Читаем без скачивания Морские титаны - Александр Калантаев

В Европе дела союзников обстояли не лучше. Гитлер одерживал одну победу за другой, и только истекающий кровью Советский Союз, едва сдержав войска нацистов у стен Москвы, смог нанести врагу первый контрудар. Казалось, план Исороку Ямамото работает подобно отлаженному часовому механизму. Требовалось последнее усилие, и успех в войне гарантирован. Во всяком случае, для Японии. Но ни англичане, ни американцы сдаваться не собирались.

В США приоритетным становится производство авианосцев. Теперь эти универсальные корабли и их мужественные авиагруппы решали судьбы морских сражений. В умении и доблести японцы не уступали заокеанскому противнику. Битвы, полные драматизма и роковых случайностей, охватили бескрайний Великий океан. Две враждующие стороны боролись не на жизнь, а на смерть. Их разделяли сотни, а иногда и тысячи миль, и целые эскадрильи бомбардировщиков, торпедоносцев и истребителей наносили удары и улетали прочь, на поиски своих плавающих аэродромов. Авианосцы стали и карающим мечом, и крошечными островками спасения для измученных воздушных бойцов.

В этой схватке титанов могучим линкорам Объединенного флота Японии работы не нашлось! Их участие свелось к выполнению функций штабных и координационных центров флота. Гордившиеся кораблями японцы особо не огорчались — еще никогда их империя не была так велика. Над Малой Азией разносилось жуткое, пугающее «банзай», и рука с самурайским клинком не знала пощады. От удач и побед кружилась голова, и сердца воинов наполнялись гордостью за свою страну. Весь 1942 год прошел для «Ямато» в бесконечных рейдах по доставке войск и поддержке авианосных ударных групп. 25 декабря линкор был атакован американской субмариной «Скейт» и получил попадание двумя торпедами в стык бортовой брони. Корабль принял 3 тысячи тонн воды и ушел на ремонт, передав роль флагмана флота своему близнецу — «Мусаси». 18 апреля 1943 года коварные янки устроили воздушную засаду, атаковав истребителями «Лайтнинг» самолет адмирала Ямамото, летевшего на очередную инспекцию одного из островных японских гарнизонов. Летчики отомстили за Пёрл–Харбор. Злой гений, так много сделавший для японских побед, погиб в пламени падающих на джунгли обломков.

Теперь флаг нового командующего флотом — адмирала Кога — реял над устремленными ввысь пагодообразными, словно синтоистский храм, надстройками «Мусаси». Наступало время перемен. С гибелью Ямамото начал угасать победный порыв. И хотя до полного краха Японии было еще далеко, американский флот и армия перехватили инициативу и стали освобождать один архипелаг за другим, неуклонно приближаясь к сердцу империи — Японским островам.

В конце марта 1944 года получил торпедное попадание и второй суперлинкор: 29 числа субмарина «Танни» ВМФ США обнаружила японский конвой, шедший под охраной четырех боевых кораблей, одним из которых был «Мусаси» с адмиралом Кога на борту. Выпущенная скорее для приличия торпеда угодила гиганту в форштевень (носовую часть корпуса) и больших проблем не создала. Удивительно, что американцы даже не подозревали, какое морское чудовище они атаковали, — все японские корабли (подобно германским) очень схожи силуэтом своих надстроек, и об успехе «Танни» стало известно лишь после войны.

10 июня 1944 года оба «мамонта» снова вышли в море, охраняя транспорты, идущие к берегам Новой Гвинеи. На следующий день самолеты–бомбардировщики, поднявшись с американских авианосцев, нанесли удар по островам Гуам и Сайпан. Командовавший конвоем и эскадрой адмирал Угаки Матамэ предусмотрительно отвел корабль из опасного района В сражении в Филиппинском море, 19 и 20 июня, оба линкора находились в составе ударной группы, но вновь дело обошлось без них. Повторилась подобная ситуация и в битве у Сайпана. Тогда Объединенный флот потерял три авианосца, три танкера и пять эсминцев. Огромные артиллерийские корабли в прямое соприкосновение с противником не вошли и (что удивительно) американцами обнаружены не были! Будто древние боги задернули над стальными исполинами свой магический занавес, и только во время столкновения в заливе Лейте святые хранители забыли о своих любимцах. Американская армия высаживалась на Филиппинские острова, и японский флот вышел навстречу вражеской армаде. Эскадре под командованием опытного и хитрого, как лис, адмирала Куриты на сей раз не повезло — ее обнаружили истребители «Хэллкет» дальнего дозора авианосца «Интрепид».

Занавес богов был сдернут, подобно брезентовым чехлам с орудийных стволов. Топот сотен матросских ботинок и рев корабельных сирен наполнили «Мусаси». Экипаж занимал места согласно боевому расписанию. Кованый штевень играючи раскидывал бессильные волны океана, и короба зализанных, темно–серых башен главного калибра плавно провернулись, уткнувшись жерлами орудий в далекого врага… «Мусаси» — второй из близнецов — вызов на поединок принимал!

На календаре было 24 октября 1944 года. Американцы среагировали очень оперативно! В воздух поднялись 12 пикирующих бомбардировщиков, 12 торпедоносцев и 21 истребитель. Это была первая волна атакующих самолетов, встреченная огнем почти 500 зенитных установок эскадры. Волн, подобных первой, будет пять! Самолетов, с их отчаянными экипажами, еще больше — почти три сотни с десяти авианосцев, оказавшихся неподалеку. Атаки длились пять (роковое для «Мусаси» число) часов (!), наслаиваясь одна на другую и не давая отдыха не только падающим с ног от напряжения зенитчикам, но и их раскаленным орудиям. Потрясенные видом линкора, американские пилоты терзали исключительно «Мусаси», напрочь забыв об остальных кораблях Куриты. Размеры и форма гиганта попросту шокировали летчиков:

— Что это под нами!? — кричал один из них в микрофон сквозь треск рвущихся снарядов.

Колосс сражался, издали напоминая разъяренного медведя, окруженного роем таких же обозленных ос. Американцы потеряли лишь 18 самолетов, но добились своего. Избитый и дымящийся «Мусаси» получил попадания 19 (по некоторым данным — 20) торпед и 17 бомб весом от 227 до 454 килограммов, еще 15 бомб разорвались у его бортов, продавливая броню корпуса страшными гидроударами. После более чем пятичасовой борьбы он проиграл свою жизнь! Линкор, в последнем порыве, пытался выброситься на отмель, но его винты едва вращались и корабль плохо слушался руля. Натужно гудя турбинами и полыхая огнем из многочисленных пробоин, «Мусаси», с креном почти 70 градусов, величественно уходил в последний путь. Эсминцы охранения держались рядом, не в силах помочь флагману. Люди спасались кто как мог. Многие офицеры плакали, прощаясь друг с другом и привязываясь к леерам (ограждению). Презрение к смерти—удел настоящего самурая!

Слезы были скорее от обиды — слишком неравнозначной была плата за гибель великого линкора Колосс остановился и медленно, словно в изнеможении, опрокинулся через левый борт. Эсминцы спасли 1376 человек, с кораблем погибли 1023 матроса и офицера.

Просто невероятно, что в этом сражении американские летчики почти не атаковали «Ямато». Линкор отделался всего тремя попаданиями бомб в носовую башню главного калибра По одной из версий, корабль, в отличие от «Мусаси», был плохо различим с воздуха, плотно укрытый дымом своих же соратников по эскадре. Флот Куриты отходил от места трагедии полным ходом — нельзя было потерять остальные корабли соединения. Все были раздавлены и потрясены. Своей гибелью гордый «Мусаси» спас остальных! А через несколько часов потрепанные линкоры и крейсера адмирала Куриты получили новый приказ. Радиограмма штаба требовала идти к острову Самар и отразить высадку американского десанта. Теперь свои тысячетонные башни в сторону врага развернул несокрушимый «Ямато»!

Командующий, осунувшийся и обозленный, незамедлительно приказал ложиться на новый курс — к острову Самар. Эскадра Куриты состояла из 4 линкоров, 8 крейсеров и 11 эсминцев. Но при отражении воздушных атак многие корабли были повреждены, на них заканчивались топливо и боеприпасы. Впереди, в заливе Лейте, американцы имели всего шесть эскортных авианосцев—небольших транспортных пароходов, переоборудованных для военных нужд. В охранении этих импровизированных «повелителей моря и неба» вертелись семь эскадренных миноносцев. Увидев, что надвигается на них, маленькие авианосцы стали поднимать свои авиагруппы, а героические эсминцы ринулись в самоубийственную торпедную атаку, прикрывшись густой дымовой завесой. А затем над океаном пронесся глухой, утробный звук, похожий на отдаленный раскат грома. Казалось, что воздух сжала невидимая гигантская пружина, отпущенная с грохотом такой силы, что звуковая волна вминала стальные борта кораблей.

В дело вступили циклопические орудия «Ямато», разъяренного смертью своего брата! Отмечу, что даже неразорвавшийся снаряд огромного линкора способен при попадании просто разломить эсминец, подобно карточному домику. При падении в воду стальные болванки весом более тонны поднимали шипящие, феерические гейзеры высотой до 100 метров, окрашенные красным или синим дымом для облегчения пристрелки. Надо полагать, картина была зачаровывающая. Хотя американским морякам было не до батальных красот. Совсем еще молодой матрос с авианосца «Калинин Бей» позднее написал: «Даже если бы то страшное, черное чудовище («Ямато» нес темносерый окрас) не стреляло в нас, один его вид невольно пригибал всех к палубе».