по реке. На одном - заключенные, на другом - обычные граждане. Оба парома взорваны. Джокер задумал эксперимент. Как он говорит пассажирам парома (1:57),
Сегодня вы все станете участниками социального эксперимента. Я готов прямо сейчас взорвать вас всех. Если кто-то попытается покинуть свою лодку, вы все умрете. У каждого из вас есть пульт, чтобы взорвать другую лодку. В полночь я взорву вас всех. Но если кто-то из вас нажмет на кнопку, я оставлю эту лодку в живых. И кто же это будет? Коллекция самых разыскиваемых отморозков Харви Дента или милые и невинные мирные жители? Выбирайте. И, возможно, вам стоит поторопиться, потому что люди на другой лодке могут оказаться не такими уж благородными.
В конце концов Бэтмену удается спасти положение и помешать Джокеру взорвать оба парома. Но люди на паромах даже не подозревают, что он занимается этим делом. Что им делать? Что им делать с точки зрения морали?
Есть одна мысль. Для того чтобы решить, что нужно делать, нужно определить наилучший результат - не только для одного человека, но и для всех - и затем рекомендовать то, что с наибольшей вероятностью приведет к такому результату. Таков, в общих чертах, последовательный подход к делу. На первый взгляд, это выглядит как здравый смысл. Но так ли это? Во-первых, заметим, что мы сильно упростили ситуацию. Из главы 11 вы, наверное, помните, что процесс принятия решений сложнее, чем просто решить, что будет лучше, и попытаться это получить. В этой главе мы ввели идею максимизации ожидаемой полезности. Ожидаемая полезность - это функция ранжирования исходов от наилучшего к наихудшему (это дает нам "полезность" исхода) и вероятностей исходов. Для определения ожидаемой полезности действия необходимо знать полезности потенциальных исходов действия и вероятности этих исходов. Как мы уже отмечали в главе 11, на практике это очень сложно определить.
Если мы придерживаемся принципа максимизации ожидаемой полезности, то пассажиры наших паромов должны определять свое решение не с точки зрения того, что максимизирует вероятность получения наилучшего результата, а с точки зрения того, какое действие имеет максимальную ожидаемую полезность. (Эти понятия похожи, но они разные. Максимизация шансов на получение наилучшего результата приводит к игнорированию шансов на получение второго или третьего наилучшего результата; при расчете ожидаемой полезности учитываются все потенциальные результаты.) В главе 11 мы обсуждали ожидаемую полезность в контексте проблемы Джуда Розенталя с его бывшей возлюбленной ("Преступления и проступки", 1989). Мышление Розенталя было полностью эгоцентричным; это был пример того, что мы назвали пруденциальными рассуждениями. Разница между пруденциальными рассуждениями и теми, которые мы сейчас рассматриваем, заключается в том, как мы описываем полезность. В пруденциальных рассуждениях индивид, принимающий решение, исходит из своих собственных интересов. В этических решениях, которые мы здесь рассматриваем, лицо, принимающее решение, определяет полезность на основе суммирования интересов каждого, где ни один интерес человека не имеет большего значения, чем интересы других. Важно держать все эти сложности в уме, продолжая обсуждение социального эксперимента Джокера, однако ситуация выбора, в которой оказались все пассажиры парома, не требует от них размышлений о вероятности или полезности второго или третьего наилучшего исхода. (Они ничего не могут сделать, чтобы учесть такие исходы; выбор наилучшего из возможных исходов и максимизация ожидаемой полезности в данном сценарии оказываются одним и тем же).
Как проявляет себя последовательное мышление в социальном эксперименте Джокера? Каков наилучший результат, учитывающий интересы всех, кто может пострадать в равной степени? Чтобы все выжили. Джокер, судя по всему, позаботился о том, чтобы этого не произошло. Или так должны считать все, кто находится на судах. Все пассажиры парома должны верить угрозам Джокера - он весь фильм держит слово. Он сказал, что взорвет больницу, если не будет убит некий адвокат. Адвокат не был убит (не из-за того, что не пытался), а больница была взорвана. Он заявил, что убьет мэра, и ему помешали только героические действия комиссара Гордона в последнюю секунду. Бэтмен не смог остановить Джокера до сих пор, почему же он думает, что сможет остановить его на этот раз? (Как вы знаете, он все-таки останавливает его, но только после того, как пассажиры парома принимают решение). Итак, если решение Бэтмена справедливо кажется недоступным, то что пассажиры должны считать лучшим из возможных вариантов? Чтобы люди на гражданском судне выжили. Почему? Потому что они могут внести гораздо больший вклад в жизнь общества, чем заключенные; им есть что предложить другим, у них есть карьера, семьи и налоги, которые нужно платить. Если учитывать интересы всех, включая как тех, кто находится на пароме, так и тех, кто на нем, то наилучшим вариантом будет спасение гражданских лиц, а не заключенных. (Здесь возникает сложность, связанная с ограниченностью знаний лиц, принимающих решение: насколько нам известно, один из заключенных (кстати, несправедливо осужденный) собирается открыть лекарство от глупости; его взрыв был бы далеко не худшим из возможных исходов. Суждения о наилучших исходах всегда делаются относительно несовершенного знания). Давайте придерживаться несколько неприемлемого вывода о том, что все пассажиры (включая самих заключенных) должны признать, что наилучший из возможных исходов - это то, что гражданский паром уцелел. Что же необходимо сделать для достижения этого результата? Пассажиры гражданского парома должны взорвать бомбу на пароме заключенных. (Причем быстро: чем дольше они медлят, тем больше вероятность того, что заключенные нажмут свою кнопку первыми).
Как вы знаете, посмотрев фильм, ни одна из групп не взрывает бомбу. Граждане проводят голосование и с большим перевесом (396 против 140) решают взорвать паром с заключенными. Однако когда дело доходит до решающего момента, у них сдают нервы. Один из гражданских, похоже, убежден, что нажать на кнопку - это правильно. Он пытается вмешаться (2:06):
Никто не хочет пачкать руки. Ладно. Я сделаю это. Те люди в лодке, они сделали свой выбор. Они решили убивать и воровать. Нет смысла в том, чтобы мы тоже умирали.
Но у этого человека сдали нервы, и он снова сел на землю с неразорвавшейся бомбой. Он просто не может заставить себя взорвать лодку с людьми. Трудно понять, о чем именно думает этот человек. Он говорит о заключенных, что они сделали свой выбор. Конечно, они сделали свой выбор, и не все они были хорошими. Они выбрали убийство и воровство (или продажу наркотиков, или уклонение от уплаты налогов, или неуплату штрафов за парковку - мы не можем точно сказать, что именно они выбрали). Однако чего они не выбирали, так
