Читаем без скачивания Хит - Тара Мосс

— Правда? Я свободен? — Казалось, Симон был удивлен.

Симон Астон не обратил внимания на то, что красная лампочка на видеомагнитофоне не горела. Его признания не существовали, и сержант Хант сделал все возможное, чтобы никто не услышал слов Симона относительно причастности Дэмиана Каванага к этому делу.

Все было обставлено так, будто Симон убил девушку и замел следы. И действовал он в одиночку.

ГЛАВА 68

Симон Астон возвращался к себе в Тамараму в состоянии ступора. Он был сам не свой, и в его жизни все перевернулось.

Он активно сотрудничал с детективом Хантом. Рассказал в полиции все, что знал, и ему до сих пор не верилось, что его отпустили. Симон собирался и дальше помогать следствию, чтобы все поняли, что он не виноват. Он был вынужден заниматься этим. Но он чист.

Любой другой на моем месте поступил бы точно так же.

Симон был готов к тому, что на некоторое время они с Дэмианом расстанутся. Дэмиан сказал, что его отсылают к невесте в Париж на неопределенный срок и что отец лишил его ежемесячного содержания и закрыл его личные счета. Теперь денег на вечеринки не было. Не было денег и на шалости. Джек Каванаг собирался строго контролировать жизнь Дэмиана и даже пригрозил сыну, что заставит его зарабатывать на жизнь каждый доллар. По крайней мере, в ближайшее время. Симон надеялся, что наказание Дэмиана будет недолгим. Возможно, уже через пару недель или пару месяцев Дэмиан позвонит ему, и все будет, как прежде. Симон даже не представлял себе, сколько сможет просуществовать без Дэмиана — без его важных связей и денег, — ведь у него самого за душой ничего не было.

Когда все утихнет, Дэмиан позовет меня. И мы снова станем друзьями…

Симон потер глаза: он очень устал. После той злосчастной вечеринки ему даже не удалось сомкнуть глаз, да и вообще с тех пор, как он нанял Уорвика и все пошло кувырком, ему довелось поспать всего несколько часов. Слишком большой стресс для его организма. Симон поднялся по лестнице и зашел на кухню. Оглядел полки шкафов. «Кайлуа». Он открыл бутылку и отпил прямо из горлышка. Это должно снять напряжение. Он отчаянно нуждался в этом.

А теперь спать.

Он сделал еще один глоток, более внушительный. Алкоголь резко ударил в голову. Расслабиться просто необходимо.

Что такое?

Из соседней комнаты донесся какой-то шум. Раздался грохот, а потом звон стекла. Озадаченный Симон отставил бутылку с ликером и вышел из кухни.

Он даже не успел среагировать.

Лютер Хэнд действовал быстро и бесшумно.

Он сделал петлю, закрепил ее на хрустальном канделябре, прикрепленном к стене, и в одно короткое мгновение накинул веревку на шею Симона Астона, затянув узел.

— Что? — успел прохрипеть Симон, прежде чем был сбит с ног Лютером.

Симона с силой тянули вперед, и, когда веревка на миг ослабла, он упал на колени, сплевывая и жадно глотая воздух. Лютер привязал веревку к перилам, создавая эффект рычага. Следующим рывком он сдернул Симона с лестничной площадки, и тот полетел вниз по ступенькам. Симон отчаянно боролся, пытаясь ослабить петлю, чтобы вдохнуть воздуха. Лютер отрегулировал натяжение веревки и просто ждал.

Удар.

Удар.

Симон бил ногами об стену, пытаясь нащупать опору.

Он сопротивлялся недолго.

Вскоре его голова повисла, а изо рта высунулся язык.

Эта экзекуция принесла Лютеру Хэнду особое удовлетворение. За годы своей карьеры он отнял немало жизней; он убивал людей, совершенно ему незнакомых, а кто-то из жертв вызывал у него симпатию. Но этот тип был паразитом. Он вызывал лишь раздражение. Лютер очень обрадовался, когда позвонил его клиент с американским акцентом и сообщил, что Симон Астон отныне в списке. Лютер так ждал этого часа.

Он склонил голову набок и с удовольствием смотрел, как Симон болтался в петле.

Хорошо.

Лютеру он гораздо больше нравился мертвым.

Итак, свидетели были устранены. Симон Астон больше не будет рассказывать сказки об отпрыске Каванага — ведь он покончил жизнь самоубийством. Видеозапись была в руках полиции, но это уже не имело значения. Ни один суд не примет ее в качестве доказательства. Всю вину свалят на Симона Астона. А мертвые, как известно, молчат.

Макейди Вандеруолл уже не фигурировала в его списке. Ее посчитали слишком опасной мишенью — ведь она была тесно связана с полицией — и оставили в покое. Во всяком случае, пока. Воскресные газеты пестрели фотографиями ее эффектного побега из дома Каванагов, когда она неслась по саду в своем длинном платье, босиком. Симон Астон — наркодилер, который долгое время ловко дурачил невинных Каванагов, но под гнетом собственной вины покончивший жизнь самоубийством, — на вечеринке угрожал ей нелегально приобретенным оружием.

Концы были надежно спрятаны в воду.

Задание выполнено.

ЭПИЛОГ

— Энди, ты что, шутишь?

— Мак…

— Почему Дэмиан Каванаг не арестован? Почему ему позволили покинуть страну? Существует видеозапись, он снят стоящим над трупом девушки, и ее волосы были найдены в их доме. Я видела это собственными глазами! Любого другого давно бы уже задержали на основании таких улик.

— Мак, успокойся. — Голос Энди по телефону казался совсем далеким. — Иногда не все так просто. Нужно время.

Это неправильно. Так не должно быть.

Следствием было установлено, что Симон Астон, возможно по неосторожности, убил неизвестную девушку в доме Каванагов, после чего нанял киллера для устранения Меган Уоллас, оказавшейся случайной свидетельницей. Всю вину свалили на Симона, и теперь, после его самоубийства, уже никому не суждено было услышать правду.

Одна только Эми была уверена в причастности к этому делу Дэмиана, но и она, к сожалению, оказалась мертва. Еще одно самоубийство. Ее мертвое тело было обнаружено на полу в кухне ее дома, рядом скулил щенок — видимо, подарок возлюбленного. Причиной смерти назвали передозировку наркотиков. А Симон напился и повесился на канделябре.

Теперь в живых не осталось никого, кто мог бы бросить тень на Каванагов. Все сложилось на редкость удачно. А высшие чины полиции явно не хотели рассматривать потенциальную связь Дэмиана Каванага со смертью тайской девушки в результате передозировки наркотика и убийством Меган Уоллас. Волосы, найденные на полу спальни в доме Каванагов, были идентичны волосам девушки с помойки. Разве этого было недостаточно для возбуждения уголовного дела?

Через своего высокооплачиваемого адвоката семья Каванагов выразила «глубокое сожаление по поводу несчастного случая, произошедшего в их доме», о чем они, конечно, не знали. Покойного Симона Астона они считали другом семьи, но не близким. Разумеется, никто и не предполагал, какими махинациями он занимался. Адвокат уверял, что сын Каванага, Дэмиан, даже не подозревал о противозаконной деятельности своего приятеля. Опрос гостей той вечеринки мог бы растянуться на долгое время и, вероятнее всего, не дал бы никаких результатов. Дело сочли бесперспективным.

Это неправильно.

Стоило ли удивляться, что клиент Мак, Роберт Грубелаар, так беспокоился, чтобы нигде не упоминалось его имя. Если бы Каванаги узнали о том, что он инициировал расследование, еще неизвестно, какими последствиями это обернулось бы для него самого и его бизнеса.

Макейди раздраженно покачала головой. На душе было тяжело.

Утешало только то, что Тобиаса Мерфи выпустили из-под стражи. Ведь Симон успел признаться детективу Ханту в том, что нанял киллера по имени Уорвик ОʼКоннор для убийства Меган Уоллас. ОʼКоннора пока не поймали. Что до Тобиаса, то он просто оказался не в том месте и не в то время, явившись к кузине за деньгами в очередной четверг. Хотя он и пережил тяжелую утрату, и никто уже не мог заменить ему сердобольную сестру, благодаря аресту, вполне возможно, он остался жив. Теперь, в соответствии с программой реабилитации, Тобиас получал необходимую помощь; что гораздо важнее, он наконец возобновил общение со своим биологическим отцом, Кевином, и собирался переехать жить к нему…

— Только представь, что могло произойти, — говорила Мак в телефонную трубку, глядя через окно на тихую улицу. — Бедный мальчик отправился бы в тюрьму за преступление, которое не совершал.

Для нее было совершенно очевидно, что сержант Хант и полиция не собираются прижать к стенке Дэмиана Каванага. В силу причин, которые она отказывалась понимать и принимать, они лишь изображали бурную деятельность.

— Не торопись обвинять полицию, Мак, — защищал коллег Энди издалека. — Ты же знаешь, не всегда все так просто. Никто не смог бы доказать, что на видео именно Дэмиан.

Мак покачала головой. Это все отговорки.