— Хорошо, тогда надо собрать всех людей, сначала подкатим вагон ближе к мосту, а то из–за горы плохо видно полосу берега речки от ущелья…
Как только первые всадники неизвестного противника показались в ущелье, строители, изображая панику, бросились прочь от моста за противоположную от горы сторону насыпи. Выворачивая подковами мелкие камушки и песок на берегу реки, лошади устремились к насыпи, противник сразу начал стрелять, не прицельно, в основном с целью напугать. Несколько пуль шлепнули и по доскам «скорлупы».
— Могут не поместиться все, — Грат посмотрел на Кинта, который держал на сгибах локтей карабин и наблюдал за происходящим вдоль реки, через бойницу.
— Но они–то этого не знают, просто не успеют понять, — ответил Кинт, и посмотрев наверх крикнул Сарту, сидящему с еще одним бойцом в стрелковой ячейке, — Начали!
Сначала по нападающим грохнул залп из «скорлупы», затем с противоположного берега и следом сверху, с уступа на горе начали стрелять из револьверов двое бойцов. Огонь был настолько плотный, что противник сразу потерял в живой силе четверть бойцов. А потом раздался врыв — это Ракэ, проследив сверху, что все бойцы противника втянулись в ущелье, поджег огнепроводный шнур заряда, заложенного меж большим валуном и каменистым склоном. Взрыв, на несколько мгновений заглушил ржание лошадей, частые выстрелы и крики людей, больше похожие на истерику. Ловушка захлопнулась… Несколько бойцов противника в панике бросились в воду, надеясь что быстрые и ледяные воды реки их спасут от неминуемой гибели, но стрелки на противоположном берегу знали свое дело хорошо. Не ушел никто, а речная вода, вспениваясь на перекатах алым цветом, несла в долину, на север, кровавую весть.
— Странные они какие–то, — Ракэ присел рядом с Кинтом на ящик с инструментом у вагона, глядя, как несколько бойцов, прохаживаясь у реки, избавляют от мучений раненых лошадей, — разведку даже не выслали…
— Я тоже об этом думаю, — Кинт курил трубку и, хмурясь, тоже смотрел на десятки трупов лошадей и людей.
— А хорошо придумано — Ракэ толкнул плечом Кинта, — чья наука?
— Я так уже делал один раз, когда в северном форту служил… Устроили засаду на группу работорговцев с севера, их было две дюжины, а нас звено… главное, огонь поплотнее и не дать выскочить из ловушки.
— Кинт, — подбежал к вагону Сарт, с тряпичным свертком, — вот.
Сарт опустил на ящик сверток и развернул. Несколько кошельков выпали из свертка, Сарт вытряс монеты из одного кошелька себе на руку.
— Это что, деньги северного терратоса? — Сарт протянул ладонь Кинту.
Кинт взял несколько монет, повертел их и бросил обратно на тряпку.
— Да, это северные деньги, и немалые, в Теке их можно обменять. Отнеси в «скорлупу», поделите потом с ребятами.
— Что дальше, Кинт? — спросил Ракэ.
— Дальше, на горе постоянный пост организуй, пусть дорогу просматривают, и еще, скажи строителям, пусть берут кирки, лопаты и идите на ту сторону склона, там надо стрелковые ячейки организовать, да по хребту горы в секрете кого–нибудь оставь, чтобы не обошли.
— А обедать что, не будем? — почесал бороду Ракэ.
— Конечно, сначала пообедать, побыстрее только… не нравится мне это все.
— Кому же понравится, — хмыкнул Ракэ.
— Мне не нравится потому, что я понять причины всего этого не могу.
Причины не заставили себя долго ждать. С севера, из–за хребта выплыли три больших дирижабля. Быстро вынув из кожаного чехла на поясе подзорную трубу, Кинт встал посмотрел в их строну.
— Вот и причина… Это война, Ракэ, дирижабли военные, в сторону Тека летят.
— Дай–ка, — Ракэ взял подзорную трубу и тоже присмотрелся в сторону северных гор, — боюсь, ты прав, Кинт. И что делаем?
— Вечером придет паровоз с материалами… — сказал Кинт, а потом развернулся к Ракэ и с каменным лицом добавил, — если придет.
— Ну да… эти–то, — Ракэ кивнул на дирижабли, — в Тэке будут через пару часов.
— Если к ужину, паровоза не будет, то снимаемся и возвращаемся в Тек своим ходом… к рассвету доберемся.
Паровоз не пришел, вдалеке слышалась канонада, а западный ветер принес запах гари… Кинт собрал всех бойцов и всех строителей у вагона.
— Это не похоже на приграничные перестрелки, которые тут всегда случались, это, скорее всего, самое настоящее вторжение, захватив Тек и оседлав перевал, противник сможет беспрепятственно выйти в предгорья, на земли Акана. Надо возвращаться в Тэк, пока нам вообще не отрезали возможность вернуться.
Хозяин строительной артели, сняв шляпу, спросил:
— Те трофеи, что собрали, можно взять?
— Нужно! Берите оружие, патроны, съестные припасы… есть две выжившие лошади северных наемников, грузите запас воды и еды на них, вам они понадобятся, пешком не менее суток добираться будете, а если дороги перережут, то неизвестно насколько растянется ваше возвращение и вообще, куда придется двигаться. Мои люди будут вас сопровождать, они опытные бойцы, думаю, доберетесь…
— Я не понял, Кинт, а ты? — Сарт даже вышел из строя.
— А я скачу в Тек.
— Я с тобой.
— Нет…
— И я, — Грат тоже вышел вперед.
— Кинт, я с бойцами доведу строителей до города, а тебе одному действительно не стоит ехать, — вздохнув, сказал Ракэ.
— Я еду в Тек позаботиться о близких мне людях…
— А мы поедем с тобой, чтобы позаботиться о тебе, — перебил его Грат.
— Спасибо, — Кинт подошел к Грату и положил руку ему на плечо, — хорошо, тогда быстро собираемся, надо успеть проехать Синие скалы до темноты.
Как только позволяла неширокая горная дорога, трое всадников пускали лошадей рысью, луна то скрывалась, то появлялась из–за ползущих на восток туч… над горными вершинами то и дело вспыхивало зарево, а спустя мгновения доносились звуки канонады и далекого боя, боя отчаянного, боя очередной для терратоса и первой для Кинта войны.
Конец второй книги(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
