в её русле гидроэлектростанция. Именно через него их провёл Али, когда они впервые прибыли сюда. Там же располагалась одна из посадочных площадок для летательных аппаратов. Пока ничего не говорило о том, что этот ход известен атакующим их войскам Камаан ке Сена. На данный момент они продолжали упорно штурмовать главы два входа в «Колыбель».
Четвёртый и последний выход из комплекса, представлял из себя длинный тоннель, выходящий на юг на другую сторону горы. Он пока ещё тоже оставался в безопасности, но, кто знает надолго ли это.
— Вас понял, — быстро отозвался тот и переключился на канал связи с отрядом. — Так, внимание. Нам приказано оборонять второй выход из комплекса. Нужно выиграть время на то, чтобы люди успели эвакуироваться отсюда. Все всё поняли?
Пилоты пяти «Шахов» ответили ему практически одновременно. В их голосах слышалась железная решимость сделать всё, чтобы не допустить напавших на «Колыбель» ублюдков внутрь. В конце концов трое из четырёх пилотов отряда Вимала были людьми Лакира и жили здесь вместе со своими семьями. Для них это место стало самым настоящим домом.
Глава 25
«Дуллаханы» Камаан ке Сена медленно продвигались вперёд по ущелью.
С флангов их окружали «Грендели», прикрывая своих более крупных собратьев. Следом за ними двигалась бронепехота под прикрытием лёгких репульсорных танков. Они смогли дойти почти до самой своей цели, так и не встретив сопротивления. Их цель лежала впереди, всего в каких-то семи сотнях метров.
Один из пилотов отвлёкся всего на мгновение, дабы поторопить двойку следовавших за его доспехом «Архантов», когда сорокамиллиметровая вольфрамовая болванка ударила его доспех в грудную пластину. Бронепластины треснули, прогибаясь во внутрь, но всё же смогли выдержать попадание снаряда. «Дуллахан» лишь покачнулся, сделав один неуверенный шаг назад.
Но уже через секунду его разорвало на части слаженным огнём сразу трёх повстанческих машин.
На следовавшие по ущелью колонны хашмитский войск обрушился целый ураган из разогнанного до сверхзвуковых скоростей вольфрама и взрывчатки. Скрывающиеся за скалами у самого входа в комплекс мобильные доспехи повстанцев были рады встретить своих противников. Встретить так, чтобы потом ни одни из них не смог отсюда уйти.
Тройка «Ракшассов», воевавших ещё во время восстания в рядах королевской армии и теперь сражающиеся на стороне повстанцев, дала залп из установленных за плечами пусковых установок. Три десятка термобарических мин разлетелись веером в воздухе и рухнули прямо в центр ущелья за спинами мобильных доспехов. Последовавшие за ними хлопки и вспышки ярко-жёлтого пламени превратили почти сто метров ущелья в ярко пылающий ад.
Аэрозольная зажигательная смесь не могла повредить боевым роботам. Их внешняя броня достаточно хорошо сопротивлялась высоким температурам.
Но следовавшая за ними пехота подобной защиты была лишена. В голосовых каналах поднялся сонм криков и воплей, когда люди буквально зажаривались в собственной броне, продираясь сквозь высокотемпературное пламя.
Один из «Дуллаханов» попытался отступить, воспользовавшись прыжковыми двигателями, но пилот не справился с управлением и его доспех врезался в стену ущелья, рухнув обратно на землю грудой металла.
На мгновение атака на первый вход в «Колыбель» застопорилась. Оказавшиеся под мощным обстрелом доспехи просто не могли куда-то скрыться их ущелья. Укрытий практически не было и им приходилось отстреливаться чуть ли не вслепую, засыпая пространство перед собой снарядами.
«Шахи» и «Ракшассы» повстанцев же, напротив, имели куда более выгодную и заранее подготовленную удобную позицию для ведения огня. Их мобильные доспехи методично обстреливали противника, опустошая магазины своих импульсных пушек. То и дело их пилоты вскрикивали со злой радостью, когда очередная вражеская машина падала на покрытую снегом землю с развороченным снарядами корпусом.
Но от победы развернувшаяся перед их глазами картина была столь же далека, как и Сульфар от своей звезды. Несмотря на всю неожиданность атаки, повстанцам удалось вывести из строя или уничтожить не более полудюжины хашмитских доспехов. Несколько лёгких репульсорных танков оказались повреждены близкими взрывами термобарических боеприпасов и их экипажам пришлось бросить свои машины.
Самые тяжёлые потери оказались среди пехоты. Случайно или же нет, но первый и самый удачный миномётный залп пришёлся прямо в цель, практически мгновенно истребив роту пехотинцев. Более сотни солдат сгорели внутри собственной брони.
Но на фоне общей численности наступающих это казалось каплей в море. Да и Камаан ке Сена не зря носило титул самых подготовленных и эффективных подразделений хашмитской армии. Их доспехи сразу же определили откуда по ним ведётся огонь и передали эту информацию в передвижной штаб, находящийся внутри одного из тяжёлых атмосферных транспортников в трёх километрах от этого места.
Не прошло и минуты, как перезаряженные «Граны» повернулись на своих репульсорынх платформах. Расположенные в их верхней части пусковые контейнеры поднялись, после чего всё пространство вокруг боевых машин утонуло в рёве ракетных двигателей. Реактивные снаряды вырывались на морозный воздух, тут же исчезая в ночном небе с пронизывающим до дрожи воем.
Спустя ещё десяток секунд они обрушились точно на позиции повстанцев, погребая доспехи и людей под взрывами своих боеголовок.
Из десяти доспехов смогли отступись всего три «Шаха» и лишь один «Ракшасс». Этот неожиданный удар оказался столь ошеломительным, что пилоты повстанческих доспехов предпочти сразу же отступить внутрь комплекса. Хромая, с трудом передвигаясь на поверженных ногах, но не переставая вести огонь по продолжившим наступления противникам, они скрылись под защитой толстых дверей Первого входа.
***
Доктор Неру Мукерджи стоял в главном командном центре «Колыбели». Один из умнейших людей Сульфара и, вероятно, один из лучших конструкторов мобильных доспехов в мире...
И он понятия не имел, что ему сейчас делать.
Впервые в своей жизни Неру столкнулся с подобной проблемой. Даже в день Хашмитского восстания более года назад, он не чувствовал подобного бессилия. Сейчас же он стоял за спинами Шехара и остальных, даже не зная, что предложить, чтобы хоть как-то изменить ситуацию.
— Будем выводить людей через южный выход, — приказал Шехар, смотря на покрытую отметками карту. — Там этих уродов вроде нету, так что это единственный вариант. Неру?
Мукерджи вздрогнул, даже не осознав, что назвали его имя.
— А... да.
— Неру, вы можете изъять данные по вашим разработкам? — спросил у него принц. — Нельзя, чтобы ваши работы попали им в руки.
Услышав это тот будто встрепенулся.
— Д...да. Конечно! Мы можем изъять диски, а оставшееся оборудование очистим от данных.
— Вы сможете это сделать? Прямо сейчас?
Мукерджи кивнул, вдруг ощутив, как к нему возвращается уверенность.
— Естественно!
— Тогда займитесь этим и сразу же уходите через южные
