Наташка с сомнением глянула, как я разминаю подвернутую ногу:
– Так пошли, раз дойдем! Или мы до ночи тебя ждать должны?
Я уже обещала, что перед отъездом ее поколочу?
Нога еще побаливала, но в целом было ничего, терпимо. Я встала и уверенно вышла из перелеска в степь: деревню должно быть видно оттуда… Но только не в тот день! Дождь капал несильно, а вот туман стоял знатный. Метров на двадцать вперед еще было видно, а дальше – сплошное молоко. Скажете, не бывает дождя и тумана одновременно? Я вот тоже так думала. Хотя тогда не придала этому значения, только потом сообразила, что мистика началась гораздо раньше, чем все мы заметили.
– Заблудимся, – прочла мои мысли Неля.
– На шоссе всегда сможем выйти, по шуму, – обнадежила Танька.
– Идемте уже!
И мы пошли. Землю размыло, и грязь чавкала под нашими сапогами, заглушая звуки шоссе. Я забирала левее, чтобы срезать, но Наташка упрямо шлепала вдоль перелеска, да еще покрикивала: «Ты что, заблудиться хочешь?!» В общем, приходилось идти за ней. Телефоны у всех были разряжены, часов никто не носил, и сколько мы так шли, мне неведомо.
Перелесок уже закончился, а значит, вот-вот должна была показаться деревня, но лично я ничего такого не видела. Девчонки старательно глазели по сторонам, только Наташка недовольно смотрела под ноги. Из-под ног то и дело выпрыгивали жабы. Их было столько, что мы быстро перестали вглядываться, что там в грязи. Шлепали себе, кто не спрятался – мы не виноваты. Даже Неля, взвизгнув десять раз кряду, утомилась и пошла молча. А Наташке еще не надоело. Она высматривала жаб под ногами, старательно обходя, но они все равно выстреливали неожиданно, как черные комья земли из-под разорвавшегося снаряда.
– Вылезли на дождик! – По Наташкиному голосу казалось, что она вот-вот переловит всех жаб, насадит на веточку, зажарит и съест. И никакие дождь и грязь ей не помешают.
– Ты чего это, – спрашиваю, – устала, что ли?
Наташка зыркнула так, словно прикидывала, помещусь ли я на веточке с поджаренными жабами, но все-таки ответила:
– Устала.
Археологи не бросаются такими словами. Даже первокурсники. Я давно заметила этот спартанский этикет: ныть и жаловаться у них не принято, особенно у младших.
– Может, отдохнем тогда?
– Где, школьница? – От нее это звучало как оскорбление. – Может быть, ты бревно видишь, куда можно присесть, или хоть пятачок сухой?
– А вон, смотрите, какой бурелом! – Неля показала куда-то в туман, в ту сторону, где уже давно пора было появиться деревне. Я пробежала вперед несколько шагов и – да! В гладкой степи, непонятно вообще откуда, лежало несколько поваленных деревьев. Ни пней, ни лунок в земле не было, как будто деревья кто-то специально сюда притащил.
– Ой, а зачем…
– Дрова! – отрезала Наташка. – Деревня рядом. Сейчас отдохнем и выйдем. – Она плюхнулась на бревнышко, фыркнула, как лошадь на борозде, и махнула в ту сторону, где, по ее прикидкам, должна была быть деревня.
В молоке тумана не было видно ни крыши, ни домика. А главное – ничего не было слышно. Ни голосов, ни мычания, ни даже шума дороги, а ведь она должна была быть метрах в пятидесяти от нас.
– Что-то тихо, – говорю. – Мы не заблудились?
– Расслабься, малявочка. – Наташка вытянула ноги и даже сковырнула сапоги. – Тетя Наташа тебя спасет, если не будешь приставать к ней с глупыми вопросами. Отдохнет только. – Она откинулась назад (деревья лежали удобно, почти в ряд) и закрыла глаза. Похоже, здорово умоталась.
– Я сбегаю на разведку, – предложила Неля, но Наташка ее одернула:
– Потеряешься! Посиди пять минут, будь человеком!
Неля, сконфузившись, села на краешек бревна, и мы с Танькой устроились рядом.
Нога моя тут же заболела с новой силой, и коленку засаднило, и отчего-то зашумело в голове. Наверное, от голода. Так бывает: ходишь-ходишь, вроде не устал. А стоит присесть, тут на тебя и навалится и усталость, и сон, и голод за компанию. Я откинулась на бревна, как Наташка. Дождик тут же заморосил по лицу, но мне это не помешало. Я закрыла глаза, и сразу стало легко и спокойно, как под летним душем после дня в огороде.
Глава III. Странный туман
– Кать! Ну Кать! – Неля робко трогала меня за ногу.
– Отстань! – Дождь еще не прекратился, я вымокла как цуцык. Значит, на раскоп нам не надо. Позавтракать можно и потом… – Дай поспать! Все равно дождь.
Я перевернулась на жестких бревнах и сразу вскочила: мы ж не в лагере! Ничего себе, присели отдохнуть!
– А я сижу и сижу, вы спите и спите… – Неля виновато куталась в дождевик и стучала зубами. – Надо уже идти, а то поздно.
Небо заволокло еще сильнее. Темно-серая туча нависла угрожающе низко: ох, сейчас ливанет! …А Наташка с Танькой спали себе, как ни в чем не бывало.
Танюха умудрилась закрыть капюшоном все лицо, ей было тепло и сухо. Я осторожно оттянула капюшон, щелкнула, сбивая капельки…
– А!
– Одна проснулась. Наташ! Кто-то обещал нас вывести, а сам дрыхнет…
– Поорите мне еще! – Наташка недовольно села на бревнах и обозрела окружающий пейзаж. Похоже, она, как и я, успела забыть, где мы находимся.
– Ой, девочки, а мы долго проспали? – Танька подозрительно вглядывалась в небо. Было бы еще светло, если бы не туча. А так… Фонариков мы, конечно, не захватили.
– Долго-недолго, пошли уже! За ужином нас обязательно хватятся! Выйдем на шоссе, поймаем попутку… – Наташка вскочила, повертела головой, как стрелкой компаса:
– Туда! – И пошла вперед.
– Наташ… – Неля осталась на месте. – Наташ, я туда уже ходила. Пока вы спали, Наташ…
Наташка раздраженно оглянулась, типа «что еще?» – но все-таки притормозила.
– И?
– Нет там никакого шоссе. И деревни впереди нет. Мы, кажется, заблудились.
– Да ты просто не дошла!
Неля покачала головой:
– Наташ, там, куда ты показываешь, яма. Чей-то старый раскоп… Заросший, залитый… У самой деревни бы никто не копал!
Я не знаю, права была Неля или нет, все-таки за неделю не узнаешь всех тонкостей археологии. На Наташкином лице мелькнуло сомнение, но тут же пропало. Наташка скорчила свою обычную противотанковую мину с дурацкой улыбочкой:
– Ты, наверное, чуть в сторонку забрала? Метров на двести? Этак не то что к старому раскопу, а к станции выйти можно!
Танька хрюкнула в капюшон. Нелин пространственный кретинизм и неуклюжесть – популярная тема для шуток. Только мальчишки ее жалеют. Ну и я иногда.
Неля чавкала сапогом по грязи и пожимала плечами, как будто танцует. Мы пошли за Наташкой.
Жабы уже не выстреливали из-под ног, а лениво отползали в сторонку. Туча все темнела, но дождь как будто не усиливался. Я не сразу поняла, что это просто сумерки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
