и ты это знаешь. Если у тебя есть чувства — не игнорируй их. Кто знает, может, это окажется взаимно.
— Нет у меня к ней чувств! Она меня раздражает! — разозлился Денис. — Эти двое стоят друг друга, и я желаю им счастья.
— Если она так безразлична тебе, то почему ты тратил столько времени на тренировки?
Денис оставил этот вопрос без внимания — какой смысл спорить с этим упрямцем? К счастью, они дошли до полуовальной решётчатой двери, и вскоре Томасу стало не до этого. Их встретил бородатый тюремщик с густыми нахмуренными бровями, похожими на две непослушные гусеницы. С противным скрипом он открыл двери и пропустил их.
Шаонцы оказались на посту, блекло освещённом магическими факелами. В глаза бросался небольшой столик и пара жёстких табуретов для охраны. Местами на полу и стенах проглядывалась зелёная плесень. Под ногами хрустела каменная пыль. Денис обвёл помещение неприязненным взглядом — именно таким он его запомнил.
У входа в туннель с тюремными камерами, как по струнке, стояли два стражника. Тюремщик жестом приказал им открыть дверь. Пока один из них возился с ключами, Томас обратился к тюремщику:
— Как там наш пленник?
— До сих пор что-то темнит! — хриплым басом отозвался тот. — Госпожа Флейн уже ждёт.
Наконец, стражник отыскал нужный ключ в связке ключей и открыл решётчатую дверь. Томас и тюремщик первыми двинулись в тёмный туннель. Денис чуть помедлил прежде, чем шагнуть следом. Амалинда и Кирилл замыкали шествие.
До ушей долетели приглушённые мужские вопли. Денис невольно поёжился. В висках стучала кровь. Сердце забилось в два раза быстрее. Он хорошо запомнил эти звуки. Они до сих пор иногда снятся в кошмарах.
Тюремщик вывел их в широкий коридор и решительно направился к одной из камер. Воздух оказался пропитан запахом пота и канализации. Помимо этого здесь витал аромат смерти, пробирающий до мурашек.
Томас решительно зашёл в камеру. Денис, Кирилл и Амалинда застыли на пороге. Глазам практикантов предстало ужасное зрелище — пленник стоял на коленях в дальнем конце камеры, прикованный к стене цепями. Его голова со спутанными сальными волосами опущена, но вовсе необязательно видеть его лицо, чтобы испытать смесь ужаса и сочувствия. На оголённом по пояс теле кровоточили свежие порезы, темнели старые рубцы и огромные гематомы. Запёкшаяся кровь смешивалась со свежей. Следы грязи виднелись не только на коже, но и на штанах, потемневших от испражнений. На правой руке не хватает одного пальца — обрубок небрежно перевязан какой-то грязной тряпкой. На исхудавшем теле можно пересчитать все рёбра. Грудь пленника тяжело вздымалась. Казалось, он вот-вот задохнётся.
Кирилл и Денис невольно отводили взгляды. Этот чужак даже близко не похож на того нарзенца, под мечом которого Романов едва не погиб в Бриллиантовой долине. А ведь он пробыл здесь чуть больше недели. От этого зрелища и ужасного запаха к горлу подступала тошнота. Амалинда брезгливо поморщилась, но неотрывно смотрела на пленника. Рядом с ним стоял мужчина с закатанными по локоть рукавами. В руке он сжимал плеть. А Таисия Флейн нетерпеливо мерила шагами камеру.
— Господин Верховный наставник, наконец-то Вы пришли! — обрадовалась госпожа Флейн, но по тону это было незаметно.
Томас медленно прошёл в глубь камеры. Денис заметил, как сильно напряжены его плечи, но в голосе напряжение отсутствовало.
— Вы смогли его разговорить? — с надеждой задал он вопрос.
Госпожа Флейн с презрением покосилась на пленника. На её руках красовались белоснежные перчатки без единого намёка на грязь. Денис почему-то захотел сравнить её с правящей династией макоров — воздействует на других чужими руками. А сама при этом остаётся белой и пушистой.
— Он сказал, что будет говорить только с Вами! — бесцветным голосом сообщила Таисия. — Прошу прощения, что Вам пришлось увидеть всё лично! Будь у меня больше времени, он обязательно заговорил бы.
— Не сомневаюсь! — прокомментировал Томас и обратился к пленнику. — Моё имя Томас Блэйк! Я Верховный наставник клана Шаонэ. Если расскажешь нам всё, что знаешь, я распоряжусь прекратить твои истязания.
Услышав его голос, колдэрец медленно поднял голову и измученно уставился на него с глубоким презрением. Его левый глаз оказался повреждён — превратился в однородное месиво и немного загноился. Второй глаз отёк и открывался только на половину.
— Горите в огне, сволочи! — прохрипел пленник и сплюнул слюну со сгустками крови.
Госпожа Флейн кивнула крупному мужчине с плетью, и он со всей силы ударил колдэрца по туловищу, со свистом рассекая воздух. От душераздирающего вопля сердце ушло в пятки. Денис боялся представить во что превратилась его спина, и сколько ударов плетью ему уже пришлось перенести. Патрульный отвёл взгляд в сторону, борясь с желанием заткнуть уши.
Томас не шелохнулся. Спустя ещё два удара медленно поднял руку, призывая шаонца остановиться. Окровавленная плеть опустилась в пол.
— Я не могу, она убьёт меня… Я покойник… — сдавленно простонал пленник. По его подбородку стекала слюна. А кровь на щеках разбавилась солёными слезами. Тяжело дыша, он покосился на Верховного наставника полуоткрытым глазом. — И ты тоже…
— Если не начнёшь говорить, то точно станешь покойником! — с отвращением выпалила госпожа Флейн.
Томас жестом попросил её не вмешиваться и подошёл ближе.
— Зачем ты хотел меня видеть, если не собираешься говорить? — почти мягко спросил он.
Как только глава клана сделал ещё один шаг, пленник вдруг резко дёрнулся вперёд и попытался проткнуть его чем-то острым. Цепи не позволили дотянуться, а в следующую секунду мужчина с плетью потянул его назад. После нескольких ударов в живот колдэрец выронил импровизированное оружие. Таисия подняла его двумя пальцами и направила к свету. Это оказался обломок ножа. Лезвие туповато, но при желании можно покалечить.
— Ты знаешь на кого пытался напасть, урод?! — прорычала женщина, глядя на пленника сверху вниз.
— Убейте меня! — прохрипел нарзенец, натягивая цепи до предела. — Я подвёл свою госпожу… Она этого не простит…
— Чтобы избавить тебя от страданий? Нет уж! — хищно улыбнулась госпожа Флейн. — Ты будешь жить и будешь страдать. А когда начнёшь подыхать от потери крови, я приглашу в твою камеру лекарей, чтобы подлечили. И затем начнём всё с начала!
— Ты чёртова сука! — завопил пленник, изрыгая ненависть. — Ты сдохнешь, вы все сдохните! Как только Император придёт за вашей землёй.
— Пусть попробует! — холодно отозвалась Флейн.
— Нет, вы не понимаете! Времени мало… Какой сегодня день?
— Четверг.
На мгновение замолчав, пленник вдруг расхохотался, превратившись в настоящего безумца.
— Сегодня всё начнётся! — в предвкушении сообщил он.
— Вторжение? — напряжённо уточнил Томас.
Нарзенец мотнул головой, стряхивая мешающиеся волосы. Губы изогнулись в широкой улыбке, продемонстрировав несколько отсутствующих после пыток
