Он что-то крикнул и прибавил шагу. Кирсти остановилась, обернулась резко и прокричала в ответ что-то столь же яростное. И снова стремглав помчалась прочь от неуклонно настигающего ее Магнуса. Несколько секунд спустя он нагнал девушку, схватил за руку, зарычал в бешенстве. Та вырвалась. Тогда Магнус прыгнул, как хищник на свою беспомощную добычу, дернул Кирсти на себя и вместе с ней покатился по земле. Элспет в ужасе смотрела, как над травой появляется то пшеничная голова брата, то черноволосая – Кирсти.
– Да сделай же что-нибудь! – она повернулась к мужу.
– Сами разберутся, – возразил он. – Кирсти это заслужила. По-моему, Магнус не одобрил ее методы лечения.
– Ишь ты, не одобрил! Зато теперь он абсолютно здоров, как я погляжу. И даже слишком здоров, – буркнула Элспет. – Он же упрям, как наша старая коза в Гленране. Я бы с радостью собственными руками привязала его к кровати. Бедняжка Кирсти. Как только она его выносила столько времени, ума не приложу. Ей, правда, тоже упрямства не занимать. Ты бы слышал, как она ему по сто раз на дню твердила, что такая рана требует покоя, иначе швы разойдутся. Он мотал головой и рычал!
Дункан исподлобья взглянул на нее.
– Твой брат горд, недаром он из клана Фрейзеров. А Кирсти чересчур своенравна.
– Ха! Тоже мне, гордость называется! Да он дулся, как обиженный ребенок, только потому, что она оказалась умнее его! – Элспет негодующе фыркнула, скрестив на груди руки. – Магнус всю жизнь считал себя непобедимым, а тут пришлось подчиниться молоденькой девушке. Честно тебе скажу – я и не думала, что он способен на такое! – Губы ее уже дрожали, но она старательно прятала улыбку от Дункана. – Встреча с твоей своенравной сестрой, пожалуй, пойдет ему на пользу.
– Да уж, своенравной, и это еще мягко сказано. Она с самого рождения показывала характер. Среди домочадцев о ее упрямстве ходили легенды. Никто не смел перечить крошке Кирсти.
– Кое-кто посмел. – Элспет кивнула вниз. Магнус поднялся во весь свой громадный рост, подхватил девушку с земли и перекинул через плечо. Она лягалась что было сил и колошматила его кулаками по спине. Дункан хмыкнул, наблюдая за происходящим.
– Иногда, чтобы завоевать сердце мужчины, женщине нужно довести его до бешенства. Держу пари, этим двоим никуда не деться друг от друга. Смотри-ка!
Элспет заморгала от удивления:
– Да он же ее целует!
– Ага. А она отвечает. Ну, теперь-то крошка Кирсти поймет, что Магнуса Фрейзера можно привязать, только если он того сам захочет!
Элспет мстительно ткнула его локтем в бок:
– А я думаю, что крошка Кирсти докажет моему братцу, что на свете есть вещи посильнее Магнуса Фрейзера!
– Ладно, пойдем. – Дункан потянул ее с холма. – Пусть себе учат друг друга.
– Ты просто мудрец, Дункан Макрей! – с усмешкой заявила Элспет.
– С чего это вдруг?
– Привез сюда Магнуса, чтобы вылечить. И погляди, что из этого вышло!
Он улыбнулся:
– Ну, я же не провидец. Предсказать свадьбу мне не под силу.
– Не нужно быть провидцем, чтобы понять – такие поцелуи обычно заканчиваются свадьбой.
* * *
Устроившись за столом в приемном зале, Дункан откинулся на спинку кресла и подмигнул Эласдару. Оба ухмылялись, вспоминая недавнюю помолвку Магнуса. Прошло чуть больше недели с той погони, закончившейся поцелуем, свидетелями которой невольно стали Дункан и Элспет, Магнус уже был так захвачен любовью, что сделал Кирсти предложение. Та приняла его, не задумываясь. Бабушка была в восторге, узнав, что Магнус хочет венчаться немедленно, чтобы вернуться в Гленран вместе с женой.
– Ей, конечно, будет не хватать малышки, но все равно она радуется ее счастью, – сказал Эласдар.
– И внучке рада, – кивнул Дункан. – Взяла с обоих обещание, что следующей весной они привезут Айрик в Далси.
– Иннис думает, что вы с Элспет останетесь здесь. Ты ей уже сказал, что хочешь вернуться в Эдинбург?
– Меня больше не тянет в Эдинбург, Эласдар. Придется съездить, конечно… Меня ждут в Тайном совете. Ну а потом надеюсь недели в две покончить со всеми делами и вернуться в Далси. Этого хочет Элспет. Да и я уже не смогу без Далси.
Кивнув, Эласдар хотел что-то сказать, но ему помешали громкие возгласы, донесшиеся со смотровой башни.
Дункан вслед за Эласдаром подошел к окну и выглянул во двор. Целая кавалькада всадников, вооруженных, в шотландских накидках, рысью скакала через простирающуюся перед замком долину.
– Фрейзеры, – прищурившись, сказал Дункан. – А с ними кто-то еще.
– Откуда Фрейзерам знать, что ты в Далси?
– Я послал гонца сообщить о том, что с Элспет все в порядке и что мы ненадолго задержимся. Но я никак не ожидал, что они здесь появятся.
– Смотри-ка, там всего лишь трое из клана Фрейзеров, а остальные… Вроде как свита… – Эласдар запнулся, тихо выругался. – Да это ж Роберт со свитой Гордонов!
– А-а… – протянул Дункан. – Теперь я понимаю, что им нужно.
Копыта лошадей уже зацокали по каменному мосту. Сердце Дункана глухо забилось. Он так надеялся, что до этого не дойдет.
Дункан с тяжелым вздохом отвернулся от окна.
Эласдар сдвинул брови:
– Понимаешь? И зачем же? С какой стати Роберту заявляться сюда со своей свитой?
– Чтобы меня арестовать, – коротко бросил Дункан.
* * *
– Тайный совет объявил тебя вне закона, Дункан Макрей! – Маленькие глазки Роберта холодно блестели из-под тяжелых полуопущенных, как у хищной птицы, глаз. Он сунул руку внутрь камзола, вытащил плотный свернутый лист и, развернув, подтолкнул через стол к Дункану. – Ты обвиняешься в том, что нарушил подписанный Фрейзерами и лично тобой мирный договор, поручителем которого являлся. Я обещал Тайному совету доставить тебя в Эдинбург. Если не пойдешь по доброй воле, мне дана власть тебя арестовать.
Ответив на эту речь хладнокровным кивком, Дункан поднял глаза на собравшихся в зале. Его жена, семья его – и Макрей, и Фрейзеры – выслушали заявление Роберта молча. Элспет стояла рядом с братьями. Лицо его было бледно, громадные глаза прикованы к мужу. В них он читал страх и неистребимую, вечную любовь.
Дункан перевел взгляд на бабушку. Какое счастье, что рядом с ней Элспет… Иннис вмиг постарела на десятки лет. Узкие плечи поникли, словно под тяжестью мировой скорби. У нее за спиной стояли его сестры, Майри и Кирсти. На лицах обеих был написан ужас. Дункан отвернулся.
Пробежав глазами несколько строчек, написанных неровным почерком, и три подписи внизу, он передал листок Эласдару, задумчиво потеребил золотую сережку.
– Не все члены совета подписали документ, – заметил он Роберту.
