Читаем без скачивания Зеленый омут - Наталья Солнцева

– Мне?! – Сергей не знал, плакать ему или смеяться. Что с ним происходит в последнее время? Может быть, он сошел с ума, и ему все это кажется? Или снится? Обитель, Лида, Старец, божок?.. Ему стало дурно.

– Вам, – подтвердил Старец как-то печально.

– Но…почему мне?

– Я и сам не знаю. – Пахомий поднял глаза к потолку и вздохнул. – Я ждал вас, чтобы передать ее. Теперь она ваша. А я, наконец, свободен!

– Нет! – Горский решил, что с него хватит сюрпризов. Ни к чему хорошему это до сих пор не привело. Значит, нет оснований думать, что дальше будет по-другому. – Оставьте статуэтку себе!

Он сказал то, чего Пахомий больше всего боялся. «Посланник» не хочет брать фигурку! Как с этим справиться? Не заставлять же его силой, в самом деле?

– Не могу, – ответил Старец. – Я должен передать божка вам. Разве вещь вам не нравится?

И тут Сергей оцепенел. С самого начала, как только Пахомий достал фигурку, что-то неясное, тревожное шевельнулось в памяти, и пропало. И только сейчас…Как он мог забыть? Выставка Артура! «Натюрморт с зеркалом», на котором он увидел изображение своего медальона! Там был такой же божок, похожий на Будду. Во всяком случае, почти такой же. Ну, конечно!

Он схватил статуэтку и начал ее рассматривать, совсем по-другому, все больше убеждаясь, что она очень похожа на ту, с картины.

Старец понял, что «посланец» взял фигурку и теперь уже от нее не откажется. Что-то произошло в его сознании. То, что должно было свершиться, свершилось. Пахомий отвернулся к иконам и начал молиться, благодарить Бога за то, что обрел долгожданную свободу и больше его ничего здесь не держит.

Старик настолько глубоко погрузился в себя, что не слышал обращенных к нему вопросов Горского, не видел ничего вокруг. Он ушел в свой собственный мир, свободный и легкий, лишенный многолетнего груза ответственности, окунулся в его блаженную безмятежность.

Сергей понял, что больше ничего не добьется от Старца: тот его попросту не замечает. Подчиняясь внутреннему чутью, он положил божка в рукав и вышел из кельи Пахомия.

Брат Анисим проводил его долгим подозрительным взглядом и поспешил следом. Только во дворе он отстал и направился в трапезную за ужином для Старца. А Сергей пошел к себе, отмахиваясь от Вассиана, которому не терпелось узнать, зачем святой Пахомий желал видеть его нового друга.

У Горского не было настроения разговаривать. Ни с кем. Разве что только с Лидой. С ней он, пожалуй, поговорил бы. Но она уехала в село, к бабе Наде, помогать ей ухаживать за больным дедушкой Ильей. Сергей почувствовал, что ему не хватает ее тихого и нежного присутствия. Именно тихого и нежного, как вечерний ветерок после жаркого дня.

Потом, уже у себя в келье, он как следует рассмотрел «Будду» и поразился: вещь действительно уникальная и стоит кучу денег. Но дело даже не в этом. Что-то связано с этой фигуркой! Не зря же Старец дал ему божка? Не зря же Артур изобразил фигурку на своей картине? Эти вещи – флорентийский медальон и восточный божок, – оказались у него, Сергея Горского, не случайно. Тогда зачем? А затем, чтобы…

Чтобы что ?..

У него разболелась голова, а ответа на вопрос он так и не получил. Да и кто мог дать ему этот ответ?

Сергей уснул, и во сне к нему пришла женщина, очень похожая на Лиду. Только совершенно по-другому одетая: в длинном платье из желтой парчи и бархата, зеленого, как изумруд. Волосы у нее были длинные и светлые, как у Лиды, украшенные тонкой золотой сеточкой, а глаза – словно озерная вода в солнечный день…

Над Москвой стояло морозное утро. Высоко в небе клубились розовые облака. Вертикально вверх уходили дымы. Бульвары утопали в сугробах. Снег визжал под ногами прохожих.

Сиур отвез Тину и теперь ехал на встречу с Вадимом. Они думали, как устроить западню для неизвестного или неизвестных им противников.

На одном из поворотов Сиур заметил темно-синий «джип», точно такой же, о котором ему рассказывал Влад. «Джип» пристроился с ним в один ряд и не отставал, несмотря на интенсивное движение. Сиур увидел, что впереди образовалась огромная пробка, и впервые обрадовался этому.

– Черт! Сейчас я посмотрю, что ты за птица! – сказал он сквозь зубы, убедившись, что «джип» остановился впритирку сзади него.

По всему выходило, что автомобили застряли здесь надолго. Это оказалось как нельзя кстати. Неожиданно водитель «джипа» приоткрыл дверцу. Этого оказалось достаточно, чтобы Сиур выскочил из машины, в два прыжка преодолел расстояние между машинами, со страшной силой рванул дверцу, так что насмерть перепуганный водитель едва не вывалился на грязный от песка и соли, разъезженный асфальт.

Паренек в куртке, из-под которой выглядывал свитер канареечного цвета, вытаращил круглые от страха глаза. Он даже не сопротивлялся.

– Т-тебе чего, м-мужик? – выдавил он трясущимися губами. – Д-денег нет. Тачка не моя.

Сиуру стало слегка досадно, а потом смешно. Он разжал руку, и паренек еле устоял на трясущихся тонких ногах.

– Извини! – он похлопал водителя подозрительного «джипа» по хлипкому плечу. – Обознался!

– Ну, т-ты даешь! – паренек все еще заикался от страха, не веря, что так легко отделался.

Автомобили тронулись, и Сиур вернулся в свою машину, улыбаясь. Да, так можно дойти до маразма! Вадим прав: преследователем быть лучше, чем преследуемым. Оно и достойнее, и безопаснее.

Вчера Сиур получил письмо от Таисии Матвеевны, бабушки Элины. Она жаловалась на плохое здоровье: давление замучило, головные боли. По ночам почти не спит, все разговаривает с Элиночкой. О жизни, о любви, об Алеше…

– «А внучка как будто все знает: и что Лешенька женился, и про мои болезни. Хорошо нам с ней беседовать. Ночь в окно глядит, сад стоит весь в лунном серебре…

Очень меня взволновало Ваше сообщение, что есть под Харьковом девушка, очень похожая на Элину. Хоть мое здоровье совсем пошатнулось, но я обязательно поеду с Вами, чтобы увидеть эту немую девочку. Сердце мне подсказывает, что моя дорогая внучка жива. Может быть, я перед смертью еще ее увижу!»

Сиур решил, что встретит Таисию Матвеевну в Москве, а отсюда они вместе поедут в Харьков. Поездка так или иначе необходима. Прежде всего, в деревню, где жила Алена Горская. Ведь не зря же ездил туда Артур Корнилин?! Что-то есть в этой глухой лесной деревеньке! А потом он повидается с Сергеем в обители. Теперь, когда его жена погибла, он, возможно, будет откровеннее.

Смешанный лес, темно-зеленый, черный на фоне лилового рассвета, стоял сплошной стеной. Электричка из Харькова приходила рано утром. На пустой перрон вышли немногочисленные пассажиры, ежась от холода, спешили, кто куда.

Сиур посмотрел расписание автобусов. Ждать рейса придется довольно долго на пронизывающем осеннем ветру. Таисия Матвеевна молча смотрела в даль, ей было все равно, чем и как они поедут. Она пребывала в том особом состоянии духа, которое называется предвкушение. Спустя несколько часов она увидит оплаканную и все-таки живую Элиночку, или незнакомую, чужую девушку, просто очень на нее похожую. Такое бывает. Есть удивительно похожие друг на друга люди! Двойники. Она даже как-то смотрела про них телевизионную передачу.

– Поедем машиной? – спросил Сиур. Он уже переговорил с частником, который согласился подвезти их в село.

Таисия Матвеевна вынырнула из своих дум, кивнула. Ее пальто со старомодным норковым воротником делало ее похожей на сельскую учительницу. Впрочем, она действительно всю жизнь проработала учительницей русского языка и литературы.

Водитель, молчаливый тучный мужчина средних лет, привез их довольно быстро. Дороги замерзли, грязи не было, и вскоре показались огороды и заборы, из-за которых торчали голые деревья, побеленные домики.

Таисия Матвеевна с любопытством оглядывалась. Большой дом бабы Нади на самой окраине выделялся красивым добротным забором, высокой крышей.

– Какой дом! – восхитилась она.

– Нам как раз сюда. – Сиур расплатился с водителем и помог Таисии Матвеевне выбраться из машины. Ему нравилась эта старая женщина, полная огромного внутреннего достоинства, сильная и чистая, не утратившая светлых идеалов и способности мечтать.

– Как у вас с аппетитом, Таисия Матвеевна? – спросил он, увидев из трубы над домом дым столбом. Баба Надя, вероятно, стряпает. Ну да, скоро обедать пора!

– Плохо, – улыбнулась женщина. – А почему вы меня об этом спросили?

– Хозяйка нас ждет гостеприимная не в меру. Может уморить угощением!

– Уморить угощением? Как вы интересно сказали!

– Еще интереснее это выглядит в натуре. Скоро сами увидите!

Баба Надя ждала гостей. Ей сообщили, что приедет знакомый Сергея и привезет бабушку Леси. То есть, это еще неизвестно, бабушка она ей, или нет. Надо ей с Лесей увидеться.