После отъезда Георгия Васильевича произошли события, осложнившие международное положение Советского Союза. Особенно серьезная обстановка складывалась на Дальнем Востоке. После конфликта на КВЖД в январе 1926 года последовала целая серия провокаций, инспирированных антисоветскими силами. 6 апреля 1927 года вооруженная полиция и солдаты ворвались в здание советского полпредства в Пекине, учинили погром, арестовали некоторых сотрудников. В Шанхае советские дипломаты с пистолетами в руках оборонялись от озверевших налетчиков.
Налеты на советские представительства были организованы реакционными кругами Англии. Советник английского посольства О'Малли вел переговоры с кантонским правительством, которое требовало вывода английских войск из Китая. Переговоры провалились. Англия, ссылаясь на сфабрикованные «документы», начала злобную антисоветскую кампанию, утверждая, что виновниками срыва англо-китайских переговоров являются «советские агенты».
Нелегко было в ту горячую пору без Чичерина. Может быть, чаще обычного Литвинов поддерживал связь с Центральным Комитетом партии, вносил в правительство предложения, рекомендации. Никогда не применял в своих письмах в Совнарком такие выражения, как «НКИД настоятельно просит» или «НКИД настаивает». Писал просто: «НКИД просит», «НКИД рекомендует или предлагает». Предложения Литвинова, одобренные правительством, воплощались в конкретные дипломатические акции.
19 февраля 1927 года двадцать девять членов ЦИК обратились с запросом в Президиум ЦИК по поводу злостных нападок на Советский Союз со стороны некоторых членов английского правительства и консервативных кругов. 21 февраля Литвинов выступил на сессии ЦИК с заявлением по этому вопросу. «В Англии, – сообщает Литвинов членам ЦИК, – действительно имеет сейчас место новая вспышка антисоветской кампании, которая датируется, однако, не со вчерашнего дня. Эта кампания систематически проводилась и до восстановления дипломатических отношений и никогда не прекращалась, то затихая, то вновь вспыхивая с большей или меньшей силой в моменты переживания Великобританией внутренних и внешних затруднений».
Литвинов называет инспираторов и организаторов новой антисоветской кампании. «Это, во-первых, русские эмигранты, монархисты, бывшие царские чиновники, засевшие в Лондоне, пользующиеся там своими старыми связями и покровительством английского чиновничества и даже некоторых членов нынешнего английского правительства, а во-вторых, немногочисленная, но располагающая большими денежными ресурсами группа так называемых кредиторов России, т. е. иностранных собственников национализированной Октябрьской революцией промышленности, и крупных спекулянтов, скупивших акции бежавших за границу бывших российских промышленников с нефтяниками во главе. Именно эти группы в первую очередь до сих пор продолжают наивно думать, несмотря на неудачный опыт интервенции, предпринятой Англией в свое время по их наущению и в их интересах, и других устрашительных мер, что они могут запугать 150-миллионное население Советского государства и продиктовать ему условия соглашения».
Литвинов говорит, что Советский Союз не скрывал и не скрывает своего искреннего сочувствия китайскому народу в его освободительной борьбе за независимость, но это не должно помешать установлению совершенно нормальных отношений с Англией. «Выполняя волю к миру… трудящихся масс Советского Союза в полном соответствии с такими же стремлениями широких народных масс Великобритании, Советское правительство будет и впредь следовать своей миролюбивой политике, исключающей всякую агрессивность в отношении других стран».
Жаркая весна выдалась в 1927 году. Китайские милитаристы, подстрекаемые Англией, продолжали провокации, обыски в квартирах, ограбление, избиение советских граждан. 12 мая с новой силой вспыхнул очаг беспокойства в Лондоне. Полицейские устроили налет на дом № 49 по улице Мургейт, где находился АРКОС – учрежденное в 1920 году англо-русское кооперативное общество, созданное для ведения торговых операций. И здесь обыск, грубейший полицейский произвол, а за этим – разрыв дипломатических отношений с Советским Союзом. 7 июня приходит печальное сообщение из Варшавы: убит советский полпред Петр Лазаревич Войков.
По всей стране прокатились митинги, на которых трудящиеся заклеймили позором убийцу и его покровителей. Необычайное волнение царило и в самом Наркоминделе. Комсомольцы НКИД собрались на митинг, а члены бюро комсомольской ячейки решили пойти к Литвинову за советом. Пусть он, старый член партии, скажет им, что они должны делать.
Литвинова комсомольцы застали в кабинете. Он молча выслушал взволнованные вопросы, внимательно, изучая, смотрел на их возбужденные лица. Думал, что им ответить. Вчера убили Вацлава Вацлавовича Воровского, сегодня Петра Лазаревича Войкова. Кто падет завтра от руки убийцы. Комсомольцы понимали, что творится в душе старого партийца и дипломата. Ждали ответа. И он сказал им:
– Вы дипломаты и обязаны об этом всегда помнить. Но вы и комсомольцы и не имеете права это забывать… Подумайте сами.
Комсомольцы взяли красные знамена и пошли к зданию посольства буржуазной Польши. Они шли через Охотный ряд, затем по Никитской улице и пели: «Вышли мы все из народа, дети семьи трудовой». У здания посольства они стояли молча, и ветер играл красными полотнищами над их головами. Все же они были дипломаты…
29 июля 1927 года собрался объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б), обсудивший международное положение. В резолюции пленума указывалось, что «настоящее международное положение характеризуется, в первую голову, крайне напряженным отношением между империалистической Англией и пролетарским СССР, с одной стороны, военной интервенцией империализма в Китае – с другой. Опасность контрреволюционной войны против СССР есть самая острая проблема текущего периода. Обострение противоречий между СССР и его капиталистическим окружением является главной тенденцией настоящего периода, что, разумеется, не исключает той или другой полосы некоторого улучшения отношений на том или другом фронте борьбы».
Стремлению империалистических держав создать единый антисоветский фронт была противопоставлена миролюбивая дипломатическая деятельность Советского Союза. В Женеве должна была открыться IV сессия Подготовительной комиссии к конференции по разоружению, и СССР заявил о своем желании участвовать в ней. Руководить работой советской дипломатии в Женеве Советское правительство поручило Максиму Максимовичу Литвинову.
Подготовительная комиссия была создана в конце 1925 года, СССР был вынужден отказаться от участия в трех предыдущих сессиях комиссии, проходивших в Швейцарии, поскольку правительство этой страны не дало оценку факту убийства Воровского. Теперь извинение принесено, и Советское правительство посылает свою делегацию. Глава делегации – Литвинов, член делегации – Луначарский.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
