– Так! – азартно потер руки художник-любитель в лице меня. – Сейчас зарисуем. Барон, как думаешь, какой ракурс взять? – Соединив большие и указательные пальцы рук на манер объектива фотоаппарата, я начал тщательно искать сюжет.
– А тут все неплохие, – отозвался кот, внимательно глядя на природу. – Хотя если захватишь площадку рядом с пещерой, то можешь и Огненную нарисовать, как она приземляется.
– А что, – оживился я, мысленно представляя будущий шедевр, – неплохо. Так и поступим. Эх, где тут мои инструменты… Ты засними пока все.
– Уже, – меланхолично произнес Барон, глядя на облака, проплывающие над нами. – И заснял, и составил картинку с драконом.
– В смысле?
– Смотри… – Над браслетом показался выбранный мною вид. На его фоне распахнула перепончатые крылья красночешуйчатая питомица. – Ну как?
– Барон, ты гений! – Я восторженно рассматривал все детали, стараясь запомнить и гордый изгиб шеи Огненной, и яростный огонь в ее глазах. – Так, погоди… все, можешь убирать.
Подставку я смонтировал в одно мгновение. Затем установил холст вертикально и трепетно взялся за уголек. Рука потянулась к холсту и замерла, чтобы уже через секунду вдохновенно творить эскиз будущего шедевра. Порой мне кажется, что мои руки действуют отдельно от меня. Или что-то другое руководит телом в такие моменты. Сам я погружаюсь в состояние сродни трансу, растворяюсь в том, что вижу. А потом, словно очнувшись, разглядываю все это, но уже на холсте и именно в том виде, как воспринимаю реальность сам.
Кот молчал, предпочитая не отрывать меня в моменты творчества. За это заслужил мою искреннюю признательность. Все же Барон понимал меня лучше, чем кто-либо другой. Вот что значит самостоятельная часть меня.
– Красиво, – оценил он, когда я, довольный, отодвинулся в сторону и придирчиво осмотрел свою работу. – За краски будешь браться?
– Ага, только сейчас смешаю. – На палитре уже появились новые цвета, необходимые для передачи реальной картины. Рядом стояла емкость с водой. – Теперь за дело.
Тщательно подобрав кисть, я равномерно принялся наносить краску на холст. Взгляд то и дело перебегал к настоящему небу, отмечая все переливы оттенков. Облаков практически не было, поэтому я с удовольствием взялся за синий цвет. Один из моих любимых, к слову. Прекрасно, есть где размахнуться, да и Неран с Картером постарались, подобрали мне приличное количество цветов, не говоря уж об отличном качестве краски. Простор для творчества огромен, и мне хочется передать все так, как я вижу…
С момента первого мазка и до завершения картины я постоянно ощущал отлив силы. Она собиралась вокруг моих рук и переносилась на холст, следуя за кистью. Что из этого получится – время покажет. А пока… пока я творю.
– Замечательно! – воскликнул Барон, когда я с удовлетворенной улыбкой отложил кисть и потянулся за чистой тряпкой, чтобы вытереть руки. – Знаешь, у тебя действительно редкий талант.
– Здорово вышло, – согласился я, любуясь ярким драконом, четко выделяющимся на фоне светлого неба. Чешуя светилась на солнце. Блики падали на камни, обрамляющие вход в пещеру, и преображали их в сказочные драгоценные минералы. – Сейчас еще один эскиз, и на сегодня все.
Кот кивнул и начал насвистывать нечто знакомое. Кажется, из земных мелодий.
Я потянулся за тонким листом бумаги, оставшимся еще из прежних запасов. Лист застрял, зацепившись за что-то в сумке. Опасаясь повреждения ценного материала, я задействовал обе руки. Реакции не было. Бумага по-прежнему не желала покидать свое прибежище.
– Что за дела?! – Возмущенно запыхтев, я дернул посильнее. Лист вылетел из сумки и по инерции согнулся, нависнув над Бароном. Свист внезапно зазвучал с увеличенной громкостью, а потом резко прекратился. – И что это было? – поинтересовался я, расправляя бумагу.
Кот ошеломленно моргал глазами, не реагируя на мои слова. Затем хлопнул пушистой лапой себе по лбу и воскликнул:
– Как я раньше об этом не подумал?! Ну-ка, поднеси лист ко мне. Сверху.
Я послушно выполнил указание и с любопытством стал ждать продолжения.
– Теперь слушай. – Кошачья мордочка приняла трогательно гордый вид. Подправив лапой усы, Барон с энтузиазмом замурлыкал.
К моему изумлению, звук раздавался не от браслета, а от листа.
– Что за черт?
– Это не черт, – обиделся кот, прекратив издавать звуки. – Это то, что нам поможет.
– ?
– Больше проблем со связью не будет, – торжественно пообещал Барон. – Щас немного усовершенствуем конструкцию и вуаля! Прибор готов.
– Я говорил, что ты гений? Нет, не так, ты – Гений! Вундеркинд!
Зеленые глаза кота загорелись довольным огнем.
– Приятно, когда тебя ценят, – промурлыкал он, жмурясь. – А теперь спускайся. Займемся делом. Только лист береги.
– Угу! Погоди, нужно дождаться, когда высохнет краска.
Через полчаса я со спокойной душой укутал холст с готовой картиной в специально приготовленную ткань (друзья позаботились и об этом), после чего аккуратно упаковал в мешок. Краски, кисти и прочее уже лежали там. Закинув вещи на спину, я осторожно принялся спускаться. Только на этот раз Барон не ворчал о бесполезном риске, а, наоборот, блаженно расхваливал такую замечательную идею, как порисовать на свежем воздухе и обязательно на большой высоте. Мое насмешливое хмыканье кот предпочел не услышать.
Когда я оказался на площадке, компьютер принялся командовать. По его указке мне пришлось найти несколько веточек, отколупать приличное количество смолы с дров, принесенных Огненной, развести огонь, чтобы растопить эту смолу, и соорудить из полученного нечто вроде каркаса пирамиды с листом бумаги, прилепленным на основание. Плотно так прилепленным.
– Отлично, – оглядел полученный результат Барон. – Теперь остался последний штрих. Вернее, предпоследний, но об этом позже. А сейчас выколупай из меня один камешек.
– Чего? – Сказать, что я удивился, – это ничего не сказать. – С ума сошел?
– Делай что говорят. Ничего со мной не случится.
Пришлось поддаться на уговоры кота и вытащить из браслета маленький синий камешек, расположенный с краю от экрана. К удивлению обоих, серебро тут же зарастило оставшийся «кратер». Правда, за счет уменьшения длины самого браслета.
– Однако! – хмыкнули мы с Бароном в один голос.
Камешек пришлось прилепить на вершину пирамиды. Продукт совместной работы прошел проверку и получил вердикт: годен.
– Только непрочный, – огорченно вздохнул я. – Но, надеюсь, Неран будет относиться к нему бережно. Сколько времени?
– Гм, четыре часа пополудни, – отрапортовал кот. – Скоро вернется Огненная. Тебе стоит поесть. В храм лучше прибыть заранее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
