таллинского направления два стрелковых полка 16-й сд, но не смог прорвать кольцо окружения и вывести войска 48-й и 125-й сд. После их разгрома севернее Тарту, немцы основные усилия сосредоточили в наступлении на Раквере. Выйдя к южному побережью Финского залива в районе Кунда, немецкие войска отрезали таллинскую группировку советских войск, и начали создавать предпосылки для штурма города.
Начав 20 августа наступление, немецкие войска в течение восьми дней захватили Таллин. Были ли шансы у защитников отстоять город или продлить время сопротивления под его стенами? На взгляд автора поражение было предопределено. Укомплектованным почти по штату трем с половиной немецким пехотным дивизиям противостояли ослабленные в предыдущих боях полторы советские стрелковые дивизии. Остальные соединения и части не были предназначены для ведения общевойскового боя. 22-я мсд НКВД (некоторые исследователи ошибочно называют ее просто мсд) только называлась мотострелковой и не соответствовала штатной структуре и вооружению мсд Красной армии. В лучшем случае это был стрелковый полк. Такими же по силе были 8-й пограничный отряд и 1-я особая бригада морской пехоты. Еще меньшую боеспособность имели части ополчения — Латышский и Эстонский полки. Вне сомнения это были преданные советской власти люди, но отсутствие боевого опыта, штатного вооружения и подготовленных командиров снижало их боеспособноть. Именно на фронте этих частей и произошел кризис обороны. Примерно на таком же уровне находились отряды, сформированные из моряков и командиров КБФ. В то же время в тылу (на Ханко и Моонзундских островах) таллинской группировки совестких войск находились две кадровые стрелковые бригады Красной армии. В период затишья можно было бы изъять из их состава хотя бы по одному стрелковому полку и заменить их ополченческими формированиями. Это усилило бы устойчивость советской обороны.
Другой проблемой была низкая плотность оборонительных порядков защитников Таллина. Как сказано в Полевом уставе РККА (ПУ-39): «На нормальном фронте стрелковая дивизия может успешно оборонять полосу шириной по фронту 8-12 км и в глубину 4–6 км; стрелковый полк — участок по фронту 3–5 км и в глубину 2,5–3 км…»[723] Исходя из этих нормативов можно оценить ширину основного рубежа — 160 км, промежуточного рубежа — 80 км и последнего рубежа — 40 км. Даже если предположить, что общие силы советских войск под Таллином соответствовали двум стрелковым дивизиям, то на основном рубеже обороны плотность была уменьшена в 8-10 раз. На промежуточном рубеже обороны она была меньше нормативной в 4–5 раз. В этих условиях командование вынуждено было строить оборону очаговым способом. При значительном превосходстве немцев, противник обходил районы обороны советских войск, изолировал их и затем уничтожал. Лишь на последнем рубеже почти удалось создать необходимую плотность, что позволило остановить 254-ю и 217-ю пд немцев. Однако в этих условиях угрозе прямого артиллерийского огня противника подвергались корабли КБФ, что также было неприемлемо.
Анализ неудач в боях за Таллин пытались сделать сотрудники особого отдела КБФ. В докладной записке начальника 3-го отдела КБФ дивизионного комиссара А. П. Лебедева наркому ВМФ СССР о боевых действиях КБФ от 10 декабря 1941 года, в выводах из операции по обороне Таллина было отмечено: «1. Чрезмерная оторванность штабов от частей (беспокойство о своем бренном теле), слабое знание истинной обстановки, отсутствие организации постоянной разведки сил противника;
2. Отсутствие связи с передовыми частями;
3. Панические отходы частей происходят сплошь и рядом по следующим причинам:
а) боязливого отхода штабов, в результате — потеря связи, невольное воздействие на фронт, своеобразный сигнал отхода;
б) отход, связанный с сильным минометным огнем противника и своеобразное постоянное накапливание отходящих, причем для установления порядка и устранения паники необходимо высылать работников штаба, вплоть до командиров частей, обязанных личным примером увлекать бойцов;
4. Работу разведоргана необходимо, по примеру противника, выбрасывать к передовым позициям и проводить вербовки пленных (как показывает опыт, противник вербует очень быстро, смело, с задачами уничтожать комсостав, разведывать расположение частей и т. д.), т. е. активнее использовать его же метод ведения войны»[724].
Немецкое командование, имея значительное превосходство в силах, обладало оперативной инициативой. При необходимости, в зависимости от успехов на фронте, оно меняло направление сосредоточения основных усилий. Немецкие войска обладали боевым опытом и имели развернутую систему материально-технического обеспечения. В этих условиях оперативное искусство немецкого командования не являлось главным фактором победы немецких войск в боях за Таллин.
Оценка хода боевых действий КБФ в период боев за Таллин выходит за рамки данного исследования. КБФ начал войну не так как планировал. Не было ни морских десантов, ни морских сражений. Противник навязал совсем другую — минную войну. К ней советский флот оказался не готов. Сказалась недостаточная боевая подготовка флота. Всего за первые месяцы войны, до перехода флота из Таллина в Кронштадт, было потеряно только подводных лодок — шестнадцать[725].
В то же время необходимо помнить то, что это была первая прибрежная оборонительная операция советских войск. В ней только налаживалось взаимодействие флота и армии. Впереди будут еще Ленинград, Одесса, Севастополь, Керчь и Новороссийск.
Приложения
Приложение 1
Командный состав морских и сухопутных соединений и частей, оборонявших Таллин
Командующий Краснознаменным Балтийским Флотом (КБФ) контр-адмирал В. Ф. Трибуц
Военный комиссар КБФ (до 18.07.1941) дивизионный комиссар М. Г. Яковенко
Военный комиссар КБФ (после 18.07.1941) дивизионный комиссар Н. К. Смирнов
Начальник штаба КБФ контр-адмирал Ю. А. Пантелеев
Флагман артиллерии капитан 1 ранга Н. Э. Фельдман
Начальник инженерного отдела военинженер 1 ранга Т. Т. Коновалов
Командующий ВВС КБФ (до 15.7.1941) генерал-майор авиации В. В. Ермаченков
Командующий ВВС КБФ (после 15.7.1941) генерал-майор авиации М. И. Самохин
Начальник штаба ВВС полковник Д. И. Сурков
Командир 10-й абр генерал-майор авиации Н. Т. Петрухин
Командир 61-й абр полковник А. М. Морозов
Командир 5-го иап Герой Советского Союза майор П. В. Кондратьев
Командир 13-го иап Герой Советского Союза майор И. Г. Романенко
Командир 71-го иап майор А. В. Коронец
Командир 73-го бап (до 31.7.1941) майор Ф. М. Коптев
Командир 73-го бап (после 31.7.1941) Герой Советского Союза полковник А. И. Крохалев
Командир 28-й авиабазы майор Чернышов
Командир 256-й авиабазы майор Д. В. Золотов
Командир 11-го инженерно-аэродромного батальона капитан Мочалин
Начальник ПВО КБФ генерал-майор береговой службы Г. С. Зашихин
Начальник штаба ПВО КБФ полковник Дралов
Начальник артиллерии ПВО полковник М. П. Сиводедов
Командир 3-го зап капитан Н. И. Полунин
Командир 4-го зап майор И. Ф. Рыженко
Командир 5-го зап подполковник М. П. Барямов
Командир 10-го озадн старший лейтенант Котов
Командир 14-го озадн капитан В. А-Б. Доцоев
Командир 17-го озадн капитан Т. Л. Горохов
Командир 19-го озадн (до 8.7.1941)
