Ненужный фонарь я бросил в воду, нырнул под потолок и секунд сорок, задевая головой кирпичи, плыл к выходу. Володя дожидался меня в полной темноте на лестнице. Мы подползли к выходу, на всякий случай прислушались. Наверху пела и кричала всякая птичья тварь.
Выбрались на поверхность.
Солнце уже переваливало за полдень и ярко освещало синие просторы бесконечного Заволжья. С того момента, как мы спустились в галерею, прошло всего тридцать или сорок минут. После прохлады подземелий и водных процедур, тело обволокло приятным теплом. Я увидел, что из — за камня торчат ноги и еще одного искателя приключений, имя которого мы так и не узнали. Жажда золота и смерть — всегда ходили рядом.
Скорее уже по сложившейся традиции, мы решили пробраться на берег, откуда был хорошо виден лагерь, и оценить ситуацию, сложившуюся там за последнее время.
На поляне рядом с ЗИЛом стоял, вернувшийся УАЗик, а кто — то хлопотал около лежащего у входа в палатку человека, вокруг царило оживление. Были слышны неразборчивые команды Палыча, и несколько человек по одному зашли в палатку. Забежал туда и автоматчик, вернувшийся вместе с Джоном.
— Похоже, что они что — то заподозрили? — сказал я Владимиру, имея в виду, суету у палатки.
— Черт возьми! — выругался брат, — надо было твоего полковника, все — таки, грохнуть, а тех двух утопить. Блин, сами себе создаем проблемы.
Удирать надо, Володя. Сейчас они штурмом будут брать подземелья, поскольку, не знают, что мы уже на свободе. А когда поймут, освободят от пут Октября с Филькой, увеличат свой отряд до десяти человек и начнут прочесывать лес. Расклад сильно не в нашу пользу, к тому же у них в наличие два автомата. А для нас война кончилась Нам надо пожинать, что успели навоевать, — сказал я, имея в виду наши драгоценные мешки. — Так что бежим, друг, в нашем распоряжении несколько десятков минут.
— Да, ты прав, Иван, пошли.
Мы трусцой двинулись вниз по реке. По дороге Володя сообщил, что ребята дошли вниз по левому берегу реки километра на два.
— Но дальше река делает петлю и заворачивает влево, — продолжал рассказывать мне Владимир. — И до самого Лыкова начиналась сплошная сеть стариц и заболоченности. Поэтому, мы вернулись на километр обратно. И если свернуть через лес, то по прямой до Лыкова останется пройти не более полутора километров. Но там начинаются открытые места с множеством полян. Поэтому, мы решили подождать тебя и уж, вместе продолжать путь. Когда мы услышали отдаленные выстрелы на берегу, я оставил ребят, и пошел к тебе на помощь. Прошел почти до самого монастыря и никого не встретил в лесу. Когда выбрался на берег, увидел, как из накануне приплывшей лодки, выгружают двоих хлопцев. А потом стал свидетелем, как тебя выпустили из будки на грузовике, затем допрашивали.
Словом, на берегу я провел полтора часа, пока не увидел, что вы стали переправляться на этот берег. Все время, пока вы были у выхода из подземелья, я находился в тридцати метрах, и лежал за поваленным деревом. Меня так искусали муравьи, что от зуда хотелось завыть по волчьи. Когда вы ушли обратно, а у выхода остался часовой, я понял, что сейчас в Лагере Палыча предстоит генеральный спуск в подземелье. Часового ликвидировать было не сложно. Сначала я запустил пару шишек в кусты в сторону Керженца. Часовой насторожился, затем, держа наготове пистолет, пошел проверять заросли. А я в это время занял место за камнем у норы, и когда он, успокоенный, вернулся, я его и попридушил малость. Потом я проник в подземелье и на выступе потолка нарисовал тебе винт, чтобы ты чувствовал, что ты не один здесь. Пока ты нырял за крестом, а хлопец тебе светил, я сидел в воде, спрятав голову за гроб. Эти гробы я специально вытолкал в проход, чтобы было за чем спрятаться. Остальное ты знаешь.
Мы миновали старицу, на берегу которой несколько часов назад разворачивались главные боевые действия с бандитами. Когда перебрались на противоположный ее берег, Володя, вдруг сказал.
— А знаешь, у нас изменения в составе отряда?
— То есть?
— Валерик покинул отряд. Сначала он настаивал всем бежать в обход Лыкова и лесами пробираться в Хахалы. А когда мы решили тебя ждать, он потребовал свою долю из мешков, сказав, что не намерен рисковать жизнью ради того, чтобы того, чтобы кого — то ждать.
— Дали?
— Нет, конечно. Сказали, что когда все будет позади, когда соберемся все вместе, тогда и подумаем, — как нам поступать с сокровищами?! Он завозникал, говорил, что если бы он не привез инструменты, то и вообще бы ничего не нашли. После того, как Михаил в очередной раз врезал ему в ухо, Валера сказал, что не ожидал от нас такой подлости и ушел через лес в сторону Лыкова.
Я, в свою очередь, рассказал Володе об истории с Валеркиным рюкзаком, прикарманенных им драгоценностях. Благодаря которым, бандиты убедились, что сокровища это не миф и существуют реально.
— Вот сволочь! — выругался Вовка. — Ну, ладно, хрен с ним. За одного битого двух небитых дают.
— Что ты имеешь в виду?
— С нами Наташа и Лариса.
— Каким образом? — удивился я, — как они попали к ребятам? Ведь они же уплыли на стоянку за Лыково?!
— Правильно. Уплыли. Но, помнишь, они говорили, что сегодня вечером в Монастырь должна прибыть этнографическая экспедиция из университета?
— Да, помню.
Ну, вот. Наташа и Лариса должны были соединиться с экспедицией. Они оставили в Лыково своих друзей и поплыли вверх к Монастырю. Потом они услышали стрельбу в лесу, испугались, причалили к берегу и минут пятнадцать в растерянности выжидали, пока кончится пальба. Пальба кончилась, они решили не продолжать путь в Монастырь, а вернуться обратно. Когда вернулись к байдарке, обнаружили на песке только выложенные накануне рюкзаки. Байдарку унесло течением. Я тут их и встретил, когда спешил тебе на помощь. Благо, от наших ребят я далеко не ушел поэтому, девчонок доставил под охрану Михаила с Игорем, а сам снова поспешил к тебе.
— Дела?! — искренне изумился я. — Вот, как раз, девчонок втягивать в это дело нельзя.
— Нельзя — согласился Володя, но они, как и мы, стали жертвой обстоятельств.
Мысль, что сейчас я снова увижу Наташу, в общем обрадовала меня, но в то же время и огорчила. Огорчила потому, что не девчоночье это дело прятаться по лесам от вооруженных бандитов. Еще не известно, чем все это закончится? Это, во — первых, а во — вторых, если судить по физиономии моего двоюродного брата Владимира, то видок у нас сейчас не для романтических встреч. Такая же трех дневная щетина сейчас и у меня. Если сюда добавить кровоточащие ссадины от нашего слепого метания по зарослям во время первого преследования и мои разбитые губы от удара Картуза, то мы и сами сейчас смахиваем на разбойников.
