, прижимаясь всем телом.
И резко отпрянула, повысив голос.
— Я серьёзно, Эван. Какого верзальенса я узнаю такие вещи не от тебя!
Эван прищурился.
— А от кого?
— Неважно!
— Будешь вино?
Мия захлопала глазами от неожиданного вопроса. Эван снял её руки со своего пояса, не спеша отошёл к двери, проверил и защёлкнул замок. Передвинул амулеты на полках, активировал парочку чёрных прямоугольников. Подошёл к буфету, достал два бокала. В наступившей тишине отчётливо прозвучал хлопок выскочившей пробки и следом плеск льющейся в бокалы жидкости. По комнате разлился пряный ягодный аромат. Эван посмотрел сквозь вино на свет, проникающий сквозь полуприкрытые шторы, пригубил, покатал терпкий вкус на языке. Удовлетворённо кивнул и с увесистыми паузами проговорил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мне важно знать. Кто у нас такой осведомлённый. Стал причиной того. Что моя жена встаёт со мной под удар. Капитально связывая мне руки.
— Ты под ударом?
— Мы всё под ударом. Дворец — единственное место, которое у меня есть основания считать безопасным. Пока ты была во дворце с детьми, у меня было много вариантов. Теперь ты здесь. Ты — моё сердце, Мия. Теперь всё сильно усложнилось. И вернуть тебя во дворец не могу, это слишком опасно.
— В твоей Сфере возможно быть под ударом?
— Представь себе. Недавно похитили ту самую рыжую. — Эван потёр лоб и переносицу. — Сам не верю тому, что говорю. Из пятнадцатой Сферы! Солнцеву удалось вернуть назад. А затем мы с парнями перерыли весь комплекс. Мия, вдумайся! Десятки прослушек. Семь кротов. Я уверен, это не всё. И теперь не могу отпустить тебя. Даже сам увести во дворец не могу. Дорогой нельзя — поставки перехватываются. Порталом невозможно — стационары повреждены. Воздух тоже исключается — начали пропадать дроны и даже верхолёты.
Мия с ошарашенным видом уселась на пол. Тихо проговорила.
— Так вот почему ты…
Эван взял второй бокал, подошёл и протянул ей. Посмотрел, как она отпивает, опустился на колени напротив.
— Эван, а зачем тогда вино?
— Парни дают мне передышку, проследят. Всё же за эти дни мы крепко прочистили сорняки и усилили контроль. Несколько дней, и даже недель у нас есть.
Эван пригубил и продолжил:
— В общем, думать и принимать решения буду завтра. Действовать тоже завтра. Я соскучился по жене. Пусть хоть сотни пробойных воронок и армии сектантов. Перекину тебя через плечо и уйдём в какой-то мир. И пусть вернёмся на руины. Это будет потом.
Принц забрал бокал из рук жены, отставил со своим подальше. Наклонился к ней, мягко уложил на ковёр, собственнически оглядел, нависая над прерывисто дышащей нестерпимо желанной женщиной.
Быстрыми движениями расстегнул пуговицы белоснежной блузки, раздвинул шелковую ткань в стороны, обнажая небольшую изумительной формы грудь. Освободил её ноги от одежды. Легонько провёл пальцами по тонким белым полоскам на груди и животе. От мысли, что она дала жизнь его троим детям, в голове зашумело. Скользнул пальцами между узких бёдер, наслаждаясь тем, как от порочной ласки Мия запряглась и запрокинула голову. Упиваясь знанием её тела, задвигал пальцами, идеально выглаживая чувствительные точки. Наклонился за поцелуем и замер, с удивлением ловя губами её удовлетворённый гортанный стон, вбирая её дрожь и то, как тонкие сильные бёдра сжали его ладонь. Как быстро разрядилась. Соскучилась. Или он так влияет? Издал то ли стон, то ли рык, ощутив, как её быстрые пальцы расстегнули ему брюки и освободили, лаская, напряжённую плоть.
Припал губами к подставляемой шее. Всегда терял голову от её запаха после драки. Сейчас к терпкому изысканному аромату с лёгким пряным оттенком пота примешивался запах дыма. В висках застучало. Поморщился, ощутив шершавый пластырь. Сознание пронзило увиденное сегодня — клинок в его руке и струйка крови. И нельзя ни на каплю отступить. Всмотрелся — добротная работа, пластыря почти не видно. Обвёл по солёной коже вокруг заклеенной раны языком. Проговорил хрипло.
— Какая ты всё же провокаторша! Моя дивная Мия. Как же я соскучился…
От её дерзкой улыбки окатило новой волной желания. Стянул с себя брюки, обнажившись полностью. Перехватил узкие запястья и придавил к ковру рядом с плечами. Медленно, растягивая удовольствие, вошёл, неуклонно заполняя её. С восторгом ощутил, как она выгибается навстречу, дразнящими толчками продолжил проникать, глядя в её плывущее от экстаза лицо.
— Моя Мия. Прости. Первый раз мы быстро. Я компенсирую.
Он погружался в неё, аккуратно и надёжно прижимая тонкие запястья к ковру, с высоты выпрямленных рук вбирая красоту распростёртой под ним женщины. Упивался её податливостью. И в который раз поражался, как сладко покоряется его страсти неукротимый сгусток магмы по имени Мия.
