Впервые на лице Сфинкса промелькнуло что-то похожее на истинную, неподдельную скорбь.
— Он не должен был погибнуть… Не должен был, слышишь? — лже-Энтони бессильно опустил руки, уже не предпринимая попыток ни защититься, ни атаковать. Он выглядел несчастным и жалким, как побитый пёс.
— Отчего твой брат погиб? — повторила Элис.
— Какое тебе дело? — горько пробормотал лже-Энтони. — Ты ведь его почти не знала. Это я постарался, чтобы ему досталась наиболее безопасная должность — референт у опытного агента. Референт ведь почти никогда не появляется на передовой, а занимается тихой кабинетной работой. Но Энтони надоела бумажная возня. Ему, видите ли, захотелось понюхать пороху. Его внимание привлекло исчезновение октаниума, он решил провести собственное расследование, чтобы потом представить результат шефу и добиться перевода в полевые агенты. Он нашёл Зеркало, через которое октаниум переправляли в Реверсайд — гораздо раньше тебя. Он сунулся туда. Ему было предложено сдаться. Он отказался. И был убит.
— И тогда ты решил занять его место, — прошептала Элис. — Гениально.
— Просто и со вкусом, правда? — лже-Энтони усмехнулся. — Никто так и не узнал о его смерти. Те трое, что дежурили у Зеркала — так, мелкие сошки. Я потребовал проводить меня к Моргану, а Морган велел им помалкивать.
— И ты так просто согласился помогать убийцам своего брата?! — яростно вскричала Элис.
— Разве я говорил, что собираюсь им помогать? — гневно воскликнул Сфинкс, оскалив зубы, что лишь усилило его сходство с монстром из древних мифов. — А я-то всегда считал тебя умнее и прозорливее других. Ты меня разочаровываешь, Элисон Мейнфорд.
От звука собственного имени, произнесённого устами этого человека, её покоробило.
— Ты вёл двойную игру? — догадалась Элис.
— Я вёл свою собственную игру! — оскорблённо рявкнул лже-Энтони. — И у меня был план: построить в Грейстоуне "Сестрицу Мэри" и выкачать всю энергию из Зеркального мира. А сразу после этого закрыть последнее Зеркало. Я хотел, чтобы наш мир перестал быть связанным с Реверсайдом, и в Департаменте разведки больше бы не было нужды! Никто не должен был бы гибнуть ради призрачных идеалов, существующих лишь на бумаге!
— Абсурд… — Элис задохнулась от негодования. — Ты хоть понимаешь, что несёшь? Ты сам себя слышишь? Ты был готов уничтожить целый мир и убить миллионы ради удовлетворения своих личных амбиций? Ради мести?
— Да! — заорал лже-Энтони. — Да, и мне бы удалось это. Если бы не ты! Ты и ещё несколько таких же высокоморальных идиотов! Реджинальд. Он собирался уничтожить "Сестрицу Мэри". Мне же нужно было работоспособное устройство, чтобы по его образцу построить аналог в нашем мире. Я ведь тогда не знал, что ты умудришься раздобыть чертежи, — он удостоил Элис одобрительным кивком. — Реджинальд мешал мне, и его пришлось убрать. К сожалению, взорвать передатчик энергии он всё-таки успел. Это был не единственный мой промах. Ещё раньше я потерял крайне важную бумагу. На ней были записаны почти все координаты наших Зеркал. Но мне повезло — вы с этим недоумком Теренсом нашли этот список. Я понял, что это мой шанс. Если бросить зерно сомнения на благодатную почву, оно непременно даст всходы. Парень мне мешал — и я добился, чтобы подозрения пали на него… — лже-Энтони прищурился. — Хочешь знать, почему при проверке почерк не совпал? Элементарно. я — амбидекстер. Ту записку я писал левой рукой, вот и всё. И никакую клятву на камне я, само собой, не давал. Стереть ограничительную пентаграмму не так уже и сложно. А мой трилистник — всего-навсего обыкновенная татуировка, — он выбросил вперёд руку, но Элис не шелохнулась.
Сколько раз, когда она делилась своими мыслями, переживаниями и страхами с друзьями и коллегами, спрашивала совета и внимательно выслушивала сказанное, под личиной скрывался Сфинкс? От этой мысли на душе стало мерзко.
— С каждым днём я был на шаг ближе к цели, — захлебываясь словами, говорил лже-Энтони. — Всё шло как по маслу. Будучи помощником Феликса, в его тени я мог делать всё, что мне заблагорассудится. Ты ведь до последнего подозревала во всём этого бедолагу Роджера, так?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Элис промолчала.
— Правда, вскоре сам Феликс начал что-то подозревать.
— Он стал для тебя опасен, — уточнила Элис.
— И тем самым подписал себе смертный приговор. Правда, пришлось повозиться. Мне стоило немалых усилий обратить эти подозрения в мой главный козырь.
— И ты задумал обвинить в предательстве Роджера, притянув за уши псевдодоказательства.
— Именно. Более того, я собирался выставить всё так, что якобы Роджер убил Феликса, опасаясь разоблачения. Если бы Феликс успел назвать тебе имя, он назвал бы имя Роджера Дейзи. Я же не дурак, чтобы подставляться, орудуя без личины, — лже-Энтони фыркнул. — Но вышло ещё лучше. Ты… ты так удобно подвернулась под руку.
— И ты надеялся, что все как один поведутся на эту чушь? — гневно воскликнула Элис.
— Нет, конечно. Кое-кого, правда, мне всё же удалось убедить.
— Даже Роджера.
— В том числе и его, — лже-Энтони кивнул. — Но я понимал, что ты, хоть и временно выведена из игры, всё ещё представляешь серьёзную опасность и способна помешать моим планам. В сложившейся ситуации удобнее всего было занять место Феликса, и, возглавив ДВР, получить широкие привилегии. Как ты понимаешь, мне ничего не стоило подтасовать результаты голосования, используя всё те же личины.
— Ну ты и подлец, — процедила Элис сквозь зубы. Голова шла кругом, не в силах переварить услышанное. — Двуличная сволочь.
— Спасибо, — лже-Энтони слегка поклонился. — И всё же мне нужно было оставаться начеку. Роджер, который сначала так рьяно обвинял тебя в моём преступлении, остыл и успокоился. И понял, что в этой истории не всё гладко. Впрочем, я знал, что это рано или поздно произойдёт. Он был у меня на крючке — стоило лишь потянуть леску. Против него играл факт его деловых связей с Джоном Стейтоном, которого все мы знали тогда лишь как уважаемого промышленника господина Уинстона. Долгое знакомство, почти приятельские отношения — очень правдоподобная ситуация, чтобы склониться на сторону врага и примкнуть к Реверсайду. Но Роджер оказался умнее, чем я думал. И мне пришлось прибегнуть к старому проверенному способу — личине.
Элис показалось, что по земле скользнула тень. Птица? Она хотела оглядеться вокруг, но не решилась отвести взгляд от хамелеона.
— Всё бы ничего, но по нелепой случайности Роджер увидел меня в своём обличье. Я понимал, что дотошный агент не успокоится, пока не докопается до сути.
— Ты и его убил? — Элис хотелось кричать от боли и ярости — до изнеможения, до хрипоты в горле, но голос, вопреки всему, был наполнен ледяным спокойствием.
— Собирался, — небрежно ответил лже-Энтони. — Но у меня родилась идея получше. Я принял его обличье и решил немного развлечься, а заодно и послушать ваш разговор, чрезвычайно интересный, кстати.
— Но… — Элис опешила, — как же бомба с часовым механизмом? Ана сказала, что до взрыва минута. Откуда ты мог знать наверняка, что мы успеем тебя вытащить?
Сфинкс тихо засмеялся.
— Какая же ты всё-таки наивная, девочка моя, — он вынул руку из кармана и показал Элис небольшой пульт управления. — Какой ещё часовой механизм? Считаешь, я бы стал взрывать сам себя? Я нажал кнопку, когда уже был в портале.
— И тем не менее, сейчас ты загнан в угол, — торжествующе крикнула Элис. — Даже с факсимильным амулетом тебе не выстоять против меня.
— А у меня нет факсимиле, — лже-Энтони ухмыльнулся. — Увы, даже близнецы не могу использовать амулеты друг друга.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— На что же тогда ты надеешься? — дерзко спросила Элис, и в тот же миг поняла, что знает ответ.
— Мы рядом с порталом, — ещё шире улыбнулся хамелеон. — Я предупредил Моргана. А сейчас просто жду, коротая время за беседой с тобой… Жаль, очень жаль, Элис, что твои способности… — он притворно вздохнул. — Но увы, ничего не поделаешь.
— Он не придёт, — сказала Элис вполголоса. — Никто не придёт. Разве ты не знаешь, что Морган убит, мир его праху?
