юрист сможет предпринять, но уведомить его о происходящем стоило. Мало ли, вдруг он сможет кого-то нанять, чтобы прийти мне на помощь. Деньги для этого у него были. Правда, пойти они должны были на уплату налога. Но мало ли какое решение примет мой юрист. Если он все же найдет кого-то, то нам надо будет продержаться дней шесть–семь, пока подмога подоспеет.
По-хорошему, замок хорошо защищен и взять его осадой будет не так и просто, даже магам. Тем более, что горы пересекла не армия, а, судя по тому, что я увидела, отряд, немногим более ста человек. С одной стороны, не так много, а со второй, если с ними идет парочка магов, то этого будет более, чем достаточно. Так как у простого человека, не обладающего даром, нет ни единого шанса в честном бою победить боевого мага.
Но даже это не самое страшное. Тут в другом загвоздка. А именно в том, что если помощи не будет, а осада затянется до начала сезона снегов, то после того, как закроются перевалы, наемники противника не смогу, даже если захотят, покинуть мои земли. А это значит, чтобы выжить и добыть еду, они будут разорять мирные поселения. При этом я сомневаюсь, что люди захотят добровольно отдавать свое. А раз так, то я мысленно вернулась к возникшему у меня сегодня утром вопросу, стоит ли моя свобода или даже жизнь, смертей многих ни в чем неповинных людей. А в том, что это пришли за мной, я ни мгновения не сомневалась. Осталось только узнать, чего именно они от меня хотят.
Когда стемнело, на крепостной стене было зажжено множество факелов, чтобы освещать как можно больше территории вокруг замка. К этому времени, напуганные люди разошлись по своим комнатам. Так как замок был довольно вместительным, то всем в нем нашлось место. Пусть и спал народ сейчас по несколько человек в одном помещении и прямо на полу.
Несмотря на то, что из-за переживаний и нервного напряжения, есть мне совершенно не хотелось, я все же заставила себя поужинать. Ела я первый раз за этот день, в большом зале вместе со своими людьми, то же что и они. Кухарки, правильно оценив ситуацию, сразу же перешли в режим экономии. Но никто не жаловался и никого не смущал скудный прием пищи. Сидя за столом, я видела в обращенных на меня взглядах, что люди надеются на меня и то, что я всех спасу. Но что я могла сделать? Я не воин и даже не боевой маг. Я физически не смогу вырастить достаточное количество растительности, которая бы одновременно обезвредила всех захватчиков. А это значит…
Думать о том, что это значит, мне не хотелось. Как и о том, что для спасения людей, мне придется согласиться на все условия маркиза. Вот только мысли снова и снова возвращались к непростому выбору, сопротивляться или сдаться? Приказать сразу открыть ворота, или все же попытаться отстоять свою свободу и независимость? Пытаться спорить и договариваться, или принимать сразу все условия, подтвердив полную капитуляцию? И ведь сдаваться не хотелось. Как и рисковать жизнями окружающих меня людей. Именно поэтому мне не удавалось заснуть. И именно благодаря этому, я увидела, как засветился мраморный обелиск, который когда-то поставил возле замка Адер.
Глава 47
От обелиска вверх стало подниматься сияние. Поднималось оно, пока не достигло верхушки замковой крыши, после чего принялось разрастаться вширь, накрывая собой не только сам замок, но и прилегающую к нему территорию, вместе с огораживающей крепостной стеной, чем-то, наподобие сферы, напоминающей прозрачный мыльный пузырь. Я не понимала, что происходит, поэтому внимательно всматривалась в необычное явление, пытаясь рассмотреть купол.
Из-за того, что на улице властвовала ночь, мне сложно было понять, насколько защитная стена прозрачна. А в том, что это был именно она, я не сомневалась. Не зря же Адер так спешил перед отъездом поставить обелиск и напитать его силой. Осталось лишь понять, что именно эта защита делает и сколько по времени она продержится.
Покинув свою спальню, первым делом я поднялась в комнату с почтовыми птицами. Располагалась она под крышей самой высокой башни. И направилась я туда не просто так. Во-первых, мне хотелось увидеть сферу поближе, а во-вторых, я собиралась отправить крылатого вестника с сообщением о нападении в бухту и с приказом, закрыть проход из долины в гавань.
Но это не все. Было еще одно дополнительное распоряжение, по которому, в случае если власть в баронстве захватят, и у местных жителей не будет другого выбора, как подчиниться новому хозяину, то перед тем как открыть проход, они должны будут сбросить со скал в море все мои пушки и снаряды. Не хочу, чтобы мое оружие досталось барону. О том, как он им воспользуется, даже думать не хотелось. При этом, мелькнувшую было мысль с просьбой, прийти мне на помощь, я почти сразу же отбросила. Слишком мало было стражников в гавани. А это значит, что выступи они в сторону замка, то, вероятнее всего, их всех захватят в плен, так как наемников было в несколько раз больше. Плюс, с ними был, как минимум, один маг. А, возможно, и не один. Кроме того, мне совершенно не хотелось оставлять гавань беззащитной, в случае возвращения барона или нападения пиратов.
Нормально защитную сферу рассмотреть мне не удалось, так как она была метров на двадцать выше замкового шпиля. Все, что я увидела, так это, как по полупрозрачной границе, пробегают всполохи. Выпустив птицу, я стала следить за ее полетом, так что для меня не осталось незамеченным, как она, облетев двор, вернулась на свой шест, даже не пытаясь преодолеть странную преграду. Тогда я спустилась в замковый двор, после чего поднялась на крепостную стену.
Когда я шла через двор, то увидела несколько служанок с опаской поглядывающих наверх и стражников, делающих то же самое. Было заметно, что ничего похожего никто из них раньше не видел.
Поднявшись на стену, я принялась внимательно осматриваться по сторонам. Но, несмотря на то, что защитный купол слегка светился, ночную тьму он разогнать не мог. Поэтому мне не удалось увидеть, насколько далеко от нас сейчас расположились наши противники. И не наступают ли они на нас, воспользовавшись ночной темнотой. Хотя, если хорошенько подумать, то активизация обелиска указывает на то, что они где-то совсем близко.
- Тарс, - так как барьер был всего метрах в десяти от стены, я
