Местность вокруг стадиона была почти безлюдна. Трейси увидела множество закрытых киосков, из тех, в которых продают туристам всякую дрянь во всех широко посещаемых местах Европы. Очевидно, реставрационные работы будут вестись месяцы, если не годы. Некоторые прохожие пересекали площадь рядом с главным входом, но все проходили мимо, спеша домой после работы. Никто не обращал внимания ни на Трейси, ни на стадион. Никто не фотографировал и не выглядел как турист, кроме Трейси, конечно.
На стенах древнего сооружения пестрели таблички «Закрыто», и между покосившимися деревянными столбами была криво натянута желтая строительная лента. Но никаких усилий, чтобы воспрепятствовать проходу любопытных, не прилагалось.
«Как это отличается от Штатов, – подумала Трейси. – Такое место должно быть недоступно для посторонних и снабжено сигнализацией, чтобы никто не мог проникнуть туда».
Она обошла сооружение по периметру, выглядывая камеры видеонаблюдения. Но ничего не нашла. Это место встреч было и живописным, и уединенным. Трейси все больше убеждалась, что именно там ее будет ждать Купер.
По правде говоря, Трейси было нехорошо, ее немного трясло. И все от нервов. И это была не ознобная дрожь, которую она привыкла испытывать перед работой, не благословение – необходимый прилив адреналина, который только укрепляет решимость и обостряет реакцию. Сейчас она боялась лишиться сил.
Жизнь Джефа может зависеть от того, что произойдет сегодня. От того, как она справится с Купером. А сама она не знает, чего ожидать. Если верить Жану Риццо, Купер – садист и безжалостный убийца. Но она не могла отделаться от своего представления о нем как о человеке слабом и жалком. Она никогда не забудет тот день, когда Купер пришел к ней в луизианскую тюрьму. Вялый подбородок, дергающийся нос и широко поставленные бегающие глазки придавали ему вид полевки или другого мелкого грызуна. Она вспоминала маленькие женственные руки и с трудом представляла, как они душат взрослую женщину или могут одолеть Джефа.
И все же теперь она знала, что Купер сделал и то и другое. Ее страх вернулся.
В тот день, в тюрьме, Трейси его недооценила. Неверно поняла его намерения и огромную власть, которую он имел над ее жизнью и будущим. Сегодня ночью она не совершит такой ошибки.
К половине девятого площадь совершенно опустела. Редкие фонари светили тускло, а прожектора на стадионе были отключены. Осторожно пробираясь в полумраке, Трейси огляделась, прежде чем скользнуть под строительную ленту и подойти к главному входу.
Здесь было довольно красиво. Каменные колонны по обе стороны входа были украшены изысканными мраморными барельефами. Два бюста Гермеса на пилястрах были увенчаны вазами, изображениями пальмовых ветвей и еще чем-то, что, на взгляд Трейси, казалось булавой или крайне неприятно выглядевшим оружием с шипами. Создавалось впечатление, что все было высечено только вчера. Она не представляла, каким образом все это так хорошо сохранилось без соответствующей защиты и посреди оживленного города.
Неожиданно земля словно ушла из-под ног, и Трейси очутилась в гигантском сооружении.
Она обошла его по периметру. Скамьи из цельного мрамора, некоторые с ножками в форме львиных лап, располагались в четырнадцать рядов по кругу. Спускаясь между пустыми белыми рядами, Трейси испытала неприятное чувство, словно оказалась в каком-то сверхъестественном, полном призраков месте. Она, казалось, была полностью отрезана от внешнего мира. Очутилась в другом измерении, застывшем пространстве и времени.
В центре арены Трейси остановилась и замерла, давая глазам полностью привыкнуть к полумраку. Купера здесь нет. И никого нет.
Но она сказала себе, что еще рано. Ей была невыносима мысль, что она выбрала не тот амфитеатр. Что Джеф находится в другом месте, надеясь против всех надежд, молясь о спасении. Ожидая ее.
Она уже хотела крикнуть в темноту, но передумала.
«Купер хочет встретиться со мной. Просил прийти. Если он здесь, сам найдет меня».
И тут прямо перед собой она увидела отверстие. До этого она его не замечала, потому что оно было скрыто в тени. Но теперь разинуло уродливую пасть поджидавшего монстра. Нечто вроде туннеля или пещеры шло под ярусами скамей.
Подвал? Ход, выводящий наружу? Или ведущий в подземелье?
Ладони разом вспотели. Во рту пересохло. Она сунула руку в карман, сжала пистолет. И вошла в туннель.
Здесь было темно, хоть глаз выколи. Туннель оказался у́же, чем на первый взгляд, – если раскинуть руки, можно коснуться стен.
Медленно, как слепая, она стала продвигаться вперед, ощупывая ногами все неровности и ямки.
«Если туннель разветвляется, куда идти?»
Мысль о том, что она может заблудиться, застрять здесь, в темноте, наполнила ее почти безумным страхом. И тут Трейси вспомнила о телефоне. Как она могла о нем забыть?!
Она остановилась, достала мобильник и включила. В тот момент, когда экран ожил, Трейси ослепил его свет, и она сразу увидела, что туннель очень короткий и нужно пройти всего несколько футов. Потом он переходил в длинный коридор, из которого можно было пройти и налево, и направо. Бросив взгляд направо, она увидела брошенное оборудование, в том числе небольшую цементомешалку и пару пневматических перфораторов.
«Должно быть, реставрируют именно эту часть. Удивительно, что они не запирают все это или не забирают на ночь домой. Всякий может проникнуть сюда и их украсть».
– Здравствуй, любовь моя.
Она повернулась на голос.
Дэниел Купер с омерзительной улыбкой, освещавшей его бледное лицо, стоял всего в нескольких дюймах от нее. Трейси хотела закричать, однако Купер оказался проворнее и, зажав ей рот рукой, притиснул ее к стене. Трейси попыталась потянуться за пистолетом. Но Купер с ужасающей ловкостью вывернул ей руку, отнял оружие и прижал дуло к ее виску:
– Не сопротивляйся, дорогая. – Обдавая ее шею и ухо горячим дыханием, он сунул руку под ее майку, сильно сжал грудь и ущипнул сосок. – Ты ждала этого так же долго, как и я.
Телефон Трейси со стуком упал на пол. Свет погас.
Жан Риццо поселился в пансионе в центре города, с видом на городские стены, и схватил телефон при первом звонке:
– Что-нибудь новое о Трейси?
– Нет, сэр. Пока нет. Но местной полиции доложили о каких-то беспорядках за городскими стенами, в небольшой деревушке.
– Что за беспорядки?
– Кто-то кричал, сэр. Туда послали двух человек.
– И?
– Ничего не нашли. Возможно, убили дикого зверя. Кто-то испугался.
Жану не терпелось поехать и посмотреть самому. У него не было других следов, а так, по крайней мере, хоть какое-то дело. Но если Трейси встречается с Купером в Пловдиве, а он пустится искать ветра в поле…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
