Вертер успел сгруппироваться в падении, и после первого же касания пола перекатился в сторону. Тут же вскочив на ноги, он побежал и принялся стрелять на ходу. Больше, чем варп-разрядов, он сейчас боялся окружения, и потому рваными зигзагами пробивался к Гериону, расстреливая всех, кто оказывался на пути. Космодесантник без проблем пережил приземление с пятнадцатиметровой высоты и теперь с невообразимой скоростью размахивал цепным мечом, уверенно прорезая себе путь прямо к псайкеру. Вид трехметрового великана, расшвыривающего в разные стороны окровавленные ошметки тел, вызывал странную неуместную ассоциацию с триммером для кошения травы. Вертер намеревался занять позицию чуть позади него, чтобы из относительной безопасности продолжать вести огонь, но Астартес имел на этот счет иное мнение.
- Помоги остальным! - рявкнул он, и было ясно, что промедли Владислав хоть на секунду, следующий удар меча поймал бы лицом.
- Понял! – выдохнул он и снова бросился бежать.
Он с разбегу подпрыгнул вверх, в полете оттолкнулся от чьей-то головы, противно хрустнувшей под ногой, и взмыл еще выше, чтобы осмотреться. Джей и Айна пережили атаку псайкера относительно благополучно. Страховочные тросы, которые они пристегнули заранее, не дали им разбиться, сразу после спуска они вместе заняли оборону у стены, и плотным огнем выкашивали всех, кто пытался к ним приблизиться. Ранцевые батареи позволяли им вести непрерывный огонь в автоматическом режиме почти десять минут, беспокоиться не о чем.
Алисии повезло меньше. Варп-молния не только расплавила моторный блок, на котором она заняла позицию, но и пережгла страховочный трос. Панцирная броня уберегла ее от серьезных ожогов, а удачное падение на кучу тел смягчило удар, но по вывернутой ноге и безвольно обмякшей руке было ясно, что она уже не боец, а обступившие со всех сторон культисты были готовы разорвать ее на куски. Пока арбитр отстреливалась из револьвера, но от смерти ее отделял только стремительно пустеющий барабан.
Вертер в прыжке успел выпустить три луча, головы трех культистов лопнули, разбрызгивая вокруг вскипяченные мозги и осколки кости. Сбоку полыхнула еще одна вспышка, а потом раздалась череда рявкающих выстрелов – псайкер сошелся в бою с космодесантником. Оставалось только надеяться, что цепной меч, болт-пистолет и силовая броня окажутся сильнее энергий варпа. На ходу Вертер выдернул из разгрузки батарею и бросил ее Алисии. Не сбавляя темпа, он влетел в кучу культистов, стреляя в упор, круша черепа прикладом, кулаками и локтями. Те тут же переключили внимание на него, и до Владислава дошло, что хотя он сильнее любого из них, несколько десятков ему голыми руками не перебить, не осталось пространства для маневра.
- Перезаряди! – крикнул он Алисии и швырнул ей свой хеллган.
Может, она даже не услышала, что от нее требуется. Немудрено, учитывая какой гам и стоял вокруг. По крайней мере, он избавился от бесполезного в рукопашной оружия. Вертер выдернул из кобуры револьвер и потратил долю секунды, чтобы осмотреться. Изменений произошло мало. Айна и Джей продолжали бодро выкашивать культистов, и в основном благодаря им маленький отряд до сих пор не раздавили числом. Герион с воющим цепным мечом нависал над чем-то, скрытым за толпой. Вокруг него хлестали психические молнии, оставлявшие на броне глубокие борозды, но смертельных ранений он пока не получил. Очевидно, космодесантник заставил псайкера уйти в глухую оборону, не давая ему навредить остальным.
«Айна, - подумал Вертер отрешенно. – Почему не стреляет Айна? Ведь про нее говорили, что псайкеры – ее работа».
Конечно, позже он додумал, что еще живые культисты перекрывали линию огня, а ее выстрелы могли убить и брата Гериона. В бою времени думать не оставалось. Сейчас бы он продал душу дьяволу за силовые мечи, на которые давно положил глаз, но как назло варп только угрожающе скрежетал невнятные угрозы на краю сознания, и никаких соблазнительных сделок не предлагал.
- Лови! – крикнула снизу Алисия.
«Что, уже перезарядила?» - удивленно подумал Владислав.
Он протянул руку, чтобы схватить хеллган, но вместо этого его пальцы сжались на чем-то куда более тонком. Увесистом, и потрескивающем от энергетических разрядов. Силовая дубинка арбитра, вот оно что.
«Тоже неплохо».
Живая волна накатила на него со всех сторон. Мысленным импульсом Вертер отключил прицельный маркер и всю дополнительную информацию, что поставлял ему визор. Сейчас они бы только помешали. Дубинка в его руках пришла в движение, описала дугу и встретилась с головой одного из культистов. Раздался громкий электрический трех, ударная часть дубинки на секунду ярко вспыхнула и прошла сквозь кость и плоть почти без сопротивления, а большая часть черепа попросту разметалась вокруг. Вертер увернулся от летящего на него по инерции тела и прикончил еще двоих культистов. Он описывал дубинкой одну бесконечную цепь восьмерок, на пределе скорости искусственных мышц крутился вокруг Алисии, создавая одну сплошную область смерти, войти в которую означало мгновенно быть убитым. Это было не сражение, а бойня, истребление.И все же он не упивался резней, не позволял себе испытать ни капли наслаждения или даже удовлетворения. В полной мере используя скорость машинных чувств, он каждое мгновение внимательно наблюдал за своими врагами, изучал их, пытался понять их. Он пытался разглядеть в них тех людей, которые недавно заходили в этот цех, уставшие после рабочих смен, но видел только безумие. В вытаращенных глазах культистов, казалось, не осталось ничего человеческого. Перекошенные лица, покрывающая тела кровь, старые рубцы и свежие раны, капающая из ртов слюна – они в одночасье отбросили ту малость, что делала их гордыми обитателями галактической империи, и превратились в существ столь жалких и ничтожных, что их убийство уже не внушало отвращения, как казнь Деко и его подружки. Это был акт милосердия.
«Это будут свободные люди, - вспомнил Вертер строки классика. – Они полюбят вкус крови и будут радостно, с веселыми криками убивать друг друга».
Он чувствовал, как варп кипит вокруг него. Слышал, не ушами, а душой, злобный шепот существ, что люди этой эпохи называли демонами. Они ярились, изрыгали проклятия, обещая вечно рвать его душу на куски, но больше ничего сделать не могли. Вертер продолжал свой танец без конца, убивая снова и снова, но единственное чувство, которое он себе позволял, было сострадание. Он ощущал на себе взгляды культистов – почему-то восхищенные, вожделеющие. Вертер вдруг понял, что они любовались им, его движениями и учиняемым им кровопролитием. Они не просто кидались на него и Алисию, нет. Они пытались приобщиться к тому, что считали прекрасным, стать частью алого узора,
